Приднестровское экономическое чудо

Логика сегодняшних властей проста – «пока работает таможенный оффшор – пусть будет, как есть. Когда его не станет, всё остальное будет уже не важно».

Деградация вместо евроинтеграции.

Кому и почему мешает евроинтеграция приднестровской экономики? Этим вопросом мало кто задается в Приднестровье. И совершенно напрасно. Хотя, конечно, для понимания всех процессов следует многократно возвращаться к тому, что происходило накануне президентских выборов 2011. На которых победил Евгений Шевчук. Скажем так, из трех игроков того времени двое исповедовали одинаковую модель – Шевчук делает ровно то же самое в экономике, что собирался, но поздно начал и не успел закончить Смирнов.

У Игоря Смирнова не было тотальной монополии ни в экономике, ни в политике. Были разные центры силы. Была различная фронда. И экономическая, и политическая, и даже мелкая, медийная. Были разные кланы, Смирнов разделял и властвовал, как хитрый лис. Во внешней политике также старался аккуратно не навредить отношениям с Киевом и Москвой, временами тонко заигрывал и с Европой. Думаю, Лицкая в 2002 помнят все. Но в конце концов, монополии захотелось и ему, когда зашаталось кресло, когда стало очевидным, что в 2011 его могут и не выбрать. И понеслось.

Два десятилетия на троне… В итоге, накануне очередных выборов выяснилось, что политическая стабильность в пользу персоны, находящейся наверху приднестровской пирамиды власти, можно обеспечить лишь одним методом – монополизацией и полным подчинением себе всей экономики и доходов от контрабанды. При этом следует максимально ослаблять все неподконтрольные власти экономические структуры.

Смирновская элита в год выборов запустила ровно те же процессы, которые позднее включила элита шевчуковская.

Зачем нужно ослабление всех экономических игроков? Они подпитывают политическую фронду, так или иначе, они представляют угрозу власти. Именно из этих соображений, но слишком, слишком поздно, смирновские пропагандисты устроили медийную атаку на «Шериф» летом-осенью 2011. И планировалась не только медийная сторона. Были шевеления и в банковской сфере, и в других. Для полноты картины приднестровцам следует понимать, что победив, смирновцы точно таким же образом пытались брать в железные рукавицы приднестровский бизнес и убивать гиганты. При сохранении дохода от контрабанды и наличии хороших связей в Киеве это возможность сохранения политической власти и полного контроля над ситуацией.

Нынешняя приднестровская администрация занимается плагиатом. При этом Шевчук и его команда прекрасно знают и понимают, что они делают. И ради чего. И когда от представителей «форматной оппозиции» слышатся фразы о некомпетентности и ошибках, это выглядит анекдотично.

Никаких ошибок президент ПМР и его окружение не допускают. Они действуют по шаблону. Чтобы укрепить власть, нужно обеспечить контроль над основным богатством ПМР – это, как бы кто ни думал, не народ ПМР, не мозг народа, не геополитическое преимущество берегов Днестра. Основное богатство – это таможенный оффшор для украинской экономики. Это бизнес, обогащающий приднестровскую элиту, первых лиц, и далее, по цепочке. От сотен миллионов до просто сотен условных единиц в месяц. На фоне прибылей от таможенного оффшора размер бюджета Приднестровья – сущие копейки, как оборот булочной на фоне казино. Так что совершенно не важно, кто там возглавляет правительство. Там крутятся крохи, которые надо прозрачно перераспределять для отчетности перед россиянами. Все основные доходы приобретаются в другой сфере, их никто не видит, не контролирует и пока тема таможенного оффшора жива – у приднестровских деятелей есть интерес к борьбе за власть и к вложениям ради этой борьбы.

В общем, ключевое предприятие Приднестровья – это не ГРЭС и не ММЗ, не фирма «Шериф». Это таможенный оффшор. Все остальное поставлено в услужение этому бизнесу. А именно: обеспечение шума по поводу «суверенитета и независимости», грядущего «международного признания». Ради расстановок ложных целей власти ПМР вкладывают солидные средства в правительственные медиа. Разумеется, находящиеся под плотным колпаком политической и военной цензуры. Ради обеспечения этого медийного шума оплачиваются всевозможные политологи и псевдоучёные, которые постоянно придумывают разную чепуху о том, как окружающий Приднестровье мир всё больше напоминает тонущий корабль «Титаник», а ПМР цветёт, пахнет и развивается. Ради того же самого оплачиваются точечные телепрограммы в России, всевозможные имиджевые интервью и публикации в ведущих СМИ, подкупаются российские и украинские высокопоставленные госслужащие третьего ряда, которые могут что-нибудь пробухтеть на тему «суверенитета», когда попросят. Размещаются другие заказы, наводятся контакты с российскими околовластными НПО. Никакой реальной работы по обеспечению возможного признания не проводится ни мидовцами, ни правительственными чиновниками Тирасполя. Всё делается ради торжества постмодерна. И ради спокойной работы таможенного оффшора. Признание, замечу, приднестровской элите совершенно без надобности, поскольку в случае признания все потоки могут быть поставлены на контроль международных структур, так что ни Шевчук, ни ранее Смирнов не были заинтересованы ни в чем, ведущем к признанию. Я об этом писал еще несколько лет назад, после поездки в Венесуэлу и консультаций по поводу того, как может проходить реальная работа на пути к признанию. Но приднестровским вождям ни мои публикации, ни мои заявления интересными не показались. Им хватало и хватает с оффшора. Им не нужно признание – им нужен шум, обеспечивающий прикрытие незаконной деятельности.

Никакое признание ПМР, разумеется, не входит и не может входить в долгосрочные интересы России и её руководства. И не случайно все российские политики и дипломаты произносят, как заговорённые, одно и то же по поводу Приднестровья – «нужен особый статус в составе Республики Молдова». Они не просто так это говорят, они не дураки, просто все понимают, что легитимировать криминальные схемы для украинского бизнеса не входит в сферу интересов России. Ни экономических, ни геополитических. Никаких интересов вообще. В интересы входит разрешение конфликта и улучшение отношений с соседями – в том числе и с Молдовой. На взаимовыгодных условиях, - вне зависимости от того, какой экономический союз предпочтут Молдова и Украина – таможенный или европейский.

Все видят, как деградируют целые отрасли приднестровской экономики. Что произошло с энергетикой, с металлургией, с малым и средним бизнесом. Это не ошибки власти. Это стратегия, направленная на удушение любой возможной политической конкуренции. Потенциальной, даже той, которая ещё не родилась. Смирнов поступал бы ровно теми же методами. Так что ради «политической стабильности» режима в Тирасполе должны быть удушены и гиганты, находящиеся в собственности у россиян, и местные олигархи, и среднее звено. Удушены, либо поставленные на жесткий контроль и непрерывное отстёгивание «дани». Чтоб не поднимали головы. Интересы людей, работников в расчёт не берутся, разумеется. Люди не нужны – их ропот тоже может стать источником проблем и лишних вопросов к властям Тирасполя. Так что стратегия на выдавливание работоспособного населения и доминирование лиц преклонного возраста также не «ошибки власти» - это осмысленное её поведение, направленное на дебилизацию общества, пенсионеры, зависимые от власти и продуктовых пакетов, легко умиляются и голосуют «сердцем» вместо головного мозга.

Для чего нужна экспроприация заводов и национализация предприятий, которую постепенно проводит руководство ПМР при поддержке своего главного регионального политического союзника – Олега Хоржана и партии коммунистов? Для того же самого. Предприятия в собственности государства не могут финансировать оппозиционную активность – они становятся нежизнеспособными, они будут влачить существование с горем пополам или закроются, но не будут угрожать политической стабильности. В этом и есть смысл национализации. И не случайно её так поддерживают коммунисты и Хоржан – приднестровская партия коммунистов – это «охранительская» структура. Она не претендует на власть, она выполняет разную неблагодарную работу ради защиты власти от любых, даже самых хилых политических противников. Именно этой цели служит последняя деятельность Хоржана и ПКП по дискредитации и деморализации Верховного Совета и «обновленцев». Другой, разумеется, вопрос, что «обновленцы» в очередной по счёту раз определили себе в лидеры «дохлую лошадь», которая не выиграет никакие президентские выборы. Но, может быть, в этом выборе заключается стратегия тех, кто финансирует эту партию. Быть может, они всё ещё надеются договориться с властью о разделе сфер влияния, а в качестве отступного определяют в лидеры хорошего, но совершенно не избираемого человека.

Почему власти ПМР не заинтересованы в евроинтеграции приднестровской экономики, которую предложил Кишинев? Ровно по всем тем же самым причинам – создастся опасность для функционирования таможенного оффшора и появятся альтернативные «центры силы» в бизнесе, которые смогут оказывать политическое давление на Шевчука, либо вообще сумеют его устранить с политической арены в ходе очередных выборов или «бархатной революции». Евроинтеграция приднестровской экономики нужна приднестровским предпринимателям, нужна российским гигантам, которые уже почти умерли. Нужна она и компании «Шериф»? Я думаю, что нужна. По той же причине, по которой футбольный клуб «Шериф» нужен как клуб в чемпионате Молдовы и еврокубках, а не как бесполезное развлечение для игр с клубами Незавертайловки и Каменки. Евроинтеграция приднестровской экономики способна удержать трудовые ресурсы в регионе, способна привлечь новые финансовые вливания извне, привлечь и российские инвестиции. Но всё это крайне опасно для приднестровского диктатора и его свиты. Всё это таит опасность для таможенного оффшора, поскольку Европа вряд ли будет равнодушно смотреть на все эти караваны в ПМР и обратно в «незалежную».

Ради того, чтобы нейтрализовать любые разговоры о том, насколько полезно или нет участие приднестровской стороны в переговорах между Молдовой или ЕС, правительственные пропагандисты Приднестровья раздули целую истерию о том, что ЕС вот-вот загнётся, а ПМР ждут не дождутся в Таможенном союзе. Это блеф и профанация. Попытка законсервировать ситуацию и сохранить жизнеспособность таможенного оффшора. Уверен, приднестровские власти скоро начнут разоблачать как «предателей» всех, кто не поддерживает изоляционистсткий курс, тупиковую стратегию на закручивание гаек, национализацию предприятий и обогащение высокопоставленных персон на контрабанде. Будут с утра до ночи талдычить «о врагах», бряцать оружием - проводить одни за другим военные учения, а в экстренной ситуации провоцировать новый конфликт на Днестре. Им же нужно как-то оправдывать перед маразматическими пенсионерами свои алчные интересы.

Если бы приднестровские дипломаты не были банальным придатком криминальных персон с оборотом в сотни миллионов долларов, они бы оговаривали условия о юридически закрепленном международными нормами статусе Приднестровья. Но их хозяевам не нужен статус – когда таможенный оффшор прекратит существование, этим лицам не нужно будет Приднестровье ни в каком виде – ни в виде независимой страны, ни в виде автономии. Ни в том варианте, который мне кажется наиболее разумным – в реализации модели Аландских островов. Логика сегодняшних властей проста – «пока работает таможенный оффшор – пусть будет, как есть. Когда его не станет, всё остальное будет уже не важно». Это значит, что Приднестровье рано или поздно всё равно провалится в Молдову. Но не будет в ней равной даже Гагаузии. Вот тогда все и увидят секрет фокуса с идеей «суверенитета ПМР» – в том, что фокуса никакого и не было. Были лишь пропаганда, постмодернистский трёп и криминальные интересы узкой группы лиц.

dniester.ru
Обсудить