Николай Злобин: «Способность слушать у команды Навального такая же неважная, как и у Путина»

Авторитетный политолог, специалист в области российско-американских отношений Николай Злобин вступил в острую полемику со штабом кандидата в мэры Москвы Алексея Навального.

«При всей симпатии к Навальному должен сказать, что интервью его начальника штаба произвело на меня удручающее впечатление. Даже, если оставить в стороне его дикую политтехнологическую направленность. Позабавил, в частности, пассаж про программу Навального: «Что касается программы, то ее специфика заключается в том, что каждый ее новый пункт убавляет поддержку. Программа ― это такая штука, которая должна быть, но никто не должен ее читать. Любой найдет один из 20-ти пунктов, из-за которого он с кандидатом рядом на одной поляне срать не сядет.» Признание, что чтение избирателями программы его кандидата уменьшает поддержку — новое слово в политической агитации:) Думаю, что фразы: «Путин сошел с ума, это более или менее очевидно. А [врио мэра Москвы Сергей] Собянин ― российский чиновник, то есть существо злобное, жадное и омерзительное, но рациональное» тоже никак не увеличат поддержку Навального среди москвичей. Конечно, Америка — не пример. Но в Америке такое интервью было бы последним актом человека в качестве начальника чьего-либо избирательного штабы. Навальному надо бы избежать недавних предвыборных ошибок Михаила Прохорова», написал в своем Facebook Злобин.

В ответ начальник штаба Навального Леонид Волков заявил, что Злобин написал «чушь», которую «не стоит даже ретвитить».

В свою очередь, оскорбленный Николай Злобин отозвался на Facebook еще одним постом.

«Во-первых, я на себе невольно убедился, что толерантность и способность прислушиваться к чужому мнению у команды Алексея Навального примерно такая же, как и у нынешней власти. Критику, похоже, они терпеть не могут.

Критикуют ведь только враги и только за деньги. Для меня такая позиция просто неприемлема. Она противоречит демократическим и либеральным взглядам на политику, но вполне соответствует авторитарным. А если это так, то зачем, спрашивается, нам надо менять часы на трусы или, скажем, шило на мыло?

Во-вторых, Волков написал, что критика их действий вызвана, мол, обидой на то, что в их команде нет политтехнологов. Я не знаю, есть ли у них политтехнологи. Мне это безразлично. Сам я ни разу не работал ни на каких выборах. Однако желание найти причину критики в чем угодно, кроме себя – еще одна гадкая черта власти, которая, похоже, командой Навального взята к применению. Тогда опять: зачем менять трусы на часы?

В-третьих, я считаю, что сделанное мимоходом оскорбление всех чиновников, которые в Москве (включая членов семей, чиновников-пенсионеров и т.д.) составляют серьезную долю среди избирателей, является ненужной грубейшей ошибкой. Вместо того, чтобы попытаться привлечь к себе хотя бы некоторую их часть, команда Навального их тупо отрезает и превращает в противников. Кстати, фраза Волкова, что только «когда Навальный придет к власти, то все СМИ будут СМИ» тоже заставляет меня насторожиться. Особенно в свете моего первого пункта. Типа, настоящие СМИ – это те, кто восторженно пишут про одного политика? И здесь, по-моему, тоже есть сомнения в смысле обмена шила и мыла.

В-четвертых, меня поражает аргумент, который я постоянно слышу от команды Навального о том, что, мол, именно так поступает нынешняя власть, а вы от нас требуете, чтобы мы поступали по-другому!? Как они с нами – так и мы с ними! Дескать, с волками жить – по-волчьи выть. Это разрушает политический имидж Навального, который строился на том, что именно он – принципиально другой, совсем не как власть. «Как власть» у нас уже есть. Зачем, спрашивается, нам ее еще один клон? Действительно, как говорят, шило на мыло менять – только время терять.

В-пятых, у меня возникли сомнения по поводу реальных целей этой команды. Есть ведь простые правила избирательной кампании. Например, старайся превратить своих противников в сомневающихся, а сомневающихся – в своих сторонников. Не делай из доброжелателей недоброжелателей. Или – иди на поле конкурента и пытайся его расколоть, привлечь часть его электората к себе. Это как в футболе: не играй сам с собой около своей штрафной, она и так твоя, но иди к чужим воротам, ибо голы забиваются именно туда. У Навального все как-то по-ленински: задача не объединить, а со всеми «решительно размежеваться». Он играет только со своими и только у своих ворот. С одной стороны, выборы так не выигрываются, а с другой, — именно это делает и нынешняя власть. Она сама всех активно размежёвывает, а вольно или невольно команда Навального ей в этом помогает.

Нельзя же всерьез считать, что все вокруг в дерьме и только один в России есть активист в вечно-белом смокинге. Зачем столь пренебрежительно, мимоходом, свысока, по-хамски терять потенциальных сторонников? Это не чемпионат мира по высокомерию и не турнир по шокированию публики цинизмом под видом откровенности. Штаб Навального работает над собиранием максимально возможного электората на выборах или над чем то иным? Перечитайте Волкова и попытайтесь найти ответ. Там вообще почти каждый пассаж стоит отдельного комментария. Одна угроза революции — «настоящей, с кровищей» — чего стоит. Но больше не буду об этом…

Я начал предыдущую заметку с того, что сам Навальный мне симпатичен. У него может быть немалое политическое будущее. Он и такие как он нужны России. Я был шокирован неуклюжими усилиями посадить его в тюрьму. Мне представляется, что приблизившись к власти, Навальный пытался (как и многие его коллеги на разных этажах государственной иерархии), создать свой административный ресурс на областном уровне, но абсолютно ничего криминального он не совершил.

Однако уверенность в невиновности отнюдь не делает Навального идеалом. Люди делятся на тех, кто уважает критиков и тех, кто не приемлет их и видит в них лишь врагов. Оппозиция, выступающая против критики себя – оксюморон. Ей нельзя уподобляться представителям власти и бросать пренебежительно: «чушь, мол, написали, но ничего страшного — перетопчитесь и утретесь!». Столкнувшись с такой реакцией мои симпатии к Навальному, не исчезли, но слегка потускнели. Исчезнут они совсем или, напротив, усиляться – зависит уже не от меня».

Злобин является автором множества книг и публикаций по политике, истории, российско-американским отношениям, которые публиковались в разных странах а также, в частности, в The New York Times, Los Angeles Times, International Herald Tribune, Chicago Tribune. Один из самых авторитетных экспертов в области политики Кремля в политических кругах США. Проживает в Вашингтоне.

Обсудить