Московские выборы: выход или ловушка?

Предстоящие выборы мэра Москвы – событие, которое будет иметь далекоидущие последствия. Чего ждать?

После освобождения кандидата в мэры Москвы Алексея Навального из-под стражи писатель Григорий Чхартишвили (Борис Акунин) представил публике четыре варианта развития событий.

Два из них ведут к «бунту в Москве»: если Навального «сажают перед выборами» и если на выборах произойдут массовые фальсификации. Другие два варианта ведут к «перестройке-2»: Навального «приходится пустить в мэры» или исполняющий обязанности мэра Москвы Сергей Собянин «побеждает в упорной, но честной борьбе».

Редакция «Совершенно секретно» предложила другим экспертам дать свой прогноз.

Политолог Андрей Пионтковский полагает, что московские выборы – часть плана по свержению Владимира Путина, но принадлежит он не оппозиции, а самой власти:

– На мой взгляд, собственно московским выборам придается слишком большое значение. Гораздо важнее неизбежный на этапе загнивания авторитарного режима конфликт элит, которые эти выборы спровоцировали. Сергей Собянин выступал за отмену открепительных талонов, равный доступ всех кандидатов к телеэфиру, против подвоза сотрудников предприятий на участки на автобусах и, в конце концов, помог Навальному зарегистрироваться кандидатом. Он явно позиционирует себя для своей политической роли в будущей – постпутинской – России как человека, который хочет относительно честных выборов. Легитимность избранного на таких выборах Собянина противопоставляется нелегитимности выборов, по итогам которых президентом был назван Владимир Путин. Это часть антипутинского заговора, в котором явно участвуют Собянин и Володин, а возможно, и Сергей Иванов. Поэтому они и добились освобождения Навального, который каждый день твердит, что «Путин вор» и «будет сидеть в тюрьме». Это создает благоприятный фон для готовящейся отставки Путина. Важно, что Путина не только убедили освободить Навального. Его уговорили продемонстрировать слабость.

По мнению Пионтковского, Собянин – «осторожный и опытный» – не пошел бы на такую «дерзость», если бы дерзким по отношению к Путину стал только он.

– Речь идет о реальном расколе элит: Собянин чувствует усталость правящей элиты от Путина, ее желание сменить бренд, избежав народного бунта. Этот бунт рано или поздно случится, но не из-за Навального и не из-за результата выборов. Бунт спровоцирует социальный кризис в регионах.

По мнению Пионтковского, еще одним показателем раскола элит станет рассмотрение Президиумом Верховного суда РФ ходатайств о сокращении срока Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву 6 августа. Если срок сократят, уверен Пионтковский, это будет означать победу элит, уставших от Путина.

Москва. Ярославский вокзал. 17 июля 2013 года. Алексей и Юлия Навальные перед отъездом на решаюшее заседание суда по делу «Кировлеса» (Фото: Ирина Чевтаева)

Экономист, бывший советник Владимира Путина Андрей Илларионов не согласен ни с Григорием Чхартишвили, ни с Андреем Пионтковским:

– С высокой вероятностью можно утверждать, что власти позволят (и помогут) Алексею Навальному провести его избирательную кампанию. Не сильно удивлюсь, если в итоге он сможет набрать 10–15% от числа проголосовавших. В то же время нельзя исключить, что даже без больших фальсификаций Сергей Собянин сможет набрать более 50% голосов в первом туре. Согласно последним оценкам, в московских выборах собирается принять участие 43% потенциальных избирателей. Поскольку общее число избирателей в Москве составляет около 7,5 миллиона, то, следовательно, в московских выборах могут принять участие примерно 3–3,5 миллиона человек. 10–15% избирателей, которые, возможно, отдадут свои голоса за Алексея Навального, – это 350–530 тысяч человек. Это немало: очевидно, ни один из других оппозиционных политиков сейчас не может похвастаться такими цифрами поддержки. Тем не менее если результаты будут такими или же близкими к таким, то они окажутся холодным душем – в первую очередь для самого Алексея Навального, для его штаба, для его сторонников, а также для многих из тех, кто выходил на улицы российских городов в течение последних двух лет, требуя честных выборов в России.

Такой уровень поддержки будет неприятным сюрпризом для тех последователей Навального, кто успел поверить в малореалистичные прогнозы и обещания некоторых членов его штаба и его наиболее эмоциональных сторонников.

Это, по версии Илларионова, приведет к «тяжелому похмелью» в протестном движении, которое особенно усугубится тогда, когда по завершении выборов и после оглашения их результатов, «прокуратура сделает очередное представление и попросит исполнить приговор Ленинского суда Кирова от 18 июля: тогда Алексея Навального отправят в лагерь по-настоящему». Некоторые уличные протесты, естественно, состоятся, но, во-первых, их участников будет не так много, во-вторых, большинство из них будет деморализовано низкими результатами их кумира в ходе относительно «честных» выборов, в-третьих, «решившихся выйти будут с нетерпением ожидать подразделения ОМОНа», считает Илларионов.

– В итоге власть выиграет по многим параметрам: спецоперация «выборы московского мэра» окончательно легитимизируется. Легитимизированной также становится процедура отсечения властью подавляющего числа кандидатов, при применении которой в московских выборах были отсечены 34 из 40 желавших принять в них участие. Как известно, Навальный не возражал против этой процедуры. Кроме того, легитимизируется муниципальный фильтр, который точнее было бы назвать «единороссовским». Власть теперь «легитимно» будет раздавать голоса членов «Единой России» тем кандидатам, которых она сочтет полезными для себя в той или иной спецоперации.

По мнению Илларионова, складывается устойчивое впечатление, что все действия власти по отношению к Навальному «согласовывались с первым лицом». Они не свидетельствуют о каком-либо заметном «расколе элит».

– В дзюдо, любимом спорте Путина, рекомендуется время от времени притворяться слабым и использовать энергию нападающего для нанесения решающего удара. Надо отдать ему должное: он не в первый раз успешно применяет подобный прием, бросая через политическое бедро своих противников, которые из-за своих амбиций или слепоты почему-то подумали, что российский лидер ослабел.

Директор Центра новой социологии и изучения практической политики «Феникс» Александр Тарасов сравнивает настроения накануне московских выборов с настроениями времен перестройки:

– Вся эта навальномания производит нелепое впечатление: поклонники воспринимают его не как политического деятеля, а как фигуру шоу-бизнеса. Его обожателей не интересует его политическая и экономическая программа, они не знают (и не хотят знать), что Навальный – националист, участник «Русских маршей» (столь им неприятных). Эта экзальтация напоминает мне экзальтацию московских дамочек во времена противостояния Ельцина (кстати, секретаря МГК КПСС) с Горбачевым. Тогда экзальтированных не интересовало, а что же такого наговорил Ельцин на пленуме, когда его сняли. Они были заранее уверены, что Ельцин – орел и бесстрашный обличитель режима. Позже выяснилось, что Ельцин на пленуме ничего толком сказать не смог. И сняли его за развал работы.

7–10 тысяч человек вышли протестовать против приговора Навальному – и это подают как «начало новой эры»! А ведь в стране живет 140 миллионов. В одной Москве реально живет 15 миллионов. Но коллективный психоз дошел до такой стадии, что автор плохих детективов Акунин, ничего не понимающий в политике, воспринимается как ведущий политический аналитик. 7–10 тысяч человек, если они вооружены современным оружием, – грозная сила. Они могут контролировать полумиллионный город. 7–10 тысяч тусовщиков не представляют никакой опасности для режима.

Тем более что все они настроены не на революцию (революций они не любят), а на выборы. Вот уж что-что, а выигрывать выборы наша власть умеет. Неважно, какими методами.

По мнению Тарасова, сторонников Навального ждут «большие неожиданности и разочарования»:

– В случае массовых несанкционированных акций власть будет счастлива. Одна из крылатых фраз Путина звучит так: «Где посадки?» Это, между прочим, вопрос, обращенный к подчиненным. Он требует ответа. То есть исполнения. Восторженные навальнофилы думают, что сейчас – 1989 год и что Путин – это Горбачев. Представьте себе, нет.

Главный научный сотрудник отдела анализа социально-политических процессов Института социологии РАН Ольга Крыштановская полагает, что эти московские выборы и то, что будет после них, – это демократизация России, проводимая президентом Путиным:

– Мы в нашей лаборатории проанализировали прогнозы российских блогеров на московские выборы: большинство людей ожидают, что Собянин победит в первом туре. Алексей Навальный станет его основным конкурентом, набрав 19,6 процента голосов. Это самая большая цифра, которую социологи дают Навальному. Акунин хорошо пишет беллетристику, но он смехотворный политолог. Речь не может идти о всемосковском бунте. Подавляющее число москвичей – за Собянина, и это медицинский факт: люди не хотят никакой политизированности. Зачем Собянину побеждать нечестно, если он вполне может это сделать без фальсификаций? Часть элиты – медведевцы – симпатизирует оппозиции, но таких мало, и они слабы. Дело в другом: Путин занял жесткую позицию невмешательства. В нашей авторитарной системе это приводит к странным вещам: прокуроры и судьи в замешательстве, потому что привыкли слушаться, а никакого приказа не слышат. На свой страх и риск они стараются угадать, что понравится. Эти угадывания противоречат друг другу. Как бы смешно ни звучало, это следствие нашей демократизации: система перестает быть авторитарной.

Власти, по мнению Крыштановской, неприятно то, что говорит Алексей Навальный во время агитации, но терпеть ей это осталось недолго – несмотря на демократизацию, в которой Крыштановская уверена:

– Думаю, что Навального посадят после выборов с вероятностью 90 процентов. Его арест не подорвет легитимность выборов. Акции протеста, конечно, будут, но небольшие. 150 тысяч человек, по подсчетам самой оппозиции, участвовали в самом большом митинге «За честные выборы». Люди выходили против Путина, этой системы и этих выборов. Это был универсальный протест, который объединял всю страну. Сейчас главный тезис оппозиции – это борьба за политзаключенных. Этот тезис гораздо уже. К тому же внутри самой оппозиции не все готовы назвать Навального своим лидером: он слишком резок, безапелляционен и нетактичен.

"Совершенно секретно", No.8/291

Обсудить