Помнить о Мюнхене

Правительство Чехословакии согласилось с расчленением государства. И пусть согласие на потерю Судет с находящимися там материальными ценностями не было подкреплено обязательной по Конституции ЧСР санкцией Национального собрания, руководителей Великобритании и Франции это нисколько не озабо­тило.

http://www.russia-today.ru/userfiles/image/2013-18/8-3.jpg

Прибытие Чемберлена на Мюнхенскую конференцию

75 лет назад, 29 сентября 1938 года, в 13 часов по среднеевропейскому времени британский и французский премьер-министры Невилл Чемберлен и Эдуард Даладье, диктаторы нацистской Германии и фашистской Италии Адольф Гитлер и Бенито Муссолини приступили в Мюнхене к обсуждению вопроса о будущем Судетской области Чехословакии. Решение о ее передаче Третьему рейху было оформлено ими уже за полночь.

Только во втором часу ночи, когда Гитлер и Муссолини удалились, в зал заседаний были допущены посланник ЧСР в Германии Войтех Мастны и сотрудник МИД ЧСР Губерт Масаржик. Зевающий Чемберлен флегматично предложил им ознакомиться с только что подписанным документом. Попытка задать вопрос, по словам Масаржика, была пресечена заявлением, «что это приговор без права апелляции и без возможности внести в него исправления». В 2 часа 15 минут чехи поставили подписи под «приговором».

Равным образом пренебрегли они и Лигой Наций, где солировали с момента ее создания. Зато президент США Франклин Делано Рузвельт поспешил направить Чемберлену поздравительную телеграмму. Таким образом, государства, вершившие судьбами мира после Версаля-1919, легко и непринужденно похоронили подписанные там договоренности.

Фюрер и лорды

Угроза территориальной целостности Чехословакии стала актуальной весной 1938 года. Прологом «мюнхенского сговора» стала встреча Гитлера с лордом Эдуардом Галифаксом 19 ноября 1937 года в Оберзальце. Лорд заявил, что при условии сохранения целостности Британской империи Лондон готов предоставить фюреру свободу рук в отношении Австрии, Чехословакии и Данцига (Гданьска), лишь бы только «изменения были произведены путем мирной эволюции».

В марте 1938 года Галифакс возглавил МИД Великобритании, а Гитлер при выразительном молчании Лондона и Парижа оккупировал Австрию тоже в нарушение Версальского договора. Своей следующей жертвой нацисты наметили ЧСР. В Судетской области Чехословакии проживало более 3 миллионов немцев, сепаратистские настроения которых умело подогревались из Берлина. Международное право и государственный суверенитет ЧСР столь же мало заботили тогда приверженцев «права силы», как сегодня они не смущают их в Ираке, Ливии, Сирии.

Москва, как тогда, так и теперь, единственная, сохранявшая верность доктрине «коллективной безопасности», выступила с инициативой обсудить ситуацию вокруг ЧСР на международной конференции. В Лондоне, избравшем тактику «умиротворения» Германии за счет государств Центральной и Восточной Европы, инициативу Кремля встретили холодно. Париж, тяготившийся взятыми перед ЧСР обязательствами, шел в фарватере Лондона. Позднее первый секретарь британского посольства в Берлине И. Киркпатрик напишет о Даладье и его окружении: «Это была группа насмерть перепуганных людей, которые не испытывали ни малейших угрызе­ний совести от своего участия в рас­членении своего союзника».

После аншлюса Австрии лидер Судето-немецкой партии Конрад Генлейн был вызван в Берлин, где получил указания потребовать предоставления судетским немцам националь­ной автономии, свободы «немецкого мировоззрения» (нацизма), изменения внешней политики ЧСР, отказа от договора с СССР. В мае к границе с Чехословакией немцы стянули войска, а Генлейн приступил к подготовке путча. В ответ правительство ЧСР объявило частичную мобилизацию и ввело в приграничные районы воинские части, продемонстрировав готовность защищать независимость страны. Дать приказ о вторжении фюрер не решился.

И тогда в дело вступили британские «миротворцы». Лондон потребовал от Праги в целях «умиротворения» в Европе пойти на компромисс с судетскими немцами. Уговаривать пре­зидента ЧСР Эдуарда Бенеша в Прагу прибыл очередной лорд — Уолтер Ренсимен. Такая вот формально «посредническая» миссия с изначально прогерманским подходом. Как водится, западные СМИ развернули массированную обработку умов в поддержку «миротворческой инициативы». 7 сентября «Таймс» в передовой статье уже рекомендовала чехословацкому правительству подумать о передаче Германии Судетской области. По свидетельству консерватора Генри Ченнона, статья появилась по договоренности Галифакса с издателем газеты и стала «пробным шаром», запущенным с целью подготовки общественного мнения к опубликованию доклада Ренсимена. Как все это напоминает нынешние шумные кампании самозваных «друзей» то Ливии, то Сирии, то «радетелей» за народ Ирака, завершающиеся ультиматумом, а потом открытым вмешательством.

Ренсимен, в итоге, в докладе британскому правительству высказался за передачу Судетской области Германии без проведения референдума. «Об английских лордах известно, что они щедры, когда раздают то, что им не принадлежит», — прокомментировал генеральный секретарь КПЧ и послевоенный президент Чехословакии Клемент Готвальд.

Под давлением из Лондона и Парижа Прага согласилась рассмотреть вопрос о судетской автономии. Но Генлейну, а по большому счету Гитле­ру, требовалось большее. В Судетах участились нападения генлейновцев на военных и полицию. 13 сентября правительство ЧСР объявило в обла­сти военное положение. Немецкий путч был подавлен, десятки человек были убиты и ранены, Генлейн бежал в Германию. Кризис вступил в кульми­национную фазу.

Позиция Кремля

«Было бы несчастьем, если бы Чехословакия спаслась благодаря советской помощи», — заявил Чемберлен еще в апреле 1938 года. Параллельно с выкручиванием рук Праге второй важнейшей задачей британской политики было блокирование попыток СССР предотвратить расчленение ЧСР. После встречи с Галифаксом 17 августа советский полпред в Лондоне Иван Майский докладывал в Москву: «В частности, я указал, что СССР все больше разочаровывается в политике Англии и Франции, считает эту политику слабой и близорукой, способной лишь поощрять агрессора к дальнейшим «прыжкам», и что тем самым на западные страны ложится ответственность приближения и развязывания новой мировой войны. Прекрасной иллюстрацией к только что мною сказанному является Чехословакия. Все, что Англия и Франция делали по этому поводу в последнее время, по существу, сводится к попыткам обуздать не агрессора, а жертву агрессора... Я ожидал, что Галифакс будет энергично возражать, однако, к моему удивлению, он и на этот раз не сделал ни малейшей попытки защищать линию английского правительства».

15 сентября Генлейн выступил по германскому радио и потребовал передачи Третьему рейху всех пограничных земель ЧСР, немецкое население которых составляло не менее 50%. В тот же день(!) Гитлер принял в Берхтесгадене примчавшегося туда Чемберлена. Сославшись на право судетских немцев на самоопределение, фюрер поделился с премьером планами аннексировать область. Четыре дня спустя Лондон и Париж предложили Чехословакии уступить Германии эти районы Судетской области. Чехословацкое правительство запросило Москву, готова ли та в случае германской агрессии выполнить свои союзнические обязательства и добиваться в Лиге Наций коллектив­ного выступления в ее защиту. На оба вопроса Кремль сразу же дал однозначный утвердительный ответ. Вдохновленный поддержкой кабинет Михала Годжи отклонил англо-французскую ноту от 19 сентября.

Подобный поворот событий никак не устраивал Англию и Францию. В ночь с 20 на 21 сентября французский и английский посланники В. де Лакруа и Б. Ньютон пришли к Бенешу с ультиматумом принять требования Берлина. В случае отказа Лондон и Париж обещали оставить Прагу один на один с Гитлером. Под угрозой нападения Германии и поддерживавшей ее Польши правительство ЧСР капитулировало.

Верный договору, СССР не раз подтверждал готовность прийти на помощь ЧСР, если Прага его о том попросит. Правда, в отсутствии общей границы на пропуск наших частей в Чехословакию требовалось согласие Польши или Румынии. Варшава же была категорически против: она тем временем сама под лязг тевтонского оружия готовилась от­хватить у ЧСР Тешинскую область. 11 августа она уведомила Берлин, что не пропустит Красную Армию через свою территорию и повлияет на Румынию в этом смысле. 8-11 сентября в качестве недвусмысленного сигнала Москве поляки провели крупные маневры. Вскоре посол Польши в Германии Юзеф Липский сообщил Гитлеру, что польское правительство считает Чехословакию «искусственным образованием» и поддерживает венгерские претензии в отношении территории Прикарпатской Руси (Закарпатье).

Позиция Румынии не была столь однозначной. Какое-то время румыны даже сигнализировали о готовности пропустить через свое воздушное пространство советские военные самолеты. Всех волновала позиция Парижа, но там чехов уже фактически «сдали». Переводя стрелки, глава МИД Франции Жорж Боннэ оправдывал «осторожную» позицию Франции «пассивностью СССР», который якобы не хочет или не может прийти на помощь чехам. Впрочем, хлопоты поляков и ложь французов оказались излишними: Бенеш так и не решился попросить СССР о помощи.

Между тем, к концу сентября на западной границе СССР стояли и ждали приказа танковый корпус, 30 стрелковых и 10 кавалерийских ди­визий, 7 танковых, мотострелковая и 12 авиационных бригад, а в системе противовоздушной обороны — 2 корпуса, дивизия, 2 бригады, 16 полков, 4 зенитно-артиллерийские бригады и 15 зенитно-артиллерийских полков, части боевого и тылового обеспечения, авиация.

Да и вооруженные силы Третьего рейха не были такими мощными, какими стали три года спустя. Немецкий историк Ингеборга Фляйшхауэр констатировала, что «было весьма неопределенно, смогут ли вообще германские войска, а если смогут, то когда и какой ценой, овладеть Чехословакией, располагавшей мощными пограничными укреплениями...»

Армия ЧСР была хорошо вооружена и готова защищать родину, а на границе с Германией были возведены мощные оборонительные сооружения. Однако, как справедливо заметил Гитлер, «прочность бетона не играет никакой роли, если слаба сила воли». В Праге предпочли капитулировать и поверить обещаниям Чемберлена и Даладье, что те станут гарантами незыблемости новых границ ЧСР.

22 сентября по примеру Германии польское и венгерское правительства предъявили Праге ультиматум с требованием о передаче Польше и Венгрии территорий, где проживали польские и венгерские национальные меньшинства. СССР и на этот раз не остался безучастным, предупредив Варшаву о том, что вступление ее войск в ЧСР приведет к денонсации польско-советского договора 1932 го­да о ненападении.

Однако деморализованная Прага о сопротивлении не помышляла. По Мюнхенскому соглашению она обязалась передать Германии в срок с 1 по 10 октября Судетскую область и пограничные районы с Австрией со всеми находившимися там сооружениями и укреплениями в полной сохранности, сельскохозяйственными и промышленными предприятиями с запасами сырья, путями сообщения, средствами связи и пр. Чехослова­кия обязалась также удовлетворить в трехмесячный срок территориальные притязания к ней Венгрии и Польши. В итоге, по немецким данным, расчлененная ЧСР потеряла 66 процентов добычи угля, 86 процентов производ­ства химической промышленности, 80 процентов производства цемента, 70 процентов выплавки чугуна и стали, 70 процентов выработки электроэнергии, 40 процентов деревообрабатывающей промышленности. 4,88 млн граждан ЧСР (включая 1 миллион 161 тысяча чехов и словаков) оказались за пределами республики.

«Обрубок» суверенного демократического государства не просуществовал и полугода. Лондон и Париж также «кинули» Прагу с гарантиями новых границ Чехословакии, как ранее с обещаниями помощи против агрессии. А предложением СССР стать гарантом новых границ ЧСР Прага опять не воспользовалась. Уже в марте 1939 года, когда Гитлер оккупировал оставшуюся часть Чехословакии. На сей раз он даже не поинтересовался позицией Лондона и Парижа. До начала Второй мировой войны оставалось менее полугода...

Актуальный Мюнхен

Пытаясь отстоять суверенитет и территориальную целость ЧСР, советское руководство прекрасно понимало, что Судеты — дальний рубеж обороны СССР. Не вина Москвы, что тот рубеж был сдан агрессору без боя. Сегодня таким дальним рубежом стал «Большой Ближний Восток» — обороны от ползучей ваххабитской агрессии, подступающей к Центральной Азии, Кавказу, Поволжью. Агрессии, как и три четверти века назад осуществляемой с благословения, а то и при прямой помощи западных демократизаторов-умиротворителей, которые, собственно говоря, сами и подают пример попрания международного права, суверенитета и интересов других государств. По подсчетам американского историка Уильяма Блума, только за период с 1945 по 2003 год, то есть еще до вторжения в Ирак, США нанесли бомбовые удары по 25 странам и пытались свергнуть правительства более чем в 40 государствах.

И немного о юбилярах. По свидетельству очевидцев, в «новой» Чехии с конца 1980-х годов стараются не вспоминать о Мюнхенском сговоре. С вводом советских войск в августе 1968 года ситуация, разумеется, противоположная. Историческая память, как видим, при определенном политическом желании может быть весьма избирательна.

Олег Назаров,

доктор исторических наук

Российская Федерация сегодня. 2013. №18

Обсудить