По стопам Адольфа Гитлера…

В конце 2013 года, выступая с новогодней речью, президент Румынии Траян Бэсеску вновь коснулся своей излюбленной «темы №1» – очень беспокоящей его «судьбы Молдовы», адвокатом которой на её пути в Евросоюз он объявил себя с первых же дней своего президентства и с тех пор ревностно исполнял и продолжает исполнять «взятые на себя обязательства».

Правда, столь «трогательная забота» со стороны главы Румынского государства о судьбе «младшей сестры» - Республики Молдова, называемой им не иначе, как «второе румынское государство», не только не радует всех молдавских патриотов-государственников, но, напротив, вызывает у них всё большие опасения за судьбу своей небольшой и небогатой, но суверенной и независимой Страны, поскольку Траян Бэсеску и поддерживающие его политические круги в Бухаресте желают видеть её в обозримом будущем лишь в качестве румынской провинции, считая, что, только таким образом, она «гарантированно интегрируется в Европейский союз».

Есть, к сожалению. сторонники такого незавидного варианта «интеграции в ЕС через унию с Румынией», и в самой Республике Молдова, уже вполне открыто требующие «сейчас и немедленно» убрать границу по Пруту и совершить ликвидацию независимой государственности своей страны ради возрождения «Великой Румынии».

Причём они даже весьма солидно представлены сегодня в молдавском Парламенте в лице депутатов Либеральной и Либерально-Реформаторской партии. В оппозиции на этих же позициях стоят ультрарадикальная правая Национал-Либеральная партия и целый ряд других, более мелких правых политических и общественных формирований.

Несмотря на то, что их призывы к «унире», то есть к ликвидации Молдавского независимого и суверенного государства, граничат с государственной изменой и прямо подпадают до действие соответствующих статей УК РМ, до настоящего времени ни Конституционный суд РМ, ни Генеральная прокуратура, ни СИБ и МВД Республики Молдова ни разу не пресекли их всё более опасную активность, ни разу не предупредили их лидеров и активистов о том, что они могут быть привлечены к уголовной ответственности, если продолжат свои антигосударственные публичные акции, в том числе ритуальные «марши и хоры объединения», вовлекая в них молодое поколение молдавских граждан.

Зато под удар со стороны власти раз за разом попадают те молдавские патриоты, которые встают на пути унионистов, дают им отпор. В отношении наиболее решительных и активных из них даже возбуждаются уголовные дела. Вероятно, в назидание другим гражданам, чтобы удержать их от каких-либо конкретных действий по пресечению распространения унионистской чумы.

Что же касается молдавского гражданского общества, то оно ведёт себя совершенно странно и неадекватно – игнорируя нарастающую унионистскую угрозу, «сохраняет нейтралитет», недовольно морщась от как «слишком грубых и шумных выпадов со стороны унионистов», так и от активного сопротивления им со стороны отдельных молдавских патриотических организаций, нарушающих его спокойствие и душевное равновесие.

Молдавские же власти – и национал-демократы «первой волны», правившие в Республике Молдова с 1991 по 2001 .г, и коммунисты-воронинцы, находившиеся у власти в 2001 – 2009 г.г., и нынешняя правящая либерально-демократическая Коалиция проевропейского правления неизменно делали и продолжают делать вид, что вообще «в упор не видят» смертельную опасность суверенитету и национальной независимости Страны, исходящую от унионистов, а потому никакой борьбы с ними на официальном уровне никогда прежде не вели и не ведут также и сегодня.

Так что, удивляться тому, что все заявления румынского президента Траяна Бэсеску, а до него других румынских президентов, а также целого сонма румынских чиновников и политиков рангом пониже о том, что Республика Молдова - это «румынская земля», что молдаване – это «румыны», что язык, на котором они говорят, это «румынский язык», что Молдове пора кончать с «играми в независимость», которые лишь затрудняют её интеграцию в ЕС, и немедленно объединяться «с матерью-родиной Румынией», ни разу не вызвали жёсткого и однозначного официального протеста со стороны Кишинёва в такой ситуации, право же, не стоит.

Какие там протесты, если даже сам первый президент Республики Молдова Мирча Снегур открыто говорил о том, что её независимость является лишь переходным этапом на пути слияния с Румынией? Если третий президент РМ «коммунист» Владимир Воронин пользовался «дружеской поддержкой» со стороны открытого униониста и антикоммуниста Траяна Бэску и его сторонников в Молдове для переизбрания на второй срок? Если нынешний президент РМ Николай Тимофти вслед за Траяном Бэсеску провозглашает Республику Молдова «вторым румынским государством» и признаёт - вопреки Конституции! – её государственным языком «румынский», а не «молдавский»?

Конечно, тут же возникает вполне закономерный вопрос: А что же думает по этому поводу сам молдавский народ? Он-то почему молчит, не протестует, не требует отставки находящихся во власти политиков, не защищающих суверенитет и независимость Республики Молдова? Он-то почему вновь и вновь голосует на выборах за партии, открыто исповедующие идеологию унионизма?

Голосуют же за политиков-унионистов и их партии менее 10% местных избирателей, но соглашательская позиция со стороны лидеров других политических формирований приводит к тому, что именно это унионистское меньшинство получает возможности влиять на политику всего Молдавского государства (например, как это было при формировании Альянса «За европейскую интеграцию»).

Поэтому вовсе неудивительно, что румынский президент Траян Бэсеску, решительно и последовательно продвигающий свой план «унире», в последнее время совершенно перестал считаться с позицией и официального Кишинёва, и молдавского гражданского общества. Чего, дескать, обращать на них внимание, если они вроде бы и есть, но на самом деле от них в решении вопроса «Быть или не быть Молдове независимой?» почти ничего не зависит?

Иначе вряд ли он стал бы заявлять, что «дискуссия на этот счет должна вестись политическим классом Румынии без участия политиков из Кишинева. Речь идет о политическом обязательстве Румынии». Вот так! Будем, дескать, решать этот вопрос «без участия молдаван». Такой вот «оригинальный» румынский вариант известного народного изречения «без меня меня женили» в применении к «невесте-бесприданнице» Молдове – сиди, мол, тихо, молчи в тряпочку и не рыпайся! Всё за Молдову уже давно решили в Румынии, и поэтому совершенно неважно, что скажут по этому поводу в Кишинёве!

Ибо «в определенный момент… Румыния обязана предоставить Республике Молдова альтернативу - европейскую перспективу через объединение». А наступивший 2014 год, по мнению Бэсеску, «должен стать годом, когда мы честно и открыто заявим, что Республика Молдова - это румынская земля». Если верить Траяну Бэсеску, Молдове нужно присоединиться к Румынии исключительно «во имя евроинтеграции», так как он опасается, что «Москва намерена помешать её евроинтеграции». Поэтому, талдычит он, объединение Молдовы с Румынией станет «альтернативным вариантом евроинтеграции вопреки руке Москвы».

Анализируя происходящие сегодня политические события в межгосударственных отношениях Румынии с Республикой Молдова, всё более отягощаемые и омрачаемые открытыми посягательствами со стороны политических кругов Бухареста на суверенитет и национальную государственность своей запрутской соседки, нельзя не провести аналогию с теми трагическими геополитическими событиями, которые происходили в феврале – марте 1938 года в отношениях между нацистской Германией и независимым демократическим государством Австрией, когда Берлином был взят курс на «аншлюс», приведший к утрате этой страной своего независимого государственного статуса в результате поглощения германским Третьим Рейхом.

Впрочем, сравните сами, как развивались тогда – в 1938 году - события по линии Берлин – Вена, с тем, как они развиваются сегодня по линии Бухарест – Кишинёв.

11 февраля 1938 года германский фюрер Адольф Гитлер принял в Берхтесгадене канцлера Австрии Шушнинга (заменившего убитого накануне австрийскими «унионистами» - местными фашистами канцлера Дольфуса) и заявил ему, что вся история Австрии была сплошной изменой и «я теперь могу сказать вам в лицо, герр Шушниг, что я твердо намерен с этим покончить. Германский рейх – великая держава, и никто не поднимет голоса, если она урегулирует свои пограничные проблемы. Я выполню свою историческую миссию, мне это предписано провидением. Возможно, вы проснетесь однажды утром в Вене и увидите, что мы нагрянули, как весенняя гроза».

Когда Шушниг ответил, что Австрия не одинока в мире и вторжение в страну будет, вероятно, означать войну, Гитлер презрительно усмехнулся. Он был уверен, что ради защиты мнимого суверенитета Австрии никто и пальцем не пошевелит – ни Италия, ни Англия, ни Франция. Увы, так оно всё и случилось.

20 февраля 1938 года Гитлер произнес в Рейхстаге речь, которая передавалась также на Австрию. Он обвинил Австрию в дискриминации «германского меньшинства», которое, по его словам, «подвергается постоянным страданиям за свои симпатии и стремление к единению со всей германской расой и ее идеологией», доведя собравшуюся в оперном театре публику до патриотического экстаза.

А в Вене улицы были пустынны: люди прилипли к приемникам, слушая Гитлера. Местные нацисты были воодушевлены и после речи своего фюрера начали собираться группами, выкрикивая: «Зиг хайль! Хайль Гитлер!» По всей Австрии местные нацисты устраивали демонстрации. Их центром был Грац, где на городской ратуше был поднят нацистский флаг. Игнорируя правительственный запрет на политические митинги, нацисты объявили о проведении митинга с участием 65 тысяч членов своей партии со всей страны.

9 марта 1938 года в Австрии объявили о плебисците. Канцлер Шушниг заявил, что через четыре дня, 13 марта, народ пойдет на избирательные участки, чтобы ответить на один вопрос: «Вы за свободную, независимую и единую Австрию?» Голосование за свободную и единую Австрию, – а такой исход был наиболее вероятным, – означало бы, что аншлюс может не состояться. А так как союз с Австрией был необходимым предварительным шагом к экспансии на Востоке, плебисцит ставил под угрозу гитлеровскую программу расширения жизненного пространства.

Поэтому в 8 часов утра 11 марта 1938 года германские войска устремились в Австрию.

13 марта 1938 года австрийский Парламент принял закон, по которому Австрия становилась провинцией Германии. Так рухнула независимость Австрии, и так завершился день, в который, как надеялся Шушниг, его народ на плебисците подтвердит свою независимость.

Так «без меня меня женили» на Третьем Рейхе независимую Австрию в марте 1938 года германские нацисты. Так, судя по многим признакам, намереваются «без меня меня женить» на Румынии независимую Республику Молдова румынские унионисты. Так может случиться, если власть и гражданское общество в нашей стране будут и далее безразлично наблюдать за их приготовлениями, уповая на то, что «мировое сообщество» не допустит столь открытого нарушения международного права. Из политических ошибок Вены, приведших к аншлюссу Австрии, должны быть извлечены необходимые уроки в нынешнем Кишинёве, чтобы не допустить аншлюса Молдовы.

Обсудить