Мариан Лупу: «Румыны никогда не поглотят нас»

Государство Республика Молдова никогда не исчезнет, и румыны никогда не поглотят нас. Никакого слияния никогда не будет. У нас только один путь - современный европейский.

Молдавские партии начали предвыборную борьбу задолго до официального старта избирательной кампании. Левые партии ведут ее под лозунгами присоединения к Таможенному союзу, а правые эксплуатируют тему евроинтеграции.

Демпартия, входящая в правящую прозападную коалицию, позиционирует себя, как центристская сила, но с чем она пойдет на выборы пока неясно. Корреспондент «Ъ-MD» Татьяна Гыска поговорила с лидером демократов Марианом Лупу о том, что его партия предложит избирателям, почему гагаузские демократы поддержали незаконный с точки зрения властей референдум и насколько успешно ведет борьбу с коммунистами коллега господина Лупу Владимир Плахотнюк.

— Ваши партнеры либерал-демократы по сути «приватизировали» тему евроинтеграции и собираются активно ее использовать в своей предвыборной кампании. Левые партии взяли на вооружение лозунг о присоединении к Таможенному союзу. Что осталось вам? За что будете агитировать?

— У нас до выборов еще достаточно много времени. Я всегда считал и считаю, что лучшая электоральная пропаганда это хорошо делать свое дело. Это касается вопросов евроинтеграции, внутренней политики, уровня жизни людей, модернизации экономики, привлечения инвестиций, создания новых рабочих мест и так далее. Подкрепление наших общих политических деклараций конкретными результатами это и есть показатель серьезной работы в деле евроинтеграции. Вообще хочу сказать, что демпартия и лично я смотрим на вопросы евроинтеграции очень реалистично. Знамя общего значения евроинтеграции было поднято настолько высоко, что сейчас нужно подтягивать содержательную часть. Когда случится официальный старт избирательной кампании, тогда мы и выйдем с лозунгами и слоганами. Но я далек от мысли, что феномен евроинтеграции может быть кем-то монополизирован, будь-то конкретный человек или партия. Я отказываюсь принимать такой подход. Речь идет не о политической игре, а о серьезных вопросах для будущего нашей страны. Никто не может приватизировать это будущее, оно принадлежит всем гражданам. Это будущее нынешних поколений, наших детей и внуков, а что касается политических партий, то их основная роль, в том числе демпартии, состоит в том, чтобы серьезно работать над процессом евроинтеграции, а не только говорить о ней.

— В одном из своих последних интервью вы говорили, что демпартия не настаивает на изменении избирательной системы до парламентских выборов. Как тогда объяснить ту поспешность, с которой продвигался разработанный демократами законопроект, который сейчас находится на экспертизе в Венецианской комиссии и как расценивать напряженные переговоры по поводу этой инициативы внутри правящей коалиции?

— Сделаю одну техническую, но важную поправку и задам встречный вопрос: кто, где и когда настаивал, чтобы этот законопроект прошел до парламентских выборов?

— Не было даже намека на то, что он может быть принят не сейчас, а разрабатывается с прицелом на отдаленное будущее.

— Не было вообще разговоров, когда он будет принят. Мы с самого начала понимали, что это комплексный, непростой вопрос, который касается политической системы Молдовы. Мы прекрасно понимаем, что подавляющая часть населения чувствуют необходимость развития этой системы. Напомню, что посыл об изменении избирательной системы была составной частью [прошлой] избирательной кампании наших коллег. Почему мы пошли по этому пути и, де факто, взяли этот флаг у Либерально-демократической партии (ЛДПМ)? В свое время мы предлагали выбирать всех депутатов по одномандатным округам, но в ходе дискуссий пришли к мнению, что это может быть довольно радикальным шагом. Мы согласились дорабатывать смешанную систему и на то есть ряд причин.

Нынешняя система избрания депутатов по партийным спискам имеет свои плюсы, как например более легкая внутренняя организация фракций. Минус же состоит в том, что при этой системе срабатывает не фактор индивидуальных качеств человека, а бренд партии и [авторитет] нескольких людей из ее руководства. При этом, как показывает практика, нет ответственности и прямой взаимосвязи между депутатами и населением. Именно для того, чтобы не гнать лошадей законопроект, отправленный в Венецианскую комиссию, не является официально зарегистрированным проектом. Это было сделано осознанно, потому что если регистрируешь проект, то начинает работать маховик административных процедур. Мы прекрасно знаем, что есть кодекс Совета Европы и внутреннее законодательно предусматривающее, что нельзя изменять Кодекс о выборах за 8-10 месяцев до голосования. Нельзя менять правила игры практически во время игры. На чем мы будем настаивать, так это на том, чтобы этот вопрос оставался в повестке дня на среднесрочную перспективу.

— Ваша партия будет предлагать снизить избирательный порог, который сейчас для партий закреплен на уровне 6%?

— Мы готовы работать в абсолютно любых условиях и нынешние условия нас не пугают. Если Венецианская комиссия скажет, что в мае прошлого года парламент проголосовал за повышение порога до 6%, проигнорировав общеевропейский подход и попросит нас снизить его, мы поддержим эту идею. Не попросят значит так и останется.

— После референдума в Гагаузии эксперты и политики снова заговорили о сепаратизме. Действительно есть такая опасность?

— Феномен сепаратизма представляет опасность для любого государства, тем более в определенные моменты экономической и политической нестабильности. Но не нужно забывать, что в условиях нормальных взаимоотношений различных этносов такие инициативы никогда не растут снизу вверх, а всегда вбрасываются провокаторами, безответственными политиками, людьми, которые думают не о государстве, а о своих личных или корпоративных интересах. То, что произошло в Гагаузии прекрасно вписывается в этот сценарий.

В данном случае Михаил Формузал не имея конкретных результатов восьмилетнего правления, которые он мог бы предъявить гражданам, решил направить их внимание в другую сторону. Это известный и абсолютно безответственный трюк. Башкан ввязался в опасную авантюру. Но я уверен, что в Гагаузии есть адекватные политики, которые думают о гагаузском народе, о государстве Республика Молдова и у которых нет цели расшатывать государственные основы нашей страны.

— Но представители демпартии в Народном собрании Гагаузии (НСГ) непосредственно участвовали в подготовке и проведении референдума. Можно ли это расценивать как внутренний раскол?

— За проведение референдума голосовали все члены НСГ - не только наши представители, но и либерал-демократы. Этому есть объяснение. Все эти упражнения по поводу референдума появились в контексте избирательной кампании на пост башкана. Команде Михаила Формузала нужен был козырь и он появился. Мы прекрасно знаем, что при этом башкан использовал общий настрой гагаузского общества. В контексте избирательной кампании, что по вашему мнению произошло бы с любым политиком, который пошел бы против воли гагаузского общества?

— Они остались бы за бортом предвыборной гонки.

— Абсолютно верно. Не нужно забывать и о высокой степени автономности нашей команды в Гагаузии. Все демократы в НСГ выбирались не по партийным спискам, а как независимые. Только спустя год после выборов в результате очень сложных и комплексных переговоров они стали частью демпартии. Да, нужно признать, что наше мнение по многим вопросам не совпадает с мнением наших коллег.

— Вы пытались их переубедить, чтобы они не участвовали в подготовке референдума?

— Да, мы вели переговоры. Мы приводили свои аргументы, а они свои. Они делали акцент на том, что мы обещали им очень высокую степень автономии в рамках демпартии. Мы приняли тогда это требование, да у нас и не было другого пути. Раз такое было условие, его нужно уважать, как бы сложно это ни было. Да, есть вопросы внутрипартийной дисциплины, но они не могут рассматривается отдельно от внутрипартийной демократии.

— И никаких последствий для них не будет? Каких-то санкций со стороны руководства партии?

— Последствия могут быть только для тех людей, которые интенсивно и осознанно идут против существующего законодательства. Здесь много деталей, но могу сказать, что в плане решения НСГ сложно узреть нарушение закона. В положении Гагаузии есть позиция, которая строго относится к возможности подобного рода упражнений. Внутри партии продолжаются дискуссии, но мы не собираемся нарушать данное обещание по поводу автономности.

— Вы говорите, что Михаил Формузал пытается с помощью референдума отвлечь внимание людей от проблем, но в своем официальном заявление коалиция утверждала, что за этим стоят коммунисты. Кроме того, власти видят в этом пресловутую «руку Москвы».

— Коммунисты выходили с этой инициативой на национальном уровне, а башкан вышел с инициативой на уровне автономии. Здесь сошлись интересы этих двух игроков. Не вижу никаких противоречий. Что касается поддержки извне то, что тут непонятного? Финансирование этих референдумов проводилось товарищами, которые проживают в России. Если бы мы были наивными, то могли бы считать, что это действительно финансировалось физическими лицами. Но все же возникает вопрос: их ли это деньги? С учетом того, что произошло с Арменией и происходит с Украиной, мы не можем исключать вмешательства некоторых политических кругов из России.

— В последнее время резко ухудшились отношения с Тирасполем, который грозит прекратить диалог с Кишиневом, обосновывая это нежеланием молдавских властей решать актуальные, главным образом экономические проблемы.

— В самом Тирасполе представители региональной администрации никогда не блистали желанием вести конструктивный разговор по фундаментальным вопросам, в том числе по политическим. Действия, которые происходят сейчас откровенно провокационны. Воевать с детьми, закрывать школы, арестовывать руководство школ - это переходит любые границы. Не только политические, но и элементарно человеческие. В чем виноваты дети?

— Тема гипотетического объединения Молдовы с Румынией не теряет актуальности. Румынский президент Траян Бэсеску неоднократно поднимал этот вопрос и даже намекал на некое предложение, которое Бухарест готов сделать Кишиневу. Возможно ли такое объединение?

— Я не считаю, что этот вопрос поднимается чаще, чем раньше будь то внутри или вне Молдовы. Просто несколько подобных заявлений Траяна Бэсеску наделали шума. Давайте разберем эту ситуацию. С чем связанны заявления господина Бэсеску? На мой взгляд объяснение очень простое. В Румынии идет избирательная кампания, их ждут очередные выборы. Идет жестокая борьба между партией Бэсеску с одной стороны и партией социал-демократов во главе с премьером Виктором Понтой, с другой.

Я уверен, что это чисто внутриполитическая история, чтобы получить голоса небольшого, но все-таки достаточно значимого сегмента унионистски настроенных граждан Молдовы. Речь идет где-то о 7%-8%. Уверен, что даже он (Траян Бэсеску ) не верит в реалистичность этого проекта. С другой стороны, господин Бэсеску не мог не понимать, что эти заявления безусловно будут лить воду на мельницу партии коммунистов, которые кричат сейчас, что страна погибает. Мне неприятно, что свои эгоистичные политические интересы он поставил выше интересов государства Республики Молдова. Своими заявлениями он сделал много зла именно курсу евроинтеграции и объясню почему. Подавляющая часть молдаван, которые поддерживают этот курс, не являются унионистами, соответственно после этих заявлений многие люди стали задаваться вопросом: «Раз это говорит Бэсеску, надо ли нам поддерживать этот курс?» Государство Республика Молдова никогда не исчезнет, и румыны никогда не поглотят нас. Никакого слияния никогда не будет. У нас только один путь - современный европейский.

— Ваш заместитель Владимир Плахотнюк заявил, что возглавит борьбу демпартии против коммунистов. Насколько успешно он с ними борется?

— Вот вы с ним встретьтесь и поговорите на эту тему.

— Но ведь борьба ведется не от имени гражданина Плахотнюка, а от имени демпартии.

— Вы наверно следили за обменом колкостями. Сначала, сделал заявление человек, потом кое-кто поклялся на крови, что будет уничтожать демпартию. В ответ из демпартии пошли заявления, что «а мы это еще посмотрим, поборемся». Вообще-то если перейти за черту этих личностных обвинений, то во всех этих заявлениях и борьбе есть логика. Демпартия по большому счету играет на том же электоральном поле, что и коммунисты. Никто другой не может этого сделать. ЛДПМ более чем на 90% является партией правых взглядов, либералы-реформаторы и либералы - тоже. Не зря же год за годом перед 1 декабря кто-то из депутатов - либо либералов, либо либерал-демократов - встает и предлагает почтить память объединения румынского государства. И все встают, кроме депутатов демпартии и партии коммунистов. Это один из моментов, а их достаточно много. Я был очень удивлен узнав, что коммунисты уже поддерживают безвизовый режим. У них очень серьезная проблема с логикой: как ты можешь бороться против Соглашения об ассоциации с ЕС, которое дает возможность перейти на безвизовый режим, но при этом поддерживать сам безвизовый режим?

— Может быть просто хотят свободно ездить в Европу. Депутаты от компартии постоянно повторяют, что у них нет гражданства других государств.

— У меня между прочим тоже нет гражданства Румынии, как и у моих детей, супруги и родителей. Это принципиальный момент, но я его не навязывал своим детям. Они сами пришли к такому решению. Но все же должна быть элементарная последовательность. Нельзя прыгать с одного на другое. Буквально недавно коммунисты сделали запрос в Конституционный суд по поводу нашего коллеги Валерия Гумы. Тоже интересный подход. С одной стороны они кричат, что Румыния наш враг и хочет поглотить Молдову, а тут оказываются единственными, кто поддерживает румынские власти и их судебные инстанции. Значит ли это, что они резко поменяли свою позицию и теперь за одно с унионистами, а господин Бэсеску стал их лучшим другом, как было в 2004 году?

Политика это вещь, которая требует гибкости и выхода из определенных ситуаций в зависимости от конъюнктуры, но должна выдерживаться последовательность и логика. Вот и происходит такая борьба, местами переходящая на личностный характер, но все эти выпады и колкости выносят на первый план, то что основной и единственный конкурент ПКРМ за голоса — это демпартия.

KOMMERSANT.MD

Обсудить