Игорь Корман: «Я слышал много таких слухов – что молдаване не смогут продавать свою продукцию, вино в бочках в погребе держать…»

Игорь Корман был избран председателем молдавского парламента в мае прошлого года. До сих пор не был замешан в громких скандалах. От многих своих коллег отличается взвешенной позицией. О необходимости применения международных санкций, сотрудничестве в рамках ЕС и СНГ, создании рабочих мест и дешевых квартирах для депутатов Игорь Корман рассказал в интервью Ирине Астаховой.

Украина на прошлой неделе подписала с ЕС только политическую часть Соглашения об ассоциации. Что будет подписывать Молдова? Депутат Европарламента от Румынии Моника Маковей считает, что Молдова может подписать Соглашение об ассоциации с Евросоюзом уже в апреле. Нужно ли так спешить с договором о свободной торговле?

– Во-первых, мы парафировали Соглашение об ассоциации с ЕС, которое включает и договор о свободной торговле, на Вильнюсском саммите в ноябре прошлого года. После парафирования никакие изменения в текст вносить уже невозможно. Дальше можно только подписать и ратифицировать документ. Мы к этому готовы, но окончательная дата подписания зависит не от нас. Речь идет о технических моментах подготовки со стороны Евросоюза, потому что там идет перевод на официальные языки ЕС, юридическая сверка текстов. Если говорить о сроках, то назывались разные: август, июль, теперь апрель. Председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу сказал, что подписание состоится до июня этого года.

Во-вторых, вопрос этот очень политизирован, вследствие тех событий, которые происходят вокруг Молдовы. Больше всего вопросов возникает к договору о свободной торговле с ЕС. Речь идет, в том числе, о нашем интересе сохранить хорошие экономические и торговые отношения с Российской Федерацией. Чтобы они не осложнились так же, как с Украиной.

Но я все же думаю, что этот договор не может повлиять на наши отношения. У нас действуют автономные преференции ЕС уже много лет. Тут практически ничего нового нет. Кроме того, у Молдовы есть такой же договор о свободной торговле в рамках СНГ. В наших интересах, чтобы аналогичное соглашение было с Евросоюзом. Кстати, представители нашего правительства представили российским властям текст парафированного договора, и сейчас мы ждем официальный ответ: есть ли там положения, которые могут негативно повлиять на товарооборот с Российской Федерацией.

– Кто конкретно анализировал текст соглашения об ассоциации с ЕС с точки зрения выгоды и потерь для национальной экономики? Есть ли такой анализ в парламенте и знакомы ли с ним депутаты?

– Профильная комиссия парламента дала заключение по этому документу еще в начале переговоров. Я был тогда председателем комиссии, 3-4 раза проводились слушания по этому вопросу, приглашали переговорщика от Молдовы, все заинтересованные депутаты имели возможность задать вопросы и получить информацию.

– Тогда еще на английском языке?

– Слушания проводились на государственном языке, и информация была представлена на государственном. Текст был парафирован на английском, поэтому наши коллеги из оппозиции делают акцент на том, что люди не знали, о чем шла речь. Но все переговоры имеют конфиденциальный характер, и до парафирования текст соглашений не разглашается. После парафирования документ был переведен на государственный и на русский языки. Все, кто хотел, имел возможность с ним ознакомиться.

Наши переговорщики привели данные о том, что в тех областях экономики, где есть риски для молдавских производителей, период отсрочки полной либерализации торговли составит до 10 лет. Все требования молдавской стороны были учтены. Кроме того, в течение этого срока – до 10 лет – у молдавских производителей будет возможность использовать европейские фонды для повышения своей конкурентоспособности. Один из примеров – Европейская программа поддержки сельского хозяйства и регионального развития.

В социальных сетях приводят другие конкретные примеры. В частности: «Сегодня в республике не осталось боен, поскольку весь скот забивается в домашних условиях. Что будет делать молдавский крестьянин, когда ему, по договору об ассоциации с ЕС, запретят производить на домашних подворьях мясо, молоко и другую продукцию для продажи?»

– Я слышал много таких слухов – что молдаване не смогут продавать свою продукцию, вино в бочках не смогут в погребе держать, резать свою свинью не смогут….

Эти слухи основаны на опыте румын, которые столкнулись с такими проблемами.

– Румыния – член ЕС. Мы находимся на совершенно другой фазе развития отношений. Такие требования не могут быть применены по отношению к Молдове. Уровень соглашения о свободной торговле и членство в ЕС – это разные вещи.

Вы заявили недавно, что, несмотря на сближение с ЕС, "необходимо продолжить диалог с Россией, и развивать торговые и экономические отношения с СНГ". Однако обе наши Либеральные партии на этой неделе зарегистрировали в парламенте законопроекты, которые предусматривают выход Молдовы из СНГ. Когда парламент будет рассматривать эти законопроекты, и как Вы относитесь к таким инициативам?

– Каждый депутат может зарегистрировать свою инициативу в парламенте. Но для того, чтобы эта инициатива быть включена в повестку дня комиссии, большинство членов комиссии должны за это проголосовать. Если комиссия рассмотрела вопрос и уже есть рапорт комиссии, вопрос обсуждается на бюро парламента. Большинством голосов членов бюро мы можем предложить Парламенту включить этот вопрос в повестку дня, а можем исключить. Далее, большинство депутатов должно проголосовать такой проект, чтобы он был утвержден. Таким образом, инициатива проходит много этапов, на каждом из которых она может задержаться.

Я убежден, что подобные инициативы – это неправильный подход, это желание некоторых наших коллег позиционироваться в предвыборный год. Более того, я убежден, что мы должны использовать механизм СНГ. Понятно, что там не все работает, – например, ситуация с экспортом наших вин на российский рынок – до сих пор мы не получили четкого ответа, почему это случилось. Понимаем, что это было больше политическое решение. Конечно, это нехорошо, что мы, члены СНГ, в рамках этой организации не смогли решить вопрос до сих пор.

Однако это все равно не означает, что мы должны покинуть эту платформу. Ее важно использовать и на парламентском уровне, и на правительственном, потому что у нас есть общие экономические и торговые интересы со всеми членами СНГ. Мы прекрасно понимаем, что значит для нас этот рынок. Я уже не говорю о каналах диалога, которые там есть. Я, например, в апреле собираюсь участвовать в Парламентской Ассамблее СНГ – это хорошая платформа, чтобы встретиться с коллегами и обсудить все вопросы.

– Почему обсуждение в парламенте проблемы международных политических санкций было секретным? И почему Молдова вообще присоединилась к санкциям против своих ближайших соседей и главных торговых партнеров? К примеру, мэр латвийского портового города заявил, что если введут экономические санкции против России, «нам придется пойти и всем утопиться», потому что в первую очередь санкции ударят против самих же латвийцев.

– Мы решили организовать эти слушания, чтобы обсудить в общем региональную ситуацию, возможность ее влияния на ситуацию в стране. Я не понял, почему наши коллеги из оппозиции отказались в них участвовать. Они на каждом заседании парламента требуют, чтобы мы пригласили правительство. И вот мы организовали эти слушания, но они не участвовали.

Они аргументируют это тем, что были закрытые слушания.

– Если мы хотим, чтобы состоялся открытый разговор, чтобы ответственные лица могли поделиться всей информацией с депутатами, и чтобы депутаты могли откровенно высказываться – это невозможно, когда ты знаешь, что каждое слово звучит из любой радиоточки по стране. Я думаю, что состоялся конструктивный обмен мнениями. Для нас важно, чтобы нашими действиями мы не нанесли вред стране, потому что ситуация действительно сложная.

Насчет санкций – да, мы в парламенте не знали об этом, нам подтвердили во время слушаний, что Молдова присоединилась к некоторым действиям против 18 граждан Украины. Это решение было принято Евросоюзом, и министерство иностранных дел и европейской интеграции, после консультации с премьер-министром, решило присоединились к санкциям. Я подчеркиваю, что это не санкции против России, как говорят наши коллеги из оппозиции.

Я лично обратился к представителям МИДЕИ – у них сейчас идет разработка законопроекта, который четко и ясно распишет механизм присоединения Молдовы к таким санкциям. Дело в том, что мы, по традиции, присоединяемся к политическим декларациям ЕС, это делает МИДЕИ через посольство. Но есть такие важные моменты, где надо знать, как принимать такие решения.

Насчет санкций против России – даже в странах ЕС ведутся дискуссии по этому вопросу. Некоторые страны более активно выступают «за», но есть много стран, которые осторожно относятся и даже высказываются против таких санкций. В частности, премьер-министр Словакии публично сказал, что если Словакия присоединится, то у них будут большие экономические проблемы. Чехи заявили то же самое. К сожалению, у нас в Молдове есть такие политики, которые этого не понимают.

Но Украина – это тоже наш партнер и ближайший сосед. Завтра вернутся эти политики к власти – потому что все возможно – и как Вы будете с ними взаимодействовать?

– Поэтому я и считаю, что у нас должна быть единая позиция, исходя из интересов страны, и мы не должны поддаваться сиюминутным настроениям. Декларация, которую мы приняли в парламенте, – правильная. Потому что это естественно, что Молдова выступает за территориальную целостность и Украины, и других государств. Мы были и сейчас выступаем против независимости Косово, Южной Осетии…

Почему же тогда Молдова отправила своих солдат в Косово?

– Так было и раньше, Молдова принимала участие в миротворческих операциях в Ираке, в Косово под мандатом ООН.

- Но там НАТОвские войска.

– Все аргументы той стороны, что это важно для наших солдат, это вклад Молдовы в процессы безопасности в регионе. Это техническое участие. Мы все вместе приняли это решение в парламенте.

– Просчитывали ли в Коалиции последствия от возможного осложнения отношений с Россией? В 2013 общие поступления денег гастарбайтеров составили 1,6 млрд долларов, из них 1,1 млрд долларов, или 70% из России. Сумма этих денег сопоставима со всем объемом молдавского экспорта. Готова ли страна создать достаточное количество рабочих мест для возвращения гастарбайтеров, если даже сегодня министр труда говорит, что 60% наших безработных не хотят работать за предлагаемую им зарплату в размере минимального прожиточного уровня?

– Это самая большая проблема. Все прекрасно понимают, что европейская модель развития государства для нашей страны – это позитивно. Тем более, что нет у нас другой возможности модернизировать страну, кроме как вводить европейские стандарты и использовать помощь ЕС. С другой стороны, наша проблема в том, что такие сложные геополитические процессы проходят вокруг нас, Россия выступила с другим проектом на базе Таможенного союза.

Мы оказались в нелегком положении. Тем более что и у нас политические силы больше думают, как разделить общество, а не консолидировать его. Это очень большая проблема, учитывая, что скоро выборы. Легче прийти с геополитическими вопросами, чем сказать, что мы собираемся сделать, чтобы повысить уровень жизни людей. Но я убежден, что евроинтеграция и хорошие отношения с восточными партнерами должны быть, это очень важно, и одно без другого не может быть.

Мы не можем отказаться от европейской повестки, и нам надо сделать все возможное, чтобы убедить наших партнеров в том, что Молдова дружественная страна и наш европейский путь не означает конфронтацию. Наоборот, Молдова заинтересована в том, чтобы использовать оба вектора. Но риски есть. Я очень надеюсь, что в Москве поймут особенности ситуации в Молдове. Большинство граждан нашей страны дружественны по отношению к России, и это неправильно – политическими мерами менять такое расположение.

Недавно в России были изменены условия нахождения иностранных граждан. У нас эту ситуацию не разъясняют. Необходимо проинформировать наших граждан о том, что речь идет о мерах, которые имеет право принимать российская сторона ко всем зарубежным гражданам, что это не касается только молдаван.

Параллельно наше правительство начало процесс переговоров по соглашению о легальной миграции, чтобы наши граждане они имели трудовые контракты, социальную защиту в России. Мы тоже заинтересованы в том, чтобы в этом вопросе был наведен порядок. Но не исключено, что часть наших граждан вернется домой уже в апреле, в мае. Предполагается реализовать проекты по инфраструктуре, которые будут создавать дополнительные рабочие места. Ведется разговор об этом и с ЕС. Но в любом случае, если это случится, – будет проблема для нас.

– Вы говорите о рабочих местах. Но люди уже возмущаются. Например, обнародованы результаты конкурса на строительство дорог, который опять выиграли немолдавские компании. И снова рабочие места отдали иностранцам.

– Но рабочие-то будут из Молдовы. Думаю, что в интересах компаний, выигравших тендер, нанимать местных работников, чтобы оптимизировать расходы.

Почему молдавские власти не защищают свой рынок труда законодательным путем, не проводят жесткую протекционистскую политику? Ведь развитые страны делают это, несмотря на требования о защите конкуренции. Когда выходит министр труда госпожа Булига и обращается к работодателям, чтобы они давали работу и хорошие зарплаты гастарбайтерам, это непонятно. Потому что у государства есть рычаги, чтобы поддержать работодателей не просто словами.

– Да, тут есть проблема, надо продумать.

Социалисты намерены собрать миллион подписей в поддержку Таможенного союза. Как Вы относитесь к идее общенационального референдума о внешнеполитическом выборе страны?

– Я думаю, это политизация вопроса, они просто думают о выборах. А самый главный референдум – это и будут выборы – уже осенью. Все партии увидят конкретно, какой курс поддерживают избиратели. Поэтому посоветовал бы партиям объяснить людям свою позицию, у каждого есть аргументы.

– Вчера Конституционный суд принял очередное решение о неконституционности положения бюджетно-налоговой политики на 2014 г., согласно которому были увеличены акцизы на сигареты. Либералы утверждают, что за последний год они выиграли уже 17 дел в КС. Мы были свидетелями уже не одного скандала по поводу подтасовки статей в законопроектах. Почему законодатели допускают так много нарушений конституции?

– Я не буду комментировать решения КС, пусть это делают аналисты, обозреватели. Одна проблема есть, и она системная. По закону, бюджетно-налоговая политика должна быть представлена в парламент в июле, чтобы было время до октября изучить проект и потом заняться проектом бюджета. Но что получается? Мы получаем проекты и бюджетно-налоговой политики и самого бюджета в конце ноября одновременно. Это очень объемные документы.

У правительства всегда есть объяснения задержки – или переговоры с МВФ, или другие нюансы. И когда потом в срочном темпе такие объемные сложные документы проходят через комиссию по экономике, особенно в третьем чтении, когда собирается масса поправок, – у депутатов нет возможности детально изучить, за что они голосуют. И в результате случаются вот такие сюрпризы уже в начале года. Но, с другой стороны, есть транспарентность – все выясняется, в конце концов, и решается. Ведь главное – результат.

– Может, внести поправки, чтобы наказывать министра финансов за задержку? А международные финансовые организации должны понять, что у нас есть законы, и не вынуждать наши власти их нарушать.

– Не все так легко, как кажется. Мы заинтересованы в хороших отношениях с партнерами.

– Венецианская комиссия и Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека не рекомендует молдавским властям менять Избирательный кодекс в год выборов. Но приветствует инициативу о снижении избирательного порога с 6 до 4 процентов. Будет ли Демократическая партия, которую Вы представляете, настаивать на изменении избирательной системы или на снижении избирательного порога?

– Сама идея смешанной избирательной системы принадлежит либерал-демократам. Они еще на выборах 2009-2010 годов вышли с такой идеей. Наши коллеги зарегистрировали инициативу по мажоритарной системе, когда все депутаты избираются не по спискам, а напрямую. Но, в конце концов, мои коллеги из демократической партии решили пойти на компромисс. Мы знаем, что люди недовольны, они не знают, кого избирают. Естественно, были дискуссии и в коалиции, как поступить. Так как наши коллеги сказали, что они в принципе не против, но должны выслушать мнение Венецианской комиссии, я направил инициативу на ее рассмотрение – до того, как проект был зарегистрирован в парламенте.

Было понятно еще в конце прошлого года, что мы не укладываемся в сроки, чтобы внести изменения в законодательство. Но если в будущем парламенте захотят вернуться к этой проблеме – уже есть мнение комиссии. Так что эта работа сделана не зря. Но я лично считаю, что не так уж важно, какая избирательная система действует. В разных странах разные системы, нет никаких доказательств, что одна лучше другой. Главное, чтобы были созданы демократические условия для выборов, потому что в демократической стране все системы хороши. Если есть проблемы с демократией, то все системы не работают как надо. Что касается избирательного порога, то обсуждения еще не было. Если будет политическая воля большинства, то поправка будет принята.

– Виталий Катанэ, известный своими экстремистскими взглядами, снял свою кандидатуру на пост министра обороны. Кого Вы видите на этом посту? Какое решение приняла коалиция по поводу кандидатуры министра обороны?

– Есть составная коалиции – партия либералов-реформаторов – по политическому раскладу они имеют право предложить своего кандидата на пост министра обороны, потом премьер-министр предлагает кандидатуру президенту. Но, думаю, что было бы нормально, чтобы обсуждение было и в коалиции, члены которой должны хотя бы выслушать, если есть веские аргументы за или против. Потому что министр обороны – это важная фигура. Но обсуждения в коалиции не было.

Сейчас новой кандидатуры нет, и я понимаю, что найти подходящую сложно. Я не хочу лично говорить о бывшем кандидате, тем более что он у меня работал пару недель в кабинете. И не будет корректно, чтобы я давал ему оценку. Но я надеюсь, что найдется достойный кандидат, который знает армию, разумный, способный решать нелегкие вопросы. И хорошо, если это будет политическая фигура, с достаточным опытом.

– Молдова уже несколько лет безуспешно борется с коррупцией. А в последнее время – за счет средств многочисленных международных проектов. Однако воз и ныне там. Молдаване говорят: мы прощаем власти коррупцию во имя евроинтеграции. Вот придут европейцы и всех, кого надо, посадят. А сами, что, не способны бороться – просто, извините, честно править?

– Это большая проблема, и я прекрасно понимаю недовольство граждан, мы много говорим, но они не видят результата. Что я реально могу сделать, исходя из моей функции? Мы приняли весь пакет законов по реформе юстиции, нелегко было, особенно если считать вопрос увеличения зарплат судьям. В прошлом году образовали Национальную комиссию по неподкупности, которая должна заниматься верхним эшелоном власти. Некоторые шаги мы сделали, и они правильные.

Но самая большая проблема – это менталитет. Сколько ни будем говорить о коррупции, но пока граждане не поймут, что не должны давать взятки, ситуация не изменится. В Германии каждый гражданин, если только подумает, что кто-то что-то делает нелегально, сразу звонит органам и передает информацию. Он понимает, что коррупция – против него. Граждане должны учиться искать правду легальными путями. Есть СМИ, они играют важную роль в этом процессе.

Почему, кстати, парламент отстранил СМИ от непосредственного наблюдения за законодательным процессом?

– Давайте реально посмотрим на ситуацию. В 2009 году, когда парламент работал в этом здании, здесь было 3-4 камеры, они находились в зале. В процессе демократизации появилось много новых СМИ, сейчас у нас работает 20-30 камер в парламенте. Когда планировали ремонт, исходили из прежнего количества прессы, и ложу для СМИ не расширили. Сегодня у нас 250 аккредитованных СМИ, они все могут сказать, что имеют право использовать камеру. А с камерой обычно приходит два человека: оператор и репортер. Получается порядка 400 человек прессы на 100 депутатов. Реально нет возможности всех разместить в зале.

Не способствует ли углублению непонимания между властью и обществом социальная политика законодателей, которые даже своих детей считают более достойными для государственного обеспечения, чем всех остальных граждан? Речь идет о новом законе, предусматривающем изменение системы пособий для матерей.

– Мы обсудили тот вопрос в партии. Я понимаю, что там есть проблема: некоторые люди пользуются несовершенством системы и бюджет теряет из-за этого. Но то, как была подана эта информация, и то, что молодые женщины вышли на акции протеста, – это неправильно. Однако система все равно нуждается в изменении.

Чем закончился скандал со строительством квартир для депутатов по низким ценам?

– Это искусственный скандал. Сложилось даже впечатление, что он был организован. Идее строительства квартир – не только для депутатов, но и работников секретариата, которые живут в общежитиях, – уже достаточно много времени. А инициатива пришла от всех парламентских групп – и я (а это сделал бы любой руководитель на моем месте) обратился с запросом в правительство, чтобы изучить возможность разработки проекта строительства на основе публично-частного партнерства – без использования государственных средств. Это только идея, с которой мы вышли в правительство. И как это вышло в прессу? Откуда такие данные? Некоторые депутаты уже отказались, не знаю, если будут желающие.

ИСТОЧНИК: NOI.MD
Автор: Ирина АСТАХОВА

Обсудить