Невыдуманная история Бессарабии. 1918 год.

Даже царский режим, справедливо названный В.И.Лениным «тюрьмой народов», на фоне румынского преступного произвола, в глазах населения Бессарабии смотрелся как вполне респектабельный и демократичный.

(продолжение)

II Армия грабителей, палачей и политических сыщиков

Военная операция румынской армии по захвату Молдавской Демократической Республики длилась немногим более месяца. В первой декаде февраля 1918г. почти вся её территория уже была протоптана сапогами солдат четырёх румынских оккупационных дивизий.

Подвергшаяся агрессии страна объявлена «зоной военных операций румынской армии» (zonă de operațiuni militare ale armatei române) со всеми вытекающими последствиями: на её территории введён режим осадного положения, комендантский час, отменено действующее гражданское законодательство, заблокированы наглухо границы и все её связи с внешним миром. В республике начались повальные реквизиции, гонения на инакомыслящих, тотальная «чистка» молдавского общества от противников оккупационного режима.

Создана новая наднациональная властная структура-- Военный комиссариат Бессарабии во главе с Генеральным комиссаром, румынским корпусным генералом Артуром Вэйтояну. По сути своей этот орган военной диктатуры, назначенный иностранным правительством, узурпировал верховную политическую, административную и судебную власть в молдавском государстве. Никем не контролировался и практически пользовался неограниченными правами. Приказы (ordonanțe) Генерального комиссара Вэйтояну имели силу закона на всей территории порабощённой республики.

Таким образом, Молдавская Демократическая Республика, независимое, нейтральное государство, по воле запрутских правителей, стала всего лишь «зоной военных операций» румынской армии и управлялась военным диктатором королевской Румынии как ничейная, безымянная территория. Даже настоящее имя нашей республики в официальных документах оккупационных властей нигде не упоминалось.

«Военные операции» против кого?

В условиях, когда королевская Румыния, предав своих союзников по военному блоку Антанты и заключив за их спиной тайное, сепаратное перемирие с Германией, приостановила любые военные действия на фронтах Первой мировой войны. И вообще, что скрывается под внешне, казалось бы, вполне понятной синтагмой: «военные операции румынской армии?». Какими конкретными действиями наполнили её содержание силовые ведомства королевской Румынии-- румынская армия, полиция и сигуранца, ответственные за проведение указанной военной кампании в Молдавской Республике? Если выразиться проще, что искал и чем занимался этот силовой конгломерат в чужой стране?

Исследование обширного массива архивной документации Кишинёвского центра сигуранцы, Военного комиссариата Бессарабии, командования румынских войск и органов полиции позволило выделить несколько основных направлений деятельности названных силовых структур на оккупированной территории.

Но как главные, первостепенные можно назвать три из них:

--Подавление сопротивления оккупантам со стороны гражданского населения. «Очистка» молдавского общества от противников оккупационного режима и инакомыслящих путем их физической ликвидации, или выдворения из страны. В качестве общепрофилактической меры запугивания и «усмирения» населения применялась также массовая порка молдавских граждан (знаменитая румынская «bătaie»).

--Тотальный грабёж населения Бессарабии под видом военной реквизиции.

--Постепенное упразднение национальных (республиканских) и местных органов государственного управления, избранных народом, разложение молдавской армии и народной милиции, их замена на прорумынские коллаборационистские институты власти и силовые ведомства; ликвидация автономии Бессарабии и самой молдавской государственности, подготовка акта безоговорочной аннексии её территории королевской Румынией. Устранение на завершающем этапе, с помощью солдатских штыков и негласными методами сигуранцы, всех возникающих преград на пути реализации этого преступного акта.

Как сочетаются (гармонизируют, если хотите) эти «функциональные обязанности» румынской военной администрации на оккупированной территории с теми официальными обязательствами перед Молдавской Республикой, которые взяло на себя румынское правительство в момент « голосования» Сфатул Цэрий Декларации об объединении с Румынией? Голосование без урны, когда каждого депутата поднимали, как на допросе в суде, высказаться «за», или «против», в присутствии в зале многочисленных шпиков из сигуранцы.

Как известно, на заседании Сфатул Цэрий 27 марта 1918г. присутствовала солидная делегация из соседней Румынии во главе с её премьер-министром А. Маргиломаном.

В своём выступлении перед молдавским депутатским корпусом высокий румынский гость, наряду с лирическими отступлениями и разглагольствованием о тяжелых испытаниях, выпавших на долю Молдавской Демократической Республики и о своевременном отклике Румынии, которая «как любящая мать, услышав знакомый голос своего ребёнка, немедленно кинулась на его зов о помощи» огласил также, и вполне трезво и внятно, целый перечень конкретных гарантий относительно будущего статуса, прав и свобод Бессарабии после её вхождения в состав Румынии. Эти же гарантии, почти дословно, но уже как условия и требования молдавской стороны, содержались и в заключительном решении (декларации) Сфатул Цэрий. Их содержание сводится к следующему (цитируем в сокращенном виде лишь некоторые из указанных требований):

--«… Бессарабия сохраняет свою провинциальную автономию, имея свой Совет страны (диету), избранный всеобщим, тайным, прямым и свободным голосованием в качестве исполнительного органа местного самоуправления.

--Действующее законодательство и органы местной администрации (городов и земств) остаются в силе и смогут быть изменены румынским парламентом только с участием представителей Бессарабии.

--Соблюдение прав национальных меньшинств Бессарабии.

--Выборы на всех уровнях в Бессарабии (в волостях, сёлах, городах, земствах и парламенте) будут осуществляться на базе всеобщего, равноправного, секретного и прямого голосования.

--Соблюдение личных прав и свобод граждан: свободы печати, слова, вероисповедания, собраний и других общественных прав и свобод будет гарантированно конституцией.

--Подлежат амнистии все нарушения, совершённые по политическим мотивам в смутный период последних преобразований»… И т.д. и т.п.

Из стенограммы заседания Сфатул Цэрий от 27.03.1918:

«Председатель Сфатул Цэрий И.К.Инкулец обращается к г-ну Маргиломану с вопросом: принимает ли румынское правительство предложенные Молдавским блоком условия объединения, одобренные парламентом в качестве Декларации Сфатул Цэрий?

Премьер-министр г-н Маргиломан поднимается снова на трибуну и заявляет, что румынское правительство принимает полностью букву и смысл условий объединения Бессарабии с Румынией, содержащихся в предложенной Молдавским блоком резолюции и принятой на её основе общей декларации Сфатул Цэрий…

Председатель Сфатул Цэрий- Инкулец

Секретари: И. Буздуган , Б. Епурь

Мы не можем похвастаться знанием всех языков мира, но почему-то уверены, что только у румын термины дипломат и жулик являются синонимами, что подтверждается румынскими толковыми словарями (см. Dicționarul limbii române moderne, București 1958г.)

О чём это говорит?

Говорит, наверное, о национальной особенности румынской дипломатии и, прежде всего, о её порядочности.

В продолжении нашего рассказа постараемся документально показать порядочность (извините за нахальство!) румынского правительства через призму его отношения к взятым на себя обязательствам перед молдавским парламентом:

«Бессарабия сохраняет свою провинциальную автономию…

Действующее законодательство и органы местной администрации остаются в силе…»

Служба Сигуранцы

Агент 390

23 ноября 1918 г.

Агентурное сообщение

Сегодня в 4-30 после обеда в доме г-на генерала Вэйтояну на ул.Садовой состоялось совещание молдавских депутатов, в котором приняли участие все депутаты, кроме сторонников революционной крестьянской партии, руководимой г-ном Александри и его ближайшим окружением-- Циганко, Пэскэлуцэ, Кокырлэ и др.

Г-н генерал Вэйтояну рассказал депутатам о ликвидации автономии Бессарабии (sic!- подчёркнуто нами), приведя в пример Буковину и Трансильванию.

После этого все депутаты перешли в другие два салона, где были угощены чаем и вином…»

Бендерский разведцентр

№29 18 февраля 1918

Бюллетень информационных сообщений

В номере 1618 от 31 октября газеты «Бессарабски…(далее название стерто- прим. наше) сообщается, что примар г.Бендеры Александр Прокофьев, на заседании, состоявшемся 28 октября 1917 года, заявил что присоединяется к большевикам и отказывается выполнять указания премьер-министра Керенского.

Сегодня г-н префект, по согласованию с румынским военным командованием г.Бендер, распустил весь состав городского совета во главе с названным А.Прокофьевым, заменив другими, более надёжными лицами .

Начальник Бендерского разведцентра

Комиссар Д.Попеску.

P.S. Нами приняты меры преследования в отношении лиц, упомянутых в настоящем докладе.

Как видим, выборный орган городской администрации Бендер, на основании сигнала сигуранцы, был упразднён местными румынскими военными властями и сразу, без проведения новых выборов, произвольно назначен новый его состав из числа «более надёжных лиц».

Генеральный комиссар Бессарабии Артур Вэйтояну, по тем же мотивам одним, своим приказом №7 от 4 июля 1918г. упразднил десятки местных выборных органов на всей территории юга Бессарабии с административными центрами: Измаил, Болград, Кагул.

Что касается законов Молдавской Республики, то они протоптаны были оккупационным сапогом румынских вояк сразу после их вступления на молдавскую землю и заменены на беззаконье и произвол.

* * *

«Заявляю громогласно… что румынское войско не обидит ни одного жителя Молдавской Республики, какая бы ни была у него национальность и вероисповедание» (Из заявления главнокомандующего румынской армией, генерала К.Презан 12 января после вторжения румынских войск в МДР)

«Соблюдение прав национальных меньшинств Бессарабии…, личных прав и свобод граждан: свободы слова, печати, собраний, вероисповедания и т.д. будет гарантировано конституцией» (Из речи премьер-министра Румынии А.Маргиломана на заседании Сфатул Цэрий 27 марта 1918г.)

* * *

XI Дивизия 2 февраля 1918г.

Службе сигуранцы

На ваш №258 от 10 февраля, имею честь просить Вас продолжить преследование архимандрита Гури(е), священнослужителей Парфение и Бивола и установить точнее их вредные деяния.

Зам. нач. II бюро - подпись

В информационном сообщении сигуранцы от 9 февраля 1918г. Говорится, что «местные евреи написали жалобу рабину Лондона, указывая что евреи в Кишинёве и во всей Бессарабии подвергаются пыткам и приговариваются к смертной казни румынскими военными властями без никакой вины. Они просят лондонского рабина, чтобы английское правительство потребовало от румынских властей прекратить преследования и смертные казни.»

Любой румынский военнослужащий, а тем более офицер, мог позволить себе без предварительной санкции прокурора производить аресты, включая и по политическим мотивам, сводить счёты с арестованным на месте по своему усмотрению, не доведя дело до суда. Судьба арестованного целиком зависела от настроения и психического здоровья румына в военной униформе.

Так, например, когда молдавский военнослужащий, некий смельчак Н.Лупан, подражая манере поведения румынских бесноватых вояк, на кишинёвском вокзале отматерил хорошенько румынского полковника Трэилеску, лишив последнего и некоторых личных вещей, возможно добытых путём грабёжной реквизиции, комендант города, майор Боереску, не задумываясь, наложил на рапорте об этом инциденте следующую резолюцию: «Считаю, что большевик лейтенант Н.Лупан, который оскорбил и ограбил г-на полковника Трэилеску на кишинёвском вокзале, должен немедленно быть расстрелян» .

Для подчинённых коменданта указанная резолюция их шефа означала всё равно, что решение суда высшей инстанции-- являлась окончательной и обжалованию не подлежала.

Румынский офицер на уровне начальника II Бюро XI Дивизии в переписке с начальником Кишинёвского центра сигуранцы, как бы между прочим, мог «обронить» просьбу от имени своего шефа «продолжить преследование депутата Сфатул Цэрий Мисиркова и докладывать обо всех его действиях против румын для принятия в нужный момент надлежащих мер пресечения».

Точно также тривиально, просто и обыденно, по указанию командующего XI Дивизией генерала Е. Броштяну, подразделение румынских солдат учинило кровавую расправу над участниками Губернского съезда крестьян, проходившего в столице 19-22 января 1918г., расстреляв 5 депутатов Сфатул Цэрий, принимавших участие в его работе (В.Рудьев, В.Прахницкий, Т.Которос, И.Панцырь, П.Чумаченко) и других активистов.

Ужасающей сценой публичной казни людей абсолютно ничем не провинившихся перед румынскими оккупантами, явился расстрел румынской военщиной 17-ти военнослужащих I молдавского полка, о чём подробно рассказал следователю Комитета госбезопасности Молдавской ССР, в 1940г. депутат Сфатул Цэрий И.В.Попеску, очевидец преступления.

Чудовищные сцены публичной казни молдавских граждан агрессоры устраивали в крупных городах и многих других населённых пунктах, наивно полагая, что подобными адскими зрелищами смогут усмирить непокорный молдавский народ, разбудить в нём инстинкт животного страха, убить волю к свободе, склонить его к «добровольному» объединению с «матушкой-родиной» Румынией.

Наряду с массовыми расстрелами без суда и следствия местных жителей, серьёзным бедствием для молдавского народа обернулась широкомасштабная разнузданная кампания оккупационных властей по выдворению из страны политически «ненадёжных» молдавских граждан. В ходе её реализации десятки тысяч ни в чём не повинных людей изгнаны за пределы страны. Это была настоящая гуманитарная катастрофа. Намеченные жертвы депортации арестовывались прямо на улице, без оповещения об этом членов их семей. Арестованного сразу подвергали личному обыску (percheziție corporală), в ходе которого избавляли его от наличных денег и ценных вещей, затем под конвоем отправляли на КПП г.Бендеры, где перед выдворением ещё раз ему устраивали «перкезицию» и без единой копейки на душе выпускали за границу.

27января1918г.

Г-ну начальнику Внешней службы сигуранцы Генерального штаба

Здесь

Имею честь выслать Вам 97 (девяносто семь) рублей, изъятых вчера ночью во время обыска перед депортацией через Днестр у индивидов, имена которых отмечены на обороте.

Прошу дальнейших указаний.

Зам. Комиссара____________

Депортация – это трагедия не только для депортированного, но и для членов его семьи, которые ,зачастую, оставались без кормильца и, помимо душевных страданий, были обречены на дальнейшее голодное существование.

В категорию репрессированных путём депортации, по ложному доносу информаторов сигуранцы, попадали абсолютно невинные люди.

«Обращаем внимание на жалобу, обозначенную в нашем отчёте под №95, с которой обратилась г-жа Мария Басиодовская, жительница г.Кагула, муж которой – доктор Лауциан Басиодовски был выдворен через Днестр под предлогом, что является врагом румынского правительства. Супруга требует реабилитации мужа, который никогда не занимался политикой, честно выполнял свои служебные обязанности перед населением, поработав непрерывно на протяжении 17 лет в качестве врача и руководителя местного городского госпиталя»…

(из доклада комиссии парламентского расследования по Кагульскому уезду. Докладчик- П.Бужор)

Румынские генералы на оккупированной территории, при наличии молдавского правительства и парламента, к тому же республика имея официальной статус автономии, вели себя как полноправные хозяева, совсем не считаясь с местными властями. Они устроили настоящее соревнование меж собой, каждый стараясь обойти своих соперников по количеству издаваемых незаконных приказов, ограничивающих права и свободы молдавских граждан. Т.е. приказы, которые как раз касаются исполнения обязательств, взятых на себя румынским правительством перед депутатами молдавского парламента 27 марта 1918г.

Только за один день, 30 июня 1918г. Генеральный комиссар Бессарабии подписал сразу два таких приказа.

«Принимая во внимание, что действующие в Бессарабии секции Всеобщей конфедерации учителей на своих собраниях обсуждают, помимо проблемы национализации школ, другие вопросы политического характера, принимая по ним резолюции враждебного характера по отношению к румынскому государству,

Приказываю:

1. Секции Всеобщей конфедерации учителей и преподавателей упразднить

2. Собрания учителей и преподавателей запретить…

3. (выписка из Приказа генерала А.Вэйтояну, №6 от 30 июня 1918г.)

«Начиная с сегодняшнего дня, 30 июня 1918г., на всей территории Бессарабии запрещается печатание и выпуск любой новой газеты и журнала на русском языке.»

(Из приказа Вэйтояну №5 от 30 июня 1918г.)

Своим приказом №1470 от 16 февраля 1918г. командующий XI Дивизией, генерал Е.Броштяну потребовал от всех командиров подразделений по месту их дислокации «вести расследование и выявлять официальные или подпольные типографии, подвергнув цензуре каждую публикацию, афишу, манифест»…

В начале 1919 года командование 5-ой Армии, видимо, полагая что его предшественники из 6-ой Армии, орудовавшие перед ними на оккупированной территории, могли упустить что-то важное из элементов сатанинской кампании по переводу молдавского общества на рельсы румынских «демократических» стандартов, в своей директиве, адресованной Префектуре полиции г. Кишинёва, обращало особое внимание этого органа на то, что «всякое публичное собрание, под любым названием: театральный спектакль, кинофильм, лекция, литературный вечер, музыкально-артистический концерт и т.д., независимо от повода и целей их проведения, обязательно должны проходить под контролем военной администрации»…

Далее новое военное командование в деталях, дотошно, разъясняло полицейским процедуру «военного контроля», которую они уже знали «на зубок» и выполняли её безупречно с первого дня пребывания в МДР…

«Частные лица и общественные организации, желающие проводить собрания или зрелищные мероприятия обязаны предварительно подавать заявки в префектуру полиции. Полицейские органы, прежде чем выдавать разрешения потребует от заявителя визу военного коменданта города. Виза накладывается на заявление, программу, текст лекции и т.д.

В день проведения собрания, спектакля, лекции полиция направляет своего работника для присутствия на этих мероприятиях.

В случае обнаружения антирумынских подстрекательских действий и агитаций принять строжайшие меры по их пресечению»

(Из директивы Генерального штаба 5-го Армейского корпуса, №20970 от 5 января 1919г., адресованной Префектуре полиции г.Кишинёва)

Список подобных демократических перл можно продолжить.

В свете указанных сумасбродных приказов румынских генералов, военному контролю подвергались не только публичные собрания и культурные мероприятия, но и богослужения, внутренние производственные совещания, классные и общешкольные родительские собрания и т.д. на которых также в обязательном порядке должны присутствовать работники полиции.

Господину Префекту

Имею честь просить Вас соизволить разрешить проведение собрания родителей учащихся девичьего лицея «Ремезова» для избрания родительского комитета 16 декабря с.г.

Директор З.Ремезова

Улица Инзова 28, Девичий лицей

11 декабря 1918г.

№10173 от 15/XII -918

Комиссару II полицейского сектора

Соизвольте направить 16 декабря офицера полиции для присутствия на собрании родителей учащихся девичьего лицея «Ремезова», которое состоится 16 декабря в помещении указанного лицея, на ул.Инзова.

Министерство внутренних дел

Генеральное управление полиции и сигуранцы,

Генеральный инспекторат сигуранцы

№2299

Господину начальнику службы сигуранцы, г.Кишинёв

Господин начальник,

Имею честь просить Вас соизволить дать указание, чтоб нас срочно информировали, представив подробный доклад о всех дискуссиях и фактах, представляющих интерес, имевших место на прошедшем конгрессе священнослужителей.

Подпись неразборчива.

«Вчера вечером, между 8 и 9 часами депутаты Сфатул Цэрий вновь собрались и вели кулуарные разговоры, также как и вчера. Но на этот раз были намного осторожнее… В частности, Циганко говорил шёпотом со своими сторонниками, показывая пальцем на меня и на моего коллегу 387.

И.Пэскэлуцэ был на уровне своих вчерашних идей. Беседуя с г-жой Алистар, говорил, что Бессарабия имеет людей намного умнее чем Румыния… Рядом с Пэскэлуцэ стоял другой депутат, также молодой (23-24х лет), который поддерживал своего собеседника. Его имя сообщу завтра. Некий депутат, друг Циганко, затронув вопрос о выборах, сказал, что нельзя допустить, чтоб каждое ничтожество из Румынии приходило и управляло бессарабцами. И этого человека не знаю, как зовут, а спросить моего информатора, на их глазах, не хотелось…»

(Отрывок из отчёта агента №390, работающего, наряду с другими его коллегами, в рамках «военного контроля» над молдавским парламентом).

Донесение 4февраля 1918г.

Согласно Вашему поручению, 3 февраля, в 10 часов вечера мы, информаторы А Н. и Д.С. (латинские инициалы-прим.наше), присутствовали на концерте симфонической музыки, который состоялся в Доме епархии. Подождали пока вся публика ушла, однако никаких подозрительных моментов не обнаружено.

А.Н. и Д.С.

Служба сигуранцы 30 сентября 1918

г. Кишинёв

Сообщение

Имею честь доложить, что для выполнения Вашего задания пойти поприсутствовать на собрании объединения плотников… В назначенное время я пошёл туда, однако предприниматель сказал, что собрание состоится не в 11 часов, а в 3-4 часа после обеда. Я был там в 3 часа и мне сказал , что не будет никакого собрания, потому что главный начальник, ответственный за его проведение напился и лежит пьяный.

Прилагаю выданную мне Вашу авторизацию.

Агент И.Опряну

Даже царский режим, справедливо названный В.И.Лениным «тюрьмой народов», на фоне румынского преступного произвола, в глазах населения Бессарабии смотрелся как вполне респектабельный и демократичный.

При румынах на оккупированной территории происходили дикие и невероятные вещи, которые никак не укладываются в сознание нормального, здравомыслящего человека.

Так, например, мало кто знает о такой «мелочи», что сразу после занятия Кишинёва, оккупанты запретили всем его жителям пользоваться телефонной связью. Имевшиеся в городе два почтово-телеграфных офиса были закрыты, а телефонные аппараты у всех горожан были конфискованы под предлогом, что они могли использовать эти средства связи для передачи шпионской информации в Украину и Россию.

№26 от 26 января 918г.

Второму бюро XI Дивизии.

Имею честь доложить, что на Николаевской улице находится русская почтово-телеграфная служба и во всех частных домах и служебных помещениях имеются телефоны.

По некоторым сведениям, посредством этих телефонов могут передаваться сообщения в Одессу, Киев и Петроград. Считаю, что этот русский офис нужно закрыть вместе с частными телефонами, в противном случае существует угроза безопасности румын и нашей армии.

Начальник службы - (подпись)

-XI Дивизии

-Коменданту г.Кишинёва

…В отношении ликвидации телефонной связи у частных лиц дано указание начальнику секции проводной связи, лейтенанту Питулеску.

Сразу после занятия Кишинёва оккупанты устроили облаву на его жителей. Специальные отряды из 5-10 вооружённых солдат под руководством офицера полиции, прочёсывали каждый жилой квартал, тщательно обыскивая жилые помещения и дворы в поисках оружия. После налётов этих отрядов, мебель и вся обстановка в квартирах кишинёвцев выглядела как после 12-ти бального землетрясения…

Кишинёв

3 февраля 1918г.

Донесение

Господин Нарти, по поводу проводимых ныне в домах обысков с целью выявления оружия, сообщил мне, что в момент, когда наши патрули обыскивают помещения, многие злонамеренные лица, особенно евреи, могут иметь при себе револьверы, спрятанные в карманах одежды. Поэтому, осмотрев кровати, постельные принадлежности, подушки, детские люльки, чердаки, погреба, кучи дров, печи и т.д. следует обратить особое внимание на личный обыск жильцов и убедиться, что у них нет оружия в карманах одежды.

Нужно тщательно осмотреть письменные столы, так как предполагается, что евреи под тумбой этих столов, закрывающей участок пола, могут оборудовать тайники и спрятать там оружие.

Агент Б.

Трудно поверить, но такой факт имел место, когда в отношении депутата Сфатул Цэрий Криворукова Ивана Николаевича начато уголовное преследование лишь на основании того, что в Кишинёвском доме профсоюза рабочих вездесущая румынская агентура обнаружила объявление бытового характера, написанное от руки на русском языке, что являлось грубым нарушением закона, т.е. приказа Генерального комиссара Бессарабии А. Вэйтояну, №22 от 22 июля 1918 г. В нём, в частности, говорится: «Все вывески коммерсантов, промышленников, разных частных обществ, лиц свободных профессий гражданских и военных властей во всей Бессарабии должны быть написаны на румынском и, в случае необходимости, и на иностранном языке.»

Для нарушителей данного приказа предусматривалось «тюремное заключение сроком на три месяца или штраф в размере шесть тысяч лей».

Преследуемый Иван Криворуков, конечно, не имел никакого отношения к упомянутой фицуйке, но поскольку он был депутатом от профсоюза рабочих, то по замыслу румынских блюстителей порядка, он должен нести ответственность за всё, что происходит в этой организации.

Мотив преследования депутата был совершенно другой, но секуристы не отважились его высветить. Криворуков И.Н. активно выступал против объединения Бессарабии с Румынией и сигуранца давно вела за ним оперативное наблюдение и искала «нейтральный» повод для привлечения к уголовной ответственности за его политические взгляды .

Уголовное дело №566 на Криворукова И.Н. завершено 29 октября 1918г. следующим заключительным документом за подписью заместителя префекта полиции г.Кишинёва:

«На основании Директивы №2500 Директората внутренних дел, приказом №3869/918 s. депортирован на пограничный пункт г.Бендеры для переправы через границу»

Своим письмом №4548 от 26 ноября 1918г. начальник Кишинёвского центра сигуранцы проинформировал префекта полиции г.Кишинёва о получении им от КПП Бендеры протоколов, подтверждающих выдворение из страны очередной группы из 24-х человек, среди них 5-ти депутатов Сфатул Цэрий (Осмоловски, Криворуков, Мисирков, Пономарёв, Старенкий)

Даже молдавских парламентариев, как видим, оккупанты выдворяли из страны чуть ли не строем.

А как может оценить нормальный человек, милосердный христианин со здравым умом, и такой факт…

Сигуранца, имея в начальный период оккупации свои отдельные тюрьмы (вернее, места проведения пыток над арестантами), никак «не догадывалась», что взятые под стражу живые люди нуждаются в пище. И лишь когда эти тюрьмы были переполнены заключёнными и палачи не успевали «выдавить» из них (до отправки на тот свет) нужную информацию из-за того, что те от голода теряли сознание, секуристам пришла в голову «светлая» идея, что жертв, все же таки, стоит кормить.

№54 27января 1918

Господину Коменданту г.Кишинёва

Господин комендант,

В местах содержания арестованных нашей службой лиц пребывают до вынесения приговора многие русские офицеры и солдаты, а также гражданские лица, обвиняемые по различным мотивам. Многие из них полностью лишены средств существования, а некоторым в интересах следствиях запрещён контакт с посторонними лицами извне, которые могли бы им принести продукты питания.

С учётом изложенного, имею честь просить Вас пояснить, кто и из каких фондов должен покрывать расходы на питание арестантов, так как были случаи, когда они по 2-3 дня не принимали пищи.

Начальник Внешней службы сигуранцы

Директор- Н.Дрэгуцеску

Что творилось в тюрьмах и в местах предварительного заключения было известно одному богу и румынским палачам. И все же, перелистывая пожелтевшие от времени архивные документы, можно найти и об этом немало свидетельств.

Секретно 3/IX-918, 10часов вечера

Донесение

Имею часть доложить, что жандармский плутониер, ответственный за охрану места предварительного заключения Префектуры полиции, вечером 3/IX-918, между 8 и 9 часами жестоко избил, колотив ногами, одну из арестанток, что произвело очень плохое впечатление на посторонних людей, находящихся в то время во дворе Префектуры, а также стоявших на улице у стен здания ареста и слушали крики женщины.

Вынужден написать настоящее донесение, поскольку читал где-то закон о том, что без указания сверху, охранники не имеют права заходить к заключённым в ночное время, тем более, в женские камеры…

Специальный агент дежурной службы.

Выписка из «Доклада подкомиссии парламентского расследования по Кагульскому уезду»

«…Большинство жалоб, которые нами получены в ходе расследования, касаются действий администрации и, особенно, жандармерии и агентов службы сигуранцы…

В петициях №11-37 содержатся множество жалоб: одни на полицейский персонал, другие на примарей и субпрефектов. А также на жандармов, которые совершали по отношению к местному населению, кто злоупотреблял властью, кто совершал акты насилия, взяточничества или мошенничества…

Однако те, которые перешли всякие грани в совершении этих актов насилия, так это были жандармы и агенты сигуранцы…

Обращаю особое внимание на жалобы, содержащихся в декларациях №50, 68 и 69 в отношении зверства жандармов, которые избивали людей и насиловали женщин, а также на декларации 76-85 и 91-94 в которых отмечены факты избиения и истязания многих жителей в помещении сигуранцы…

Действительно, владелец Алексе Игнат Енчиу (хозяин дома, арендованного сигуранцей-прим. наше) заявляет, что сигуранца, среди прочих, использовала и такие методы пыток: связывая людей руками за спину, поворачивали их лицом к стенке и производили выстрелы из пистолета, чтобы напугать их. Другой метод: лежащему лицом вниз на полу человеку ставили палку под колена, связывали ему руки за спину верёвкой, которую соединяли с палкой и затягивали, пока тело потерпевшего не приобретало дугообразную форму, затем били ногами как футбольный мяч. Ещё один метод: специальным приспособлением сдавливали генитальные тестикулы, чтобы причинить арестованному ужасающие боли”.

Одного арестованного на протяжении всей ночи колотили в одной из комнат сигуранцы, а потом со связанными руками, без сознания, погрузили на подводу и увезли в неизвестном направлении. Имя его Куприян Касинов из села Готешть.

Докладчик П.Бужор»

И это лишь небольшой отрывок из названного документа. К тому же докладчик, с самого начала, сделал оговорку, что множество потерпевших граждан наотрез отказалось представить письменные жалобы, боясь мести со стороны тех же всемогущих насильников.

Продолжение следует

Герасим Гидирим,

Полковник в отставке,

Член экспертного клуба

«Moldova-655».

Обсудить