Дезертирство Генерала Воронина

В последний месяц в молдавской партии коммунистов (ПКРМ) происходят процессы, которые займут место в ее истории в одном ряду с такими переломными моментами, как победа на выборах 2001 года, избрание курса на европейскую интеграцию в 2003-м, погромы парламента и аппарата президента 7 апреля 2009 года. А, может быть, по своему масштабу последние события адекватны лишь одной дате — дате официальной регистрации партии двадцать лет назад. В полном соответствии с той логикой, что, по большому счету, величию рождения может быть равно лишь величие конца.

Молдавские коммунисты и их партия — это, конечно, феномен для постсоветского и европейского пространств. Ее уникальность легко раскрывается в лаконичной констатации: это единственная коммунистическая партия в СНГ и Европе, которая победила в ходе демократических парламентских выборов (причем трижды), дважды добилась избрания своего лидера президентом и восемь лет управляла государством. Поэтому ПКРМ была под пристальным вниманием экспертов, идеологов, левых движений и партий как модель, которую, безусловно, хотелось повторить или, по крайней мере, тщательно исследовать.

Феномен заключается еще и в том, что эта партия оказалась действительно левой, хоть и с большой поправкой на проблемы и задачи, стоящие перед молдавским государством, и на время, в котором она действует. Наверное, никто не слишком бы удивился, если бы политические практики ПКРМ времен нахождения у власти оказались насквозь пронизаны популизмом, безыдейностью и клептократией, как и у множества других постсоветских элит, выросших из партийных и комсомольских кресел. Оказалось, что, несмотря на все существующие недостатки, это не совсем так — или даже совсем не так. К примеру, Дмитрий Фурман, Борис Кагарлицкий и Михаил Делягин лет восемь назад поражались демократизму политических традиций в ПКРМ: Воронин оказался вовсе не «забронзовевшим» вождем, машущим рукой согнанным толпам из «членовоза», а частенько ходившим на работу пешком, с минимумом охраны, скромным человеком, что в наших краях смотрится совсем уж дико. Ну и главное, основные показатели молдавского общества при коммунистах действительно менялись в лучшую сторону: средняя продолжительность жизни увеличилась; рождаемость превысила смертность; внешние инвестиции — особенно в 2007—2008 гг. — росли как на дрожжах; выборы, с небольшими оговорками, раз за разом признавались международными структурами. Итого, при всех многочисленных проблемах феномен ПКРМ действительно неоспорим.

Так что же сейчас происходит с этой партией, в свое время обратившей на себя все взоры и снискавшей симпатию многих левых?

Внешне в ПКРМ произошел раскол внутри высшей партийной элиты. Именно так склонны интерпретировать происходящее оппоненты ПКРМ, давно желающие сплясать на ее могиле. И, безусловно, такое определение имеет право на жизнь. 23 мая один из лидеров ПКРМ, человек, имя которого в Молдове сопровождают многочисленными эпитетами («серый кардинал», «правая рука Воронина», «главный идеолог» и т.д.), — Марк Ткачук внезапно сдал мандат депутата парламента. Спустя еще две недели состоялся пленум ЦК ПКРМ, на котором сразу трех членов Политисполкома (из общего числа 11) во главе с Ткачуком по предложению Владимира Воронина вывели из руководящих органов партии. По всеобщему мнению, это главное политическое событие в Молдове. Партия и страна гудят и обсуждают: что же произошло?

Многочисленные комментаторы, естественно, легко скатились к интерпретации происшедшего в духе конфликта личностей — бессменного вождя Воронина и главного идеолога, «мозга партии» Ткачука. Сторонники первого пишут, что второй зарвался, стал претендовать на лидерство, и, естественно, Воронин этого допустить не мог и был вынужден устранить проблему на корню, сорвав с Ткачука и его ближайших соратников погоны. И лишь немногие постарались описать резко обозначившееся противоречие сквозь призму политических идей, практик и представлений, что, разумеется важнее, чем личные взаимоотношения между лидерами молдавских коммунистов. Тем более что накал страстей в партии молдавских коммунистов действительно высок, как никогда, и борьба политических философий, похоже, вступила в свою решающую стадию.

«Крыло Ткачука» в ПКРМ — весьма условное понятие. Объединяет этих людей не близость либо личная преданность Ткачуку, а представление о том, для чего существует и как должна действовать левая политическая сила. В кредо Ткачука, безусловно, входит полное неприятие элитарных, кулуарных договоренностей между различными силами. Такие «шахматы» Ткачук отказывается признавать политикой. По Ткачуку, оная — изменение общественных отношений, воздействие на них, принципиальная открытость организации для общества, борьба во имя общества и вместе с обществом. Это кредо было сформулировано Ткачуком еще во времена нахождения у власти. Отсутствие общественного контроля, механизмов диалога и прямой демократии в периоды между выборами воспринимались Ткачуком как угроза для молдавской демократии и самой партии.

После ухода в оппозицию он и его единомышленники однозначно и принципиально поставили доктрину политического сопротивления на фундамент широкого союза с самыми различными общественными группами. Так, безусловно, оппозиционная история ПКРМ в 2009—2014 годах — это история маршей, пикетов, митингов, референдумов, демонстраций, гражданских конгрессов, палаточных городков, это время феноменального для постсоветского пространства морального, организационного и даже видимого простым глазом преобладания коммунистов на улицах. Да, они ставили перед собой задачи досрочных выборов и низложения власти. Этих целей они не достигли. Но общество раз за разом солидаризировалось с искренними неудачами левых лидеров, которые вместе с ними месили февральский снег, сдерживали натиски полиции, становились фигурантами уголовных дел, отступали, падали, снова вставали и звали за собой.

Результат этой борьбы вместе с обществом: впервые за все время существования ПКРМ, за все время молдавской независимости, в марте этого года, по данным всех социологических служб Молдовы, рейтинг лишь одной оппозиционной — коммунистической — партии превысил суммарный рейтинг всех правящих партий, вместе взятых.

Не все в ПКРМ придерживаются такой политической философии. Как и всякая другая партия, она, долго находясь во власти, обзавелась ее классическими пороками. Каналы обратной связи с обществом стали засоряться: для подтверждения правильности курса хватало и макроэкономических показателей. Борьба за властные рычаги стала все больше персонифицироваться — определяться не конкуренцией политических стратагем, а классической карьерной мотивацией.

Не обошло элиты ПКРМ и выстраивание привилегированных взаимоотношений с рядом богатых людей сомнительной репутации. Многие обзавелись большими домами и шикарными авто. Словом, этим людям в «чистой», натуральной оппозиции было не очень комфортно. Кто-то убежал сразу, кто-то стал приспосабливаться к новым реалиям и, используя связи во власти, обеспечивать себе личную безопасность и сохранение комфорта. Прямая расплата за это — невозможность быть на передовой протеста, психологическое отнесение себя к мудрым элитам, представление о власти как наивысшей ценности и, собственно говоря, цели политики. Такие люди, находясь в ранге публичных персон, депутатов, на словах всегда придерживались партийного курса, в любых условиях выстраиваемых Марком Ткачуком. Но в моменты принятия решений об очередных маршах, о новом рискованном сверхусилии предпочитали высказываться против. Мол, опять ничего не получится, опять поставим партию «под удар», опять бегать с мегафонами бессмысленно…

Дошло и до предложения мудро согласиться с решением властей о запрете партийной символики — серпа и молота. Но эта идея — «быть хитрее», не лезть на рожон — получила решительную отповедь Ткачука и его группы. Нужно отметить, что и впоследствии пораженческие сценарии раз за разом терпели фиаско. До того самого последнего момента, пока свой выбор не сделал Владимир Воронин. Окончательный выбор.

Итак, 23 мая Марк Ткачук сдал мандат депутата. Свой поступок он публично не объяснил. Но направил письмо членам Политисполкома, где изложил причины своего решения. Во-первых, Марк Ткачук обвинил Владимира Воронина в невыполнении решений Съезда и пленумов, а именно в отказе от курса на Таможенный и Евразийский союзы. Всю неделю до выхода Ткачука из парламента Владимир Воронин в эфире различных телепередач делал вполне однозначные заявления. Мол, ТС не существует, вступать некуда, нужно еще подумать и так далее. Эти речи зафиксировали очевидный отход председателя партии от решений ее высших органов, предельно четко заявивших о внешнеполитических приоритетах.

Во-вторых, Ткачук обвинил руководство партии в скрытом саботаже протестных действий. В письме на имя членов Политисполкома он написал, что неоднократно в самые решительные моменты руководство партии сдавало назад и бросало единомышленников — десятки тысяч людей, поддержавших призыв партии коммунистов бороться на улице с властью, — и, условно говоря, агитировало «сдавать флаги».

В-третьих, Марк Ткачук заявил, что видит причину этих колебаний и шатаний в негласном союзе с черной фигурой молдавской политики — олигархом Владом Плахотнюком. В первую очередь с именем этого человека в Молдове связывают термин «захваченное государство»: Плахотнюк сумел подчинить себе множество государственных институтов власти, ряд государственных монополий и медиапространство. Сам Плахотнюк является вице-председателем Демократической партии, входящей в правящую коалицию.

— В итоге, — заявил Ткачук в своем письме, — очевидно, что руководство партии коммунистов не собирается выигрывать выборы, а согласилось на комфортное положение «конструктивной оппозиции» с приятным довеском в виде привилегированных бизнес-отношений.

Письмо Ткачука фактически засекретили. Владимир Воронин заявил, что не знает причин его ухода из парламента, и добавил, что Ткачук «устал» и «ему нужно просто отдохнуть».

После сложения Ткачуком депутатского мандата началось стремительное выдавливание из высшего руководства партии тех, кто считается его активными соратниками. В первую очередь это члены политисполкома Юрий Мунтян и Григорий Петренко. Эти двое и Ткачук часто расходились в стратегии и тактике ПКРМ, но их действительно объединяют как минимум две вещи: приверженность открытым протестным действиям и непримиримая критика олигарха Плахотнюка. Тем временем, как давно заметили политологи, лично Владимир Воронин все годы оппозиции старательно избегал прямой и принципиальной критики Плахотнюка — и это несмотря на то, что ПКРМ взяла на вооружение тезис о «захваченном государстве», в захвате которого партия коммунистов устами своих депутатов неоднократно обвиняла Плахотнюка и его бизнес-клиентеллу. Других членов Политисполкома, за исключением трех вышеупомянутых, также не замечали в публичной политической борьбе против главного молдавского олигарха. Итак, на заседаниях Политисполкома Владимир Воронин и другие стали убеждать и требовать от Мунтяна и Петренко самостоятельно выйти из высшего руководства партии. Они отказались. Тогда Владимир Воронин решил созвать специальный пленум.

Накануне же Марк Ткачук прервал молчание и вышел к журналистам. Он сообщил о причинах, которые подвигли его сложить с себя полномочия депутата, в общих чертах рассказал о содержании письма членам Политисполкома и перечислил условия, при соблюдении которых он верит в победу ПКРМ на предстоящих парламентских выборах, назначенных на 30 ноября этого года. В их числе: принципиальность, готовность быть с обществом, идти до конца, не признавать результатов плебисцита в случае поражения, немедленное объявление референдума о вступлении в Таможенный союз после формирования нового парламента.

Тем временем всем уже было известно, что цель пленума, который должен состояться на следующий день после заявлений Ткачука — ликвидировать влияние сторонников продолжения протестных действий и критиков Плахотнюка. В речах членов ЦК, которые выступили против Ткачука на пленуме, были две общие линии: «охранительная» и «компромиссная». Ткачука обвинили в нарушении духа партийных принципов, в том числе демократического централизма — то есть необходимости подчинения решениям партии, даже если ты с этими решениями не согласен. Вторая заключалась в том, что Ткачук и такие, как он, — радикалы, которые вечно толкают партию на амбразуры, не обращая при этом внимания на то, что происходит в Луганске и Донецке. Ряд членов ЦК прямо заявил: больше на такие призывы они собирать сторонников в своих регионах не будут.

Что касается принципа демократического централизма, так это именно Ткачук настаивал на его неукоснительном соблюдении в отношении постановлений последнего Съезда и последующих пленумов. Впрочем, выступавшие критики Ткачука скорее имели в виду не решения партии относительно курса на Таможенный союз, а возмущались тем, что Ткачук посмел публично критиковать Воронина.

В отношении же возможных последствий восстаний против власти и гипотетической крови и хаоса, к которым, якобы, по мнению ряда членов ЦК, вел партию и страну Ткачук, есть интересная предыстория. Так, лично Ткачук на различных летних школах молодых активистов рассказывал молодым и горячим о сатьяграхе — уникальном опыте Махатмы Ганди по бескровной смене власти. Марк Ткачук специально уделял внимание тому, что кровавые революции всегда пожирают своих детей, и для того, чтобы не ввергнуть общество — особенно такое сложное, как молдавское, — в кровавую вендетту воюющих кланов и различных культурных групп, необходимо не физически уничтожить, низложить власть, а склонить ее к моральному поражению и самороспуску. Впрочем, члены ЦК, рассказывающие о драме юго-востока Украины, в значительной степени воспроизводили страшилки против Ткачука, которые тиражировали медиаструктуры власти. Все прекрасно понимали и знали, что Ткачук — очевидный противник насилия. Но ярлык экстремиста оказался очень удобным для того, чтобы прийти к главному тезису: хватит выводить партию на улицы.

Что примечательно, ни один из выступающих не потребовал исключения Ткачука из Политисполкма и ЦК. После долгого перечисления его достоинств и роли в политической борьбе и победах ПКРМ того как бы пожурили за внезапный отход от воронинской линии и за непривычную и резкую критику Воронина внутри партии. Но после всех выступлений, не дав Ткачуку слова, Воронин лично поставил этот вопрос ребром. «Ткачука в отставку со всех постов!» Двумя третями против трети, под шум, крики, свист возмущенных членов ЦК Ткачука, Мунтяна и Петренко вывели из состава высших руководящих органов ПКРМ.

Интересно, что Центральный комитет так и не смог официально, для протокола сформулировать свои претензии к исключаемым. Тот же Григорий Петренко, к примеру, был обвинен (!?) Ворониным в организации антифашистского движения. Собственно говоря, Петренко исключили из Центрального комитета за двадцать-тридцать футболок с надписью «Антифа» и за два протеста перед украинским посольством с сугубо пацифистскими призывами. А исполнительного секретаря партии Юрия Мунтяна изгнали, судя по всему, только за то, что тот посмел заявить о том, что гордится дружбой с такими коммунистами, как Ткачук и Петренко. После Пленума Воронин заявил журналистам, что всех троих исключили из ЦК и Политисполкома по их собственной инициативе. Партийная печать хранит молчание о какой бы то ни было подоплеке происшедшего.

В партии коммунистов Молдовы, как и в любой другой партии, на уровне высшего руководства периодически возникали конфликты. Еще при власти коммунистов был отправлен в отставку премьер Тарлев, возглавлявший правительство с 2001 по 2008 г., имел место напряженный конфликт между пронатовским министром иностранных дел Стратаном и убежденным сторонником конституционного нейтралитета Ткачуком. Уже после ухода в оппозицию из партии вышли заметные фигуры, вроде Степанюка (один из идеологов, бывший вице-премьер), Мишина (глава парламентской комиссии по безопасности), Додона (бывший вице-премьер и министр экономики, кандидат в градоначальники столицы), Лупу (бывший спикер парламента, мечтавший о президентстве) и других. Практически все они называли причиной своего решения «засилье» Ткачука в партии. Тем не менее, уходили они сами: за редким исключением, Воронин никого из них не изгонял. Установление и удержание баланса между возникающими фракциями внутри ПКРМ — важная часть стратегии Воронина. Многих она изматывала, но корабль ПКРМ шел по некоему компромиссному пути, сочетая в себе различные позиции, теряя скорость, но сохраняя устойчивость. 7 июня 2014 года Владимир Воронин нарушил свое собственное правило и впервые за все годы собственноручно сломал внутрипартийный баланс, лично настояв на исключении Ткачука, Мунтяна и Петренко из партийного руководства.

Почему Воронин поступил именно так и чем это обернется для Партии коммунистов?

Во-первых, сочинение «антипартийной группы», неясные, сумбурные обвинения против тройки членов Политисполкома в ответ на подозрения Ткачука и его открытую критику вызвали в партии широкую гамму ощущений — от растерянности до возмущения. Ну как же так, гордость молдавских коммунистов; те, которые всегда были в гуще протеста, и вели за собой людей; те, кто ходят под уголовными делами, несмотря на статус депутата, — они оказались вовсе не теми, за кого их все принимают?! То, что треть стремительно подготовленного пленума ЦК выразила несогласие с Ворониным, говорит о многом. Объяснить происшедшее людям на местах еще сложнее.

Во-вторых, безо всяких оговорок, Марк Ткачук и его соратники играли в руководстве партии коммунистов исключительно важную роль интеллектуального центра. Ткачук и Петренко поддерживали, создавали и «воспитывали» партийные медиа, и сегодня Воронин, исключив эту тройку из руководства партии, безусловно, потерял практически все журналистские штыки: ряд важных для медиаструктур ПКРМ журналистов уже отказался продолжать сотрудничество с Ворониным, остальные не знают, как работать дальше, и уж точно морально не готовы обличать «предателей». На Марке Ткачуке «завязано» множество экспертов и политологов как в Молдове, так и за ее пределами. Сегодня многие из них уже подвергли яростной критике линию Воронина. Марк Ткачук являлся генератором или, по крайней мере, соавтором и исполнителем практически всех идей партии коммунистов после 2009 года. Он сгенерировал такие проекты, как «Молдавский проект», «Сорок городов», «Гражданский конгресс», «Бархатная революция», «Антисаммит», «Поход на Кишинев», поднятие исторических знамен средневековой Молдовы в противовес нынешней неприкрыто румынской геральдике, всенародное обсуждение предвыборной платформы ПКРМ и так далее. В конце концов, в Молдове всем известно, что именно Марк Ткачук был автором большинства выступлений и статей Владимира Воронина. Кому сейчас нести на себе бремя ответственности за все это?

В-третьих, Владимир Воронин уже после пленума сполна подтвердил ряд обвинений Ткачука. Что касается негласного союза с Плахотнюком, то тут, как говорится, никто свечку не держал, но, к примеру, сам Влад Плахотнюк заявил, что теперь «партия коммунистов будет сильнее». Ну а Демпартия Плахотнюка устами перебежчика от коммунистов Мариана Лупу уже стала пробрасывать обществу намеки на возможность некоей левоцентристской коалиции после выборов. К тому же Владимир Воронин за нейтрализацию партийной линии Ткачука удостоился похвал от Михая Гимпу — одиозного лидера либералов и откровенного униониста (сторонника присоединения Молдовы к Румынии). Как же это показательно, когда враги хвалят за ликвидацию соратников! На одной из недавних телепередач Владимир Воронин четко и недвусмысленно заявил, что в случае отсутствия очевидной победы на выборах он не исключает «технического голосования» депутатов ПКРМ за пост премьера и президента. Что во всем мире квалифицируется как ответственность за правление, но никак не позиция непримиримых критиков власти.

В той же телепередаче Воронин столь же четко и ясно сказал, что он призывает власть не подписывать договор об ассоциации с ЕС в нынешнем виде, ну а если подпишут, то «ответственность будет на них». Вот, собственно, и все, на что готов идти Воронин после зачистки партии: указывать власти на то, что отныне она несет ответственность! Да власть и так это повторяет с утра до вечера: «ответственное правление ответственных политиков». И это при рейтинге доверия к правительству, парламенту, президенту и другим органам власти не более чем 20 процентов!

А теперь самое главное — про личную ответственность Владимира Воронина. Отвечая на вопрос ведущего, он заявил, что… «не проводил бархатную революцию». Речь идет о масштабном протесте партии коммунистов, который имел место прошлой осенью: тогда на главной площади страны более семидесяти тысяч человек потребовали отставки правительства и роспуска парламента. Теперь Владимир Воронин публично и однозначно отрекся от уличного протеста, разумеется, навязанного ему ненавистным Ткачуком.

Но вместе с водой Воронин выплеснул и ребенка: а как же быть с теми десятками тысяч людей, которые откликнулись на призыв коммунистов и вышли требовать защиты своей гражданской чести и достоинства, кто выходил на другие протесты, кто мерз и срывал голос, наслаждаясь ощущением солидарности и единства и ощущения, что таких, как мы — большинство? Оказывается, все это было политической ошибкой, излишним радикализмом и, как это и утверждают власти, сепаратизмом и чуть ли не терроризмом? Что же происходит с главным коммунистом страны, если он с улыбкой на лице заявляет о том, что все эти люди ошибались, когда выходили защищать свое представление о будущем страны, о справедливости, о правах человека, о свободе слова, преодолевали свой страх и стояли снова и снова?

Так Владимир Воронин показал всему обществу и всей партии, справедливы ли обвинения в его адрес.

Конечно, вокруг Воронина останется еще много людей. Пожалуй, большинство из тех, кто рассчитывает занять место в иерархии ПКРМ. Они знают точно: места в будущем парламенте для коммунистов найдутся, хоть и не для всех. А, значит, нужно быть как можно более лояльными.

Наверняка Воронину удастся сделать вид, что замена Ткачуку найдена. В той или иной мере будут восстановлены медиаресурсы, Воронин справится и без написанных ему речей (он достаточно созвучен молдавскому обществу). Чего не будет точно, так это улиц, заполненных красным протестом. Они не нужны Воронину, и теперь он не нужен им. А, стало быть, не будет искренней борьбы, без которой победа невозможна.

Слив протест, Воронин, безусловно, слил саму партию. И это настоящая драма, ведь еще вчера казалось, что победа молдавских коммунистов близка как никогда. Победа заслуженная, честная, демократическая. Ведь еще вчера можно было сетовать, глядя на события киевского Майдана: мол, как же Украине не хватает сильнейшей, организованной левой политической силы, хотя бы такой, какой в Молдавии были коммунисты! Теперь Молдавия и Украина одинаково беспомощны.

Ущерб, причиненный партии коммунистов ее лидером, еще только предстоит оценить. Естественно, партия не испытывает недостатка в искренних людях. Но дезертирство генерала накануне генерального сражения равносильно капитуляции армии. И, похоже, в Молдове уже в ближайшее время нужно будет начинать многолетнюю кропотливую работу по восстановлению левого движения. И оптимизм сегодня может заключаться только в одном: это объективная потребность как минимум для половины молдавского общества.

«Партийный слив»

Сергей Громов

Опубликовано: 24.06.2014 724

http://rabkor.ru/

Обсудить

Другие материалы рубрики

Апокалипсис завтра

Путин открыто заявляет Западу следующее: я собираюсь выиграть у вас гибридную войну и поставить вас на колени, несмотря на то, что я уступаю вам во всем. Потому что у меня есть перед вами одно решающее преимущество: в ходе моей агрессии я готов применить ядерное оружие, а вы для своей защиты нет. Я готов пожертвовать жизнями сотен тысяч, а может быть, и миллионов людей, а вы нет. Поэтому вы отступите и капитулируете.