Дефляция и отложенный спрос в строительном бизнесе

Очень не хотелось бы, чтобы под видом конкурентной борьбы, например, за качество, либо под другим благозвучным предлогом, предприятия строительного бизнеса были подвергнуты элементарному разорению посредством макроэкономических манипуляций, смахивающих на раскачивание лодки с целю пустить ее ко дну.

Режим жесткой экономии, основным признаком которого является снижение уровней заработной платы и социальных расходов государства, спровоцировал во многих странах Евросоюза не только уменьшение доходов граждан, но и сокращение цен на товары и услуги. Продолжающееся в течение вот уже нескольких лет это сокращение, в свою очередь, провоцирует устойчивый рост так называемого „отложенного спроса”, при котором спрос хоть и существует, является вполне платежеспособным, но практически не реализуется в силу ожидания еще большего снижения цены в будущем. В Республике Молдова явления „дефляции” и „отложенного спроса” наиболее четко проявляются в области строительного бизнеса.

Феномен дефляции в последние годы становится все более примечательным событием в экономической жизни Западной Европы, Северной Америки и, возможно даже в первую очередь, Японии. В историческом плане это явление не является настолько уж новым и необычном. Люди старшего поколения помнят, что в бывшем Советском Союзе факт удорожания денег, соответственно, удешевления (обесценивания) товаров и услуг, преподносился как одно из важных преимуществ социализма над капитализмом.

О том, что достигалось такое удешевление зачастую путем насильственного изъятия денег из оборота (в том числе, например, через обязательную покупку государственных облигаций при получении заработной платы, кстати, и без того мизерной), не будем вспоминать. Все это уже глубокая история.

Пословица, однако, гласит: все новое – это хорошо забытое старое. Пусть уже без идеологической подоплеки, но, тем не менее, весьма настойчиво дефляция становится все более ощутимой реальностью в жизни мирового капиталистического сообщества, затрагивая при этом не столько моральные, сколько материальные интересы каждого члена данного сообщества. Республика Молдова не является частью выше перечисленных регионов мира, поэтому в практическом плане для наших граждан проблема дефляционных сценариев финансовых отношений пока не является столь актуальной. Повторяю – пока. Но о местном характере дефляционных процессов чуть позже.

Перед этим хотелось бы, все же, подчеркнуть, что перевод некоторых национальных, а впоследствии и региональных, экономик из режима пусть не менее неприятной, но все-таки более привычной инфляционной экономики в дефляционную является прямым следствием так называемых мер жесткой экономии (austerity measures). Развернутые в основном в рамках Европейского Экономического Сообщества эти меры, как известно, были и остаются одним из основных механизмов приведения в соответствие объемов дохода и объемов потребления в некоторых южно-европейских государствах, членах Евросоюза. В США и Японии дефляция обусловлена в первую очередь необходимостью жесткой экономии в силу огромных государственных долгов, накопленных данными странами. Любая экономия, в том числе даже самая жесткая, если она не сопровождается потерей чувства меры, представляется оправданной и необходимой, хотя и довольно болезненной процедурой. Жить надо по средствам. Что касается всего остального, здесь ни один экономист не может быть столь однозначным, как ему бы этого хотелось. В первую очередь речь идет о сроках «austerity measures». Сколь долго человек, и тем более страна, регион в целом, может выживать, все время, затягивая пояс? Каковы могут быть последствия длительного (я уже не говорю бесконечного) затягивания пояса? Ответов на эти и целый ряд других очень актуальных вопросов существующие экономические теории не дают. Это и не удивительно. Все без исключения экономические теории вытекают из практики экономического развития, а не наоборот.

Практика же такова, что даже в Республике Молдовы, стране без чрезмерно больших государственных долгов и поэтому напрямую не подверженной влиянию режима жесткой экономии, последствия данного режима все же сказываются. Речь идет, в первую очередь, о строительном бизнесе, который уже не первый год вынужден функционировать в режиме дефляции, т.е. постоянного обесценивания конечных результатов труда строителей. Насколько высок потенциал выживаемости отрасли в подобных условиях – вопрос далеко не риторический. Все зависит от двух основных факторов:

Первый – насколько велик запас прочности строительного бизнеса, измеряемый разностью между все более низким рыночными ценами 1 квадратного метра жилой и коммерческой недвижимости, и все более высокими затратами на их строительство? По словам некоторых из моих собеседников, многие экономические агенты строительного бизнеса находятся на грани выживания. Особенно тревожное положение создается у тех операторов рынка строительных услуг, которые в силу отсутствия собственных финансовых ресурсов прибегали (а многие продолжают это делать и сейчас) к заемным средствам.

Режим дефляции тем и отличается, что должник занимает дешевые деньги, а возвращать вынужден дорогие. Достаточно даже просто взглянуть на некоторые основные показатели строительного бизнеса в динамике за последние несколько лет, чтобы убедиться в наличии весьма серьезных и трудно разрешимых проблем, с которыми сталкивается данная отрасль. Так, например, долги хозяйствующих субъектов на начало 2013 г. увеличились по сравнению с кризисным 2009 г. на 3,5 млрд. лей или на 41,5%.

Если в последнем предкризисном (2008) году доходы строительных компаний составляли в среднем 1,38 лея в расчете на 1 лей полученных кредитов плюс начисленные обязательства, то в следующие годы покрытие кредитов и других видов долгов за счет выручки составляло в средним уже только 0,92 лея, а в 2012 – оно снизилось до 0,70 лея в расчете на 1 лей имеющихся совокупных обязательств. Это значит, что для погашения накопленных обязательств весь строительный бизнес должен в течение 17,1 месяцев осуществлять продажи примерно в одном и том же объеме, ничего при этом не потребляя. Катастрофически, по крайней мере примерно в 2 раза, ниже уровня кризисного (2009 г.), снизилась в 2012 г. прибыль до налогообложения действующих строительных компаний (240,9 млн. лей в 2012 г. по сравнению с 440, 5 млн. лей в 2009 г.). Количество строительных предприятий, заканчивающих каждый очередной год с убытками, в последние годы регулярно превышает 50 %. Как может быть иначе, если, например, вместо 1637,6 лей/м.кв. прибыли, полученной строителями в 2008 г. (последний предкризисный год), в 2012 г. этот показатель составил уже только 479,4 лей/м.кв., т.е. сократился в 3,4 раза. Нет никаких сомнений, что в создавшихся условиях этот показатель будет сокращаться и дальше.

Строительный бизнес в Республике Молдова является важной составной частью национальной экономики. Производя 3,5 – 5,0% Валового Внутреннего Продукта, он предоставляет рабочие места свыше 70 тыс. рабочих (6,1% от общей численности занятых). Проведенный анализ позволяет сделать вывод, что значительная часть этих рабочих мест в ближайшем будущем может быть потеряна именно в силу действия пока что мало кому известного явления под названием дефляция. Не следует забывать, что вслед за приобретением жилья владельцы, как правило, покупают мебель, бытовую технику, другие важные компоненты новоселья. Вполне очевидно, что в вышеуказанных условиях рыночный оборот этих товаров также замедлится.

С другой стороны, все эти покупки, как известно, сопровождаются соответствующими налоговыми платежами, а это значит, что в условиях устойчивой дефляции и государственный бюджет не досчитается значительной части финансовых поступлений.

Почему именно строительный бизнес подвержен в первую очередь негативному воздействию этого фактора? Да потому, что именно внешние (в том числе западноевропейские) источники составляют основу финансовых потоков, перечисляемых в Республику Молдова гастарбайтерами. Так уж сложилось, что именно эти источники служат основой для накопления и последующего приобретения жилой недвижимости. В то же время именно эта категория молдавских граждан, выехавших за рубеж в поисках достойных заработков, в первую очередь ощущает на себе влияние мер жесткой экономии (austerity measures).

Главный вопрос все же заключается в том, что следует предпринимать в этой ситуации топ менеджерам строительных компаний, да и строительного бизнеса в целом? Прежде чем ответить на этот вопрос следует вернуться ко второму из тех двух факторов, о которых упоминалось в начале данной статьи, а именно: насколько долгосрочным видится инициаторам дефляционной экономики этот процесс?

Другими словами, как долго жителям Европы, включая граждан Республики Молдова, в первую очередь тех из них, которые работают за рубежом, придется «затягивать пояса».

Вполне очевидно, что не все экономические агенты строительного бизнеса в равной степени готовы к очередным финансовым испытаниям и потрясениям. Для многих из них, по меньшей мере – для каждого второго, перевод стрелок из режима „инфляционной экономики” в режим „дефляционной” и следующего за этим „отложенного спроса” будет означать и уже означает прямой путь к банкротству. Как видим, по абсолютно не зависящим от них причинам. Другими словами, дефляция и отложенный спрос для многих операторов строительного комплекса равнозначны условиям, так называемой, нелояльной конкуренции, навязанной им извне.

Очень не хотелось бы, чтобы под видом конкурентной борьбы, например, за качество, либо под другим благозвучным предлогом, предприятия строительного бизнеса были подвергнуты элементарному разорению посредством макроэкономических манипуляций, смахивающих на раскачивание лодки с целю пустить ее ко дну.

04.08.2014

Обсудить