Январь Победного 1945-го года. 70-я годовщина Великой Победы

Все страны бывшего Советского Союза, ныне независимые и суверенные государства, в том числе Республика Молдова наряду с Россией, Украиной и Белоруссией, вступили в юбилейный 2015-ый год - год 70-летия Великой Победы. Каждый день этого юбилейного года отмечен многими знаменательными датами.

70 лет тому назад, в первый день Нового 1945 года все советские люди и граждане томящихся под фашистской оккупацией стран Европы, а также США и Великобритании, союзников СССР по антигитлеровской коалиции, желали друг другу скорой Победы над фашистской Германией. Никто тогда уже не сомневался в том, что до нее оставались считанные месяцы.

«Новый, 1945 год вступил в свои права, - писала в своей передовице советская газета «Известия». - По разному встретили его люди на земле: для одних он пришел как желанный гость и добрый друг, сулящий победу, возрождение, рассвет; для других он надвинулся черной тенью, предвещающей катастрофу, расплату, возмездие. Советское наступление продолжается безостановочно, продолжается во всех областях - военной, экономической, идеологической. Мы по-прежнему народ в походе. Перед нами великий светлый год, когда мы увидим знамя Победы над Берлином».

До окончательной Победы над врагом советскому народу и народам других стран антигитлеровской коалиции – США, Великобритании, Франции - надо было пройти лишь сравнительно небольшой участок пути, но это был всё ещё очень трудный участок, так как гитлеровцы, понимая своё безвыходное положение, сражались с яростью и упорством обреченных. Причём сражались очень умело и самоотверженно. В первый день Нового 1945 года советские войска вели наступление в Чехословакии, а также уничтожали окруженную немецкую группировку в Будапеште.

Продолжались также на западе тяжёлые бои в Арденнах, в ходе которых американские и английские войска противостояли отборным силам германского Вермахта, рвущимся к Антверпену. Немецкое наступление началось ещё 16 декабря 1944 года внезапным ударом по американским и английским войскам, чем практически и объясняется первоначальный успех германских войск. Они обратили своего противника в беспорядочное, почти паническое бегство.

Гитлер считал, что в случае ее успеха США и Англии придется изменить свой политический курс. Имелось в виду склонить их к сепаратному миру с Германией, что позволит ей бросить все свои силы против СССР. Германским войскам предписывалось уничтожить силы противника севернее линии Антверпен — Брюссель — Люксембург и «добиться решающего поворота хода войны на Западе и тем самым, возможно, и войны в целом».

Американский журналист Ральф Ингерсолл в своей книге «Совершенно секретно» писал, как «по всем дорогам, ведущим на запад, бежали сломя голову американцы, бросая технику и оружие». Они несли большие потери, а их штабы были в растерянности. Командование союзников во главе с Дуайтом Эйзенхауэром оказалось неготово к германскому наступлению, хотя разведка постоянно его о нём предупреждала.

Командующий 12-й группой армий американский генерал Омар Брэдли позже откровенно признавался, что «впросак тогда попал не только я и командующие армиями, но также фельдмаршал Монтгомери (командующий британскими войсками) и генерал армии Эйзенхауэр (командующий американскими войсками)».

1-го января 1945 года германские войска предприняли также наступление в Эльзасе в направлении на Страсбург против 7-й американской армии. Германскому командованию была поставлена задача уничтожить американские и английские войска по частям. Активно действовала немецкая реактивная боевая авиация, которая нанесла существенный урон, особенно авиации противника. Положение союзных войск еще более осложнилось.

4-го января 1944 года американский генерал Джордж Паттон сделал такую запись в своем дневнике: «Мы ещё можем проиграть эту войну». Эйзенхауэр вынужден был просить у своего правительства срочных подкреплений, чтобы удержать фронт. Он не был уверен в быстрой нормализации обстановки и, обращаясь в военное министерство США, писал: «Напряженность обстановки могла бы быть во многом снята, если бы русские предприняли крупное наступление». С этой идеей он обратился и к Уинстону Черчиллю. Таким образом, большие надежды американо-английское командование возлагало тогда и на советские войска.

Чтобы быстрее поправить положение на Западном фронте и избавить американо-английские войска от новых неудач, Уинстон Черчилль 6-го января 1945 года обратился к советскому лидеру, Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину с просьбой о помощи. «Я считаю дело срочным»,— писал он в своём послании.

Уже на следующий день глава Советского правительства ответил Уинстону Черчиллю, что, учитывая положение союзников, Ставка Верховного Главнокомандования ускорит подготовку к наступлению, чтобы начать его «по всему центральному фронту не позже второй половины января». Поэтому, поскольку положение на Западном фронте оставалось тяжелым, наступление советских войск началось не во второй, а в первой половине января.

9-го января 1945 года Уинстон Черчилль в «личном и строго секретном послании маршалу Иосифу Сталину» написал: «Я весьма благодарен Вам за Ваше волнующее послание. Я переслал его генералу Эйзенхауэру, только для его личного сведения. Да сопутствует Вашему благородному предприятию полная удача! Мы и американцы бросаем в бой все, что можем. Весть, сообщенная Вами мне, сильно ободрит генерала Эйзенхауэра, так как она даст ему уверенность в том, что немцам придется делить свои резервы между нашими двумя пылающими фронтами. В битве на Западе согласно заявлениям генералов, руководящих ею, не будет перерыва...»

Напряженность на Западном фронте сразу же стала спадать, часть дивизий Гитлер срочно перебросил на советско-германский фронт. Так действовал СССР, выполняя свой союзнический долг. Это в корне отлично от того, как поступали его союзники с открытием Второго фронта во Франции.

Даже сам Уинстон Черчилль в своих мемуарах о Второй мировой войне не мог не отметить, что «со стороны русских и их руководителей было прекрасным поступком ускорить свое широкое наступление, несомненно, ценой тяжелых людских потерь. Эйзенхауэр был действительно очень обрадован новостью, которую я ему сообщил». Это подтвердил также и Эйзенхауэр, который в письме советским военным руководителям писал тогда: «Важное известие о том, что доблестная Красная Армия новым мощным рывком двинулась вперед, воспринято союзными армиями на Западе с энтузиазмом».

Всё это, однако, не помешало некоторым западным фальсификаторам истории Второй мировой войны преподносить в ложном свете помощь СССР своим союзникам в январе 1945 года. Так, например, тот же генерал Омар Брэдли позже утверждал, что это не советские войска спасли его войска от разгрома, а, напротив, успех Красной Армии в январе — феврале 1945 года был одержан якобы лишь благодаря «стратегическому влиянию» союзного «успеха в Арденнах». То же самое утверждает и английский генерал Дональд Страусон, по словам которого «успех Красной Армии на Востоке», имея в виду Висло-Одерскую операцию, «обеспечен разгромом боеспособных сил Вермахта войсками США и Англии в Арденнах».

Всё это, однако, имело место гораздо позже, уже после Победы, а тогда, в январе 1945 года, тяжёлые, кровопролитные бои продолжались, гибли бойцы Красной Армии на Восточном фронте и солдаты созников СССР на Западном фронте, но Победа неуклонно приближалась. Тем временем на уже свободной от фашистских захватчиков советской земле, в том числе в Молдавии, откуда фашисты были изгнаны в результате блистательной Ясско-Кишиневской наступательной операции, люди встречали Новый год трудовыми достижениям, коллективными и семейными праздниками.

Еще осенью 1944 года, несмотря на распутицу и сопротивление собранных в Венгрии отборных танковых соединений противника, Красная Армия вышла на подступы к Будапешту. В конце декабря 1944 года город был окружен и блокирован. Для Германии природные ресурсы Венгрии, в первую очередь нефть и бокситы, имели исключительно важное значение. Также Венгрия оставалась единственным союзником Германии, потеря которого означала бы тяжёлый удар по Берлину на политическом фронте. Удержание Венгрии стало «идеей фикс» высшего германского руководства. Гитлер не раздумывая снял из-под Варшавы элитный эсэсовский танковый корпус и потребовал перебросить его в Венгрию для деблокирования Будапешта и восстановления устойчивого фронта.

В октябре 1944 года, в Венгрии при содействии немцев произошел государственный переворот: правивший страной с 1920 года адмирал Миклош Хорти был смещен, его сменил Ференц Салаши, установивший в Венгрии пронацистский режим.

Адмирал Миклош Хорти (регент Венгрии) одним из первых среди союзников Гитлера осознал неотвратимость поражения стран «оси» в войне и уже с 1942 года начал секретные переговоры с союзниками. Однако в марте 1944 года он был вынужден дать согласие на ввод в Венгрию немецких войск, а с ними и войск СС, которые начали депортацию евреев и цыган. При приближении советских войск к границам Венгрии Хорти сместил в августе 1944 года прогерманское правительство Дёме Стояи и назначил премьером генерала Гезу Лакатоша. 15 октября 1944 года правительство Хорти объявило о перемирии с СССР.

Однако вывести свою страну из войны Миклошу Хорти, в отличие от короля Румынии Михая I, не удалось. В Будапеште произошёл поддержанный Германией государственный переворот, а сын Хорти был похищен отрядом СС под командованием Отто Скорценни (операция «Панцерфауст») и взят в заложники. Под нажимом Гитлера через несколько дней адмирал Хорти передал власть лидеру нацистской прогерманской партии «Скрещённые стрелы» Ференцу Салаши и был вывезен в Германию, где содержался под арестом вместе с женой, невесткой и внуком.

В этот период войны планирование всех операций Вермахтом определялось не только сугубо военными соображениями, но и усугубляющимися проблемами со снабжением. Существовало два плана деблокирования окружённого Красной Армией будапештского гарнизона: план «Паула» (удар по танкодоступной местности, от города Секешфехервар на запад в обход озера Веленце) и план «Конрад» (удар по кратчайшему расстоянию, через горы Вертешхедьшег, вдоль Дуная на Будапешт).

Поскольку план «Паула» требовал больше горючего и времени на сосредоточение, выбор пал на план «Конрад». Эсэсовские соединения пошли в наступление буквально с колес, сразу же после вызгрузки из железнодорожных эшелонов, не дожидаясь подхода и сосредоточения всех частей и тылов.

Немецкое наступление, начатое с разведывательных операций вечером 1-го января 1945 года, развернулось в полной мере 2-го января. Для советских войск оно было неожиданным, так как в конце 1944 года противник отступал, часто беспорядочно, а прибытия на фронт свежих германских сил не ожидалось.

Контрудар наносила 6-я армия генерала Германа Балька, ударную силу которой составлял 4-й танковый корпус СС генерала Герберта Гилле. Боеспособность венгерской армии к тому времени была невысокой. Наступление началось вечером 1 января 1945 года без артиллерийской подготовки. Весь расчет был на внезапность. Наступление в темноте гарантировало от атак господствовавшей в воздухе советской авиации. Люфтваффе же из-за нехватки горючего не могли активно поддерживать свои войска. Проводить в темноте собственную артподготовку не было смысла из-за ее низкой эффективности, поэтому от нее отказались.

Благодаря впервые примененным во время наступления к Будапешту приборам ночного видения с инфракрасными ночными прицелами, обеспечивавшими уверенное ведение огня на дистанции до 400 метров, немецкие танки и штурмовые орудия и ночью стреляли очень точно. Для того, чтобы уменьшить эффект применения немцами инфракрасных прицелов, красноармейцы жгли костры перед своими позициями (это создавало сильную помеху - засветку немецких инфракрасных прицелов).

Главный удар был направлен против советской 4-й гвардейской армии, захватившей Секешфехервар. Немцы продвинулись до 30 километров. В свою очередь, будапештская группировка немецко-венгерских войск, пытаясь прорвать кольцо окружения, потеснила части 46-й армии и овладела Эстергомом, но дальше продвинуться не смогла.

Во время прорыва фронта 4-й гвардейской армии выяснилось, что советская пехота под натиском германских танков в беспорядке отступала и оставляла артиллерию без прикрытия. Большинство же противотанковых препятствий немецкие танки смогли легко обойти. В результате артиллерия советского 31-го гвардейского корпуса потеряла 70 % матчасти и до двух третей личного состава, поскольку многие батареи и опорные противотанковые пункты попали в окружение.

4-го января 1945 года дивизии корпуса Гилле вышли в район города Тат. Здесь их встретила 12-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада из резерва 46-й армии. Части 86-й стрелковой дивизии опять в беспорядке отошли, артиллеристы остались без пехотного прикрытия и понесли потери. Однако подоспевшие части противотанковой артиллерии из резерва остановили немецкое наступление. Всего советская группировка имела 1305 орудий и крупнокалиберных минометов и 210 танков и САУ.

7-го января 1945 года немцы попытались прорваться к Будапешту из района северо-западнее Секешфехервара. К исходу дня советские войска оставили Замоль и отошли на 4–5 километров, в район к северу от Секешфехервара. Затем Гилле вывел из боя значительную часть дивизии «Викинг» и перебросил ее под Грон. Оттуда она вместе с 711-й пехотной дивизией 10 января 1945 года начала наступление на Будапешт через горы Пилис. Расстояние до окруженной будапештской группировки сократилось до 2–3 километров. Но советское сопротивление усилилось, а у будапештской группировки почти не осталось тяжелого вооружения и горючего, и она не смогла прорвать внутренний фронт окружения.

18 января 1945 года немецкое командование возобновило наступление из района к северу от Балатона, куда было скрытно переброшено пять танковых дивизий. Наступление оказалось неожиданным для командования 3-го Украинского фронта. Утром 20 января немцы достигли Дуная в районах Дунапентеле и Адонь. Отдельные танковые подразделения вышли также на подступы к Дунафельдвару, где находился штаб фронта, охраняемый лишь одной батареей 45-мм противотанковых пушек.

3-й Украинский фронт был рассечен немцами надвое. Положение осложнялось тем, что накануне сильный ледоход снес все понтонные переправы через Дунай. Однако этот ледоход в конечном счете спас 3-й Украинский фронт от еще больших неприятностей, поскольку из-за него немцы не смогли форсировать Дунай и захватить плацдарм для наступления на Будапешт.

19 января 1945 года дивизия «Викинг» пересекла канал Шарвиз у Калоша и Шопоньи. К тому времени советские стрелковые части снова первыми отошли на восточный берег канала, оставив на западном берегу артиллеристов, которые почти все погибли, но задержали врага. Навстречу прорвавшейся немецкой группировке командование 3-го Украинского фронта выдвинуло 133-й стрелковый корпус с двумя ИПТАП и 18-й танковый корпус с полком СУ-76. Эти войска вступали в бой с ходу, разрозненно и без должной подготовки. Они были разбиты танкистами «Викинга» и частично оказались в окружении, хотя из-за малочисленности немецких войск кольцо не было плотным. 21 января 1945 года остатки окруженных вышли в расположение 57-й армии.

21 января 1945 года немецкие танки заняли Секешфехервар. Две бригады советского 1-го гвардейского мехкорпуса, оснащенные американскими танками «Шерман», с ходу вступившие в бой, потеряли 70 % боевой техники. «Шерманам» с их узкими гусеницами и низким клиренсом было очень трудно маневрировать в грязи, которая образовалась из-за частых оттепелей. Полный разгром корпуса предотвратил срочно брошенный ему на помощь полк СУ-100. Немецкая группировка была остановлена в 26–29 км от Будапешта.

27 января 1945 года началось наступление советских войск из района Надь – Дунапентеле на коммуникации 4-го танкового корпуса СС. Эсэсовским танковым дивизиям пришлось развернуться фронтом на юг. 29 января 1945 года произошло большое танковое сражение у Петтенда, в котором советские потери составили до 200 танков.

Это стало следствием того, что командиры 18-го и 23-го танковых корпусов, вопреки указаниям свыше, использовали для борьбы с танками врага в первую очередь не самоходную и противотанковую артиллерию, а танки, и поэтому несли большие потери от превосходивших советские танки «Королевских тигров» и «Пантер». Но 30 января 1945 года советским атакам подверглись позиции 2-й немецкой танковой армии южнее Балатона, танковый корпус СС из-за фланговых угроз вынужден был отступить на запад по обе стороны Веленце и отказаться от попыток деблокировать Будапешт.

Безвозвратные потери немцев за время первого Балатонского сражения составили 82 танка и штурмовых орудия, включая 7 «Королевских тигров» и 31 «Пантеру». По немецким данным, в январских боях дивизии «Викинг» и «Мертвая голова» потеряли около 8 тысяч человек убитыми, в том числе около 200 офицеров. На них пришлась основная тяжесть наступления.

Для нового наступления была срочно переброшена в Венгрию с Западного фронта 6-я танковая армия СС оберстгруппенфюрера Зеппа Дитриха, состоявшая из четырех танковых дивизий. Если бы 6-ю танковую армию СС отправили бы в Силезию или Померанию, как предлагал Гудериан, то советские войска в Венгрии начали бы наступление в середине марта, как и планировали, и овладели бы нефтепромыслами и НПЗ в Венгрии и Австрии, а также австрийской столицей не более чем за две недели. И к концу марта немецкие танки в Померании остались бы без горючего.

С точки зрения Гитлера, в переброске 6-й армии СС в Венгрию была не только военно-экономическая, но и военно-стратегическая логика. Вплоть до середины апреля 1945 года фюрер собирался обороняться не в Берлине, а в «Альпийской крепости», включающей Австрию и Баварию, а также прилегающие районы Италии и Чехии. Венгрия как раз прикрывала «Альпийскую крепость» с востока. И не случайно именно на юге сосредотачивались наиболее преданные Гитлеру и боеспособные дивизии СС. Они должны были оборонять «Альпийскую крепость». Гитлер рассчитывал с помощью армии Зеппа Дитриха отбросить советские войска к Дунаю. Окружить и уничтожить войска 2-го и 3-го Украинских фронтов он не рассчитывал, принимая во внимание ограниченность собственных сил.

Однако первый успех немецкого удара не получил дальнейшего развития. Командование 3-го Украинского фронта (командующий Ф. И. Толбухин) быстро сориентировалось в обстановке и выдвинуло навстречу идущим по лесным дорогам немецким танкам танковые и артиллерийские резервы. За неделю ожесточенных боёв темп немецкого наступления постепенно сошел на нет. В этих боях в Венгрии Красная Армия впервые использовала новейшие самоходные установки СУ-100, способные успешно противостоять всем типам немецких танков, в том числе «Тиграм» и «Королевским тиграм».

В Будапеште 1 января 1945 года сосредоточились 13 танковых, 2 моторизованные дивизии и мотобригада германского Вермахта. Такой плотности танковых войск у немцев никогда еще не было на Восточном фронте. Мероприятия по обороне города проводились под руководством нового командующего группой армий «Юг» — генерала Отто Вёлера, назначенного вместо отстраненного Йоханнеса Фриснера. Ожесточённые бои по ликвидации в Будапеште германского гарнизона продолжались в течение всегоа января и первой половины февраля 1945 года.

В ходе операции войска 3-го Украинского фронта, усиленные частями и соединениями 2-го Украинского фронта, отразили 3 сильных контрудара немецких войск, пытавшихся деблокировать окружённую в Будапеште группировку. При организации контрударов немецкие войска на некоторых участках создавали плотность до 50—60 танков на один километр фронта. В этой обстановке командующим 3-м Украинским фронтом маршалом Толбухиным был использован опыт Сталинградской и Курской битвы — за короткий срок его войска создали глубокоэшелонированную оборону глубиной до 25—50 км, что позволило остановить германское контрнаступление.

Большую роль сыграла организация эффективной разведки, своевременное вскрытие выдвижения и развертывания группировок противника, позволявшие наносить упреждающие артиллерийские и авиационные удары и заблаговременно сосредоточивать основные усилия на угрожающих направлениях. Умело и своевременно осуществляя манёвр войсками и противотанковыми средствами, советские войска создавали на важнейших участках плотность до 160—170 орудий на один километр фронта. Так, 20 января 1945 года, когда противник, вырвавшись танками на Дунай в районе Дунапентеле, на какой-то момент расчленил войска 3-го Украинского фронта, переброшенные на этот участок самоходно-артиллерийские полки встречными ударами с севера и юга ликвидировали опасность.

В первой половине января 1945 года главные силы 2-го Украинского фронта начали наступление на Комарно, что позволило несколько снизить контрнаступательный порыв немецких войск. Городские бои за Будапешт вела специально созданная Будапештская группа войск (3 стрелковых корпуса, 9 артиллерийских бригад из состава 2-го Украинского фронта (командующий — генерал-лейтенант Иван Афонин, затем, в связи с ранением Афонина, — генерал-лейтенант Иван Манагаров).

Немецкими войсками, насчитывавшими в общей сложности 188 тысяч человек, командовал обергруппенфюрер СС Карл Пфеффер-Вильденбрух. Бои отличались особым упорством. К 18 января советские войска захватили восточную часть города — Пешт. Лишь к 13 февраля 1945 года сражение завершилось ликвидацией группировки противника и освобождением Будапешта. Командующий обороной вместе со штабом был взят в плен. В честь победы в Москве был дан салют двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из 324 орудий.

Начало наступления советских войск в Польше, намечавшееся на 20 января 1945 года, в связи с крупной неудачей англо-американских сил в Арденнах и просьбой Уинстона Черчилля оказать им помощь и срочно провести наступление «на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте», было перенесено советским командованием на 12 января 1945 года.

Висло-Одерская операция 1945 года – стратегическая наступательная операция советских войск во время Второй мировой войны, на правом фланге советско-германского фронта, в районе между Вислой и Одером, проводилась силами 1-го Белорусского (командующий – маршал Советского Союза Г.Жуков) и 1-го Украинского (командующий – маршал Советского Союза И.Конев) фронтов в период с 12 января по 3 февраля 1945 года и стала составной частью общего стратегического наступления советских войск от Балтики до Дуная.

Целью данной операции было разгромить немецко-фашистскую группу армий «А» (с 26 января – «Центр»), завершить освобождение Польши от гитлеровской оккупации и создать благоприятные условия для нанесения решающего удара на столицу фашистского Третьего Рейха - Берлин.

К началу 1945 года военно-политическая обстановка на советско-германском фронте усилиями Красной Армии была изменена в пользу СССР. Советские войск пополнялась новой военной техникой, а союзники по антигитлеровской коалиции в 1944 году открыли Второй фронт в Западной Европе и приблизились к границам Третьего Рейха.

В то же время германская армия находилась в критическом положении: объёмы производства вооружения и боеприпасов в Третьем Рейхе резко упали из-за разрушенных в Европе постоянными бомбардировками англо-американской авиации военных заводов, были также практически исчерпаны германские людские резервы и практически уничтожены германские ВВС.

К началу наступления Красной Армии на Висло-Одерском направлении расстановка сил была следующей: перед двумя советскими фронтами находились 3 немецкие армии (28 дивизий и 2 бригады), то есть примерно 400 тысяч человек и несколько тысяч единиц боевой техники. Помимо сплошных линий обороны общей глубиной до 600 километров, немцы создали также несколько укрепленных районов. В 1-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах насчитывалось 16 общевойсковых, 4 танковых и 2 воздушных армии – в общей сложности это примерно 2 млн. человек и более 45 тысяч единиц техники.

Это была самая крупная стратегическая группировка советских войск за все годы Великой Отечественной войны. Таким образом, превосходство советских войск над противником было подавляющим в силах и средствах, что позволило им после тщательной подготовки нанести очень мощный удар 12 января 1945 года.

Рано утром войска 1-го Украинского фронта перешли в наступление, нанося главный удар с Сандомирского плацдарма, а через два дня – войска 1-го Белорусского фронта – с Магнушевского и Пулавского плацдармов.

Причем наступлению Красной Армии предшествовала мощная артподготовка, которая нанесла большой урон немецким оборонительным резервам. На участках прорыва огонь вели по 250—300 орудийных стволов на 1 километр. Получая достаточное количество боеприпасов, советские орудия вели ураганный обстрел по типу «огненного вала», который, чередуясь, переносился от переднего края немецкой обороны в ее глубину.

Эффект от этого мощного артиллерийского удара превзошел все ожидания. Отчасти это произошло потому, что немцы подтянули свои резервы поближе к передовой, и поэтому они оказались в зоне губительного огня советской артиллерии.

Поэтому уже при первом мощном ударе оказались разгромленными не только германские дивизии первого эшелона, но и достаточно сильные резервы. Это привело к быстрому крушению всей системы немецкой обороны. Наличие крупных подвижных резервов обеспечило Красной Армии стремительное продвижение вперед.

«Русское наступление за Вислой развивалось с невиданной силой и стремительностью, - писал позже в своих мемуарах немецкий генерал Фридрих Вильгельм фон Меллентин, - невозможно описать словами всего, что произошло между Вислой и Одером в первые месяцы 1945 года. Европа не знала ничего подобного со времени гибели Римской империи».

Эта операция Красной Армии вошла в военную историю как самое стремительное наступление. Начавшись на территории Польши, оно быстро перешло в наступление уже на территории Германии. На протяжении 20 суток советские войска продвигались на расстояние от 20 до 30 километров в день, а танковые армии в отдельные периоды битвы преодолевали даже до 70 километров. Наступление не прекращалось ни днем, ни ночью. Этот темп был обусловлен мощным первоначальным ударом, большой пробивной силой и высокой подвижностью советских войск, широким маневром и тесным взаимодействием войск.

За это время войска Красной Армии преодолели семь укрепленных рубежей противника и две крупные водные преграды. 17 января 1945 года была освобождена Варшава, к 18 января главные силы немецких армий на этом фронте были разгромлены, оборона противника прорвана на 500 километровом участке фронта на глубину 100-150 километров.

19 января 1945 года передовые части 1-го Украинского фронта, преследуя противника, вступили на территорию Германии, а войска левого крыла фронта освободили Краков и многие другие населенные пункты. Хотя немецкое командование начало спешно перебрасывать сюда войска с других участков фронта и из резерва, восстановить прорванный фронт оно уже не смогло.

Висло-Одерская операция по размаху и достигнутым результатам стала одной из крупнейших стратегических операций Великой Отечественной войны. Всего за 23 дня этой проведенной в тяжелых зимних условиях операции армии Г.К. Жукова и И.С. Конева не просто продвинулись вперед и освободили от немецких захватчиков практически всю Польшу и значительную часть Чехословакии, но и окружили крупную немецкую группировку в Познани, вышли к Одеру и оказались в 60-70 километрах от Берлина. Здесь наступление советских войск временно приостановилось. Началась подготовка к Берлинской операции.

В результате Висло-Одерской операции было полностью разгромлено 35 немецких дивизий, ещё 25 потеряли от 50 до 70 % личного состава, более 150 тысяч солдат и офицеров Вермахта были взяты в плен, несколько тысяч единиц вооружения стали трофеями Красной Армии. Потери советских войск составили, по разным данным, от 160 до 200 тысяч человек и более 2 тысяч единиц боевой техники. За проявленные героизм и мужество в ходе этой операции многим частям и соединениям обоих фронтов были присвоены почетные наименования и вручены ордена. В честь освобождения польской столицы от германских войск была учреждена медаль «За освобождение Варшавы».

Впоследствии ряд советских военноначальников, в том числе генерал В.И. Чуйков, не проанализировав всей сложности тыловой обстановки в тех условиях, заявили, что если бы Ставка ГК и штабы фронтов как следует организовали снабжение и сумели вовремя доставить к Одеру нужное количество боеприпасов, горючего и продовольствия, если бы авиация успела перебазироваться на приодерские аэродромы, а понтонно-мостостроительные части обеспечили переправу войск через Одер, то четыре советские армии - 5-я ударная, 8-я гвардейская, 1-я и 2-я танковые якобы могли бы в начале февраля 1945 года развить дальнейшее наступление на Берлин, пройти еще восемьдесят—сто километров и закончить эту гигантскую операцию взятием германской столицы с ходу.

Однако, как справедливо заметил маршал Г.К. Жуков, рассуждения о таком важном предмете со столь многими ссылками на «если бы» нельзя считать серьезными, так как уже само признание самим В.И.Чуйковым, что снабжение разладилось, авиация и понтонно-мостостроительные части отстали, говорит о том, что в подобных условиях предпринимать решительное наступление Красной Армии на Берлин было бы чистейшей авантюрой, поскольку в феврале 1945 года ни 1-й Украинский, ни 1-й Белорусский фронты проводить Берлинскую операцию ещё не могли.

К тому же советские войска в ходе Висло-Одерской наступательной операции понесли значительные потери: 1-й Белорусский фронт имел численность войск к началу операции – 1028900, безвозвратные потери составили 17032, санитарные потери – 60310; 1-й Украинский фронт имел численность войск к началу операции – 1083800, безвозвратные потери оставили 26219, санитарные потери – 89564.

Общая численность численность советских войск к началу операции - 2112700, общие безвозвратные потери – 43251 (2,0%), общие санитарные потери – 149874. 1-я армия Войска Польского имела численность войск к началу операции – 90900, безвозвратные потери - 225, санитарные потери – 841.

Обсудить