Контрольный выстрел в перспективы роста экономики

Череду своих зубодробильных решений по операциям денежной политики НБМ по-прежнему упрямо мотивирует необходимостью сдерживания инфляционных ожиданий в контексте восстановления и поддержания инфляции вблизи иллюзорного в нашей ситуации целевого показателя 5 процентов на среднесрочный период.

Когда 25 июня Национальный банк Молдовы (НБМ) обнародовал своё уже шестое с декабря прошлого года повышение ставки рефинансирования до 15,5 процентов (в общей сложности она поднялась с 3,5 процентов) и обязал коммерческие банки к сентябрю этого года сформировать обязательные резервы от суммы привлеченных средств в молдавских леях и неконвертируемой валюте в 26 процентов, увеличив их сразу на 4 пункта, казалось, что уже это похоронит все надежды бизнеса на возможностях кредитования реального сектора экономики. Ведь банки и до этого привлекали финансовые ресурсы под немалые проценты. Например, на конец июня средняя ставка по вновь привлечённым депозитам физических лиц составляла 11,34 процента годовых или примерно вдвое выше, чем ещё год назад. Добавьте к этому расходы на ведение бизнеса, риски на невозврат ссуд, прибыль и, наконец, потери от замороженных в резервах привлечённых средствах и получите ставку кредитования, которая становится всё более неподъёмной для многих предприятий реального сектора экономики, особенно при долгосрочном кредитовании.

Однако это в среднем с учётом принятых дешёвых вкладов на короткие сроки. А следуя «золотому правилу банков» кредиты и депозиты должны быть сбалансированы по срокам. То есть нельзя бесконечно набирать краткосрочные депозиты и за счёт них размещать длинные кредиты, которые, как воздух, необходимы для реализации серьёзных долгосрочных проектов. Но ведь нужно ещё закрыть и образовавшуюся брешь в нежданно-негаданно возросших обязательных резервах. В результате банки в конкурентной борьбе за вкладчиков вынуждены всё более и более поднимать свою оплату за привлекаемые ресурсы.

А пока после многолетнего роста кредитный портфель по банковскому сектору за последние двенадцать месяцев по состоянию на 30 июня 2015 года уже сократился на 5,2 процента с 45,11 миллиардов лей до 42,78 миллиарда.

Но, как оказалось, и это был далеко не предел. 30 июля административный совет НБМ принял беспрецедентное и ещё более жёсткое решение, подняв планку ставки рефинансирования по основным операциям денежной политики на краткосрочный период до 17,5 процентов, а норму обязательных резервов от привлеченных средств в молдавских леях и неконвертируемой валюте с 8 сентября по 7 октября на дополнительных 6.0 процентных пункта или до 32 процентов от расчетной базы.

Таким образом, для национальной экономики с четвёртого квартала не только замораживается уже более трети привлекаемых ресурсов, но и существенно возрастут ставки по вновь выдаваемым кредитам, включая и по размещённым ранее. Ведь в заключённых договорах на кредитование процент за пользование заёмными средствами, как правило, прописан плавающий. На других условиях кредит не оформить. А это позволяет кредитору менять размер взимаемой платы по своему усмотрению. Тем более, что к этому подталкивает и растущая индикативная ставка рефинансирования нацбанка.

Череду своих зубодробильных решений по операциям денежной политики НБМ по-прежнему упрямо мотивирует необходимостью сдерживания инфляционных ожиданий в контексте восстановления и поддержания инфляции вблизи иллюзорного в нашей ситуации целевого показателя 5 процентов на среднесрочный период с возможным отклонением ±1,5 процентного пункта, а также для стерилизации избыточной ликвидности, сформировавшейся в последние месяцы.

Ну, никак в НБМ не могут осознать того, что главные причины нынешней девальвации национальной валюты и вызванный этим стремительный рост инфляции имеют совсем иные корни. И об этом уже писалось и говорилось не раз. Однако, похоже, что в нацбанке напрочь утратили способность читать и выслушивать другое мнение, отличающееся от их собственного видения проблем и методов преодоления.

Тем не менее, наибольшая активность дискуссий во властных структурах и в обществе происходит вокруг повышения тарифов на электрическую энергию и природный газ, которые неизбежно вызовут рост тарифов на теплоэнергию, воду, а за ними и на всё остальное. А то, что касается действий нацбанка, воспринимается, как нечто второстепенное, не осознавая того, что это звенья одной цепи.

Полагаю, что здесь нет необходимости доказывать то, что экономика Молдовы предельно зависима, с одной стороны, от мировых котировок на энергоресурсы, а с другой, от курса национальной валюты. И если колебания биржевых котировок страна вынуждена принимать как данность, то курс лея, прежде всего, к доллару США и евро во многом определяется внутренними факторами. Ибо именно они формируют баланс спроса и предложения иностранной валюты. И, если этой валюты в избытке, то она дешевеет, а в дефиците – дорожает.

Главные каналы притока иностранной валюты общеизвестны: экспорт продукции и услуг, прямые иностранные инвестиции во внутреннюю экономику, поступления от наших соотечественников из-за рубежа и вливания от зарубежных доноров. Однако со всеми этими показателями в последнее время сформировались большие проблемы. После многолетнего ежегодного роста экспорта в 2014 году был зафиксирован минус в 3,7 процентов, а по итогам первых пяти месяцев нынешнего – ещё -16,2 процентов. В абсолютном размере это меньше на 50,1 миллионов долларов США. В части иностранных инвестиций – в 2008 их было $707,6 миллионов, а в 2014 лишь $207,4 миллионов. Но самое главное – кардинально сокращаются поступления от наших соотечественников. Прирост депозитов физических лиц в иностранной валюте и сальдо её покупки-продажи в наличной форме в 2014 году составили $2155,9 миллионов. А это к 2013 году минус $710,6 миллионов. И за первое полугодие произошло дальнейшее сокращение ещё более, чем на треть.

И всё же главным дестабилизирующим фактором в ноябре 2014 года стало беспрецедентное хищение из банковского сектора денежных средств на сумму эквивалентную одному миллиарду евро. А это не только спровоцировало валютную панику, но и окончательно вывело из себя западных кураторов по развитию. В результате они начали сворачивать уже свою финансовую помощь.

В итоге национальная валюта, буквально рухнула, и её курс за последний год упал примерно от 14 леев за доллар до 19. Но не для всех это стало бедствием. В частности, банки на спекуляциях с обменом валюты за первое полугодие этого года вытащили из клиентов почти полутора миллиардов леев, что в 5,2 раза выше, чем за тот же период 2014-го. А ведь валютные операции осуществлялись не только в банковском секторе, а и во внебанковских валютных кассах, а также на чёрном рынке.

И в этой драматической ситуации нужно было бы не замораживать экономику, лишая её финансового обеспечения, а реализовать комплекс мер по её разогреву с тем, чтобы обеспечить кардинальный и устойчивый рост экспортного потенциала и, разумеется, наконец-то определиться с рынками сбыта своей продукции. К тому же для быстрого роста производства, прежде всего, необходимы дешёвые кредиты. А их априори никогда и не будет при норме резервирования в 36 процентов.

У нас многие уповают на рынок ЕС. Но с 1 сентября 2014 года, когда он «открылся» для национальных производителей, рост экспорта в западном направлении, как не произошёл, так и не предвидится. Более того, в нынешнем году европейские заказы на продукцию из давальческого сырья сокращаются. И об этом уже начали во всеуслышание роптать швейники. А то примитивное сырьё, как зерновые, подсолнечник и прочее, которые составляли основные статьи экспорта, из-за неурожайного нынешнего года однозначно дадут минус и большой.

Тут бы начать активный диалог с Российской Федерацией, которая с 1 сентября прошлого года ввела для молдавских товаров таможенные пошлины по правилам ВТО, а также вообще перекрыла возможность экспорта для части продукции. Но в программе деятельности предыдущего правительства Кирилла Габурича Россия впервые выпала из списка государств, являющихся стратегическими партнёрами Молдовы. Не попала она в него и в программу нового правительства Валерия Стрельца. А это серьёзный посыл россиянам, демонстрирующий наше пренебрежительное отношение к их рынку.

В этой связи хочется привести одну старую притчу. Один хозяин решил сэкономить деньги на кормах для своей лошади, предполагая приучить её есть как можно меньше, изо дня в день сокращая рацион питания. И когда это новаторство ему, практически, удалось, лошадь действительно стала потреблять в день уже только одну маленькую охапку сена, случилось непредвиденное: она почему-то издохла.

Этот «радивый» хозяин вам никого не напоминает?

Обсудить