Политическая ситуация в Молдове. Пути выхода из тупика.

У нашей страны появился определенный шанс выхода из политического тупика. Мы не беремся судить о том, удастся ли им воспользоваться нашему политическому классу, так как не раз в прошлом убеждались в том, что он способен на самые невероятные поступки, порой даже за гранью разумного. Однако то, что такая возможность уже появилась, говорит о том, что если власть и прозападная оппозиция найдут общий язык, определенный консенсус все-таки будет на какое-то время найден. Для нынешней ситуации в Молдове пока и этого совсем немало.

Политическая ситуация в нашей стране, постепенно обостряясь под влиянием действий как правящей коалиции, так и оппозиции, приближается к своему кульминационному моменту, когда перед всеми политформированиями неизбежно встает вопрос о власти. Для АЕИ-3 это вопрос о УДЕРЖАНИИ власти. Для левой и правой оппозиции – это вопрос о ЗАВОЕВАНИИ власти. Насколько обе стороны способны решить стоящие перед ними задачи, какие у них намерения и цели и что может в результате этого выиграть или проиграть наша страна? В данной статье мы попытаемся дать ответ на эти и некоторые другие вопросы, тесно связанные с этой животрепещущей темой.

I.

Основные требования правой оппозиции, представленной Платформой «ДА» (создана 24 февраля 2015 г.) в первые месяцы ее существования (февраль-июнь) сводились примерно к следующему: 1) немедленная публикация отчета компании «Kroll», проводившей проверку материалов, связанных с хищением «золотого миллиарда», 2) отстранение от должностей и наказание виновных в этой сделке, 3) возвращение украденных денег, 4) освобождение молдавских СМИ от влияния олигархов, 5) полная деолигархизация Молдовы, 6) отставка Правительства, 7) немедленная и безусловная деполитизация КСТР, 8) выполнение всех требований фермеров, высказанных ими в ходе протестов, 9) предоставление каналу «Jurnal TV» технических возможностей для обеспечения полного покрытия территории страны и т.д. Они угрожали, что в случае невыполнения этих требований перейдут к новым формам протеста, например, блокированию работы некоторых госучреждений (Генпрокуратуры) и чуть ли не «национальной революции». Так как почти все эти требования не были выполнены (кроме публикации отчета компании «Kroll»), то затем позиция Платформы стала все более ужесточаться.

На митинге 7 июня к этим требованиям добавились новые, в частности, о необходимости лишения иммунитета судей и депутатов, о немедленной отставке Президента, Председателя Парламента, Премьер-министра, руководства компании «Телерадио-Молдова» и правоохранительных органов. К митингу 6 сентября они были существенно отшлифованы и обрели в целом «законченную» форму. Теперь они выглядели следующим образом:

1) Немедленная отставка Президента, Председателя Парламента и Премьер-министра;

2) Отставка руководства компании «Телерадио-Молдова» и правоохранительных органов;

3) Привлечение к ответственности виновных в краже миллиарда из банков;

4) Прямые всенародные выборы президента;

5) Проведение досрочных выборов парламента до 16 марта 2016 года; 6) Формирование правительства народного спасения;

7) Призыв к Западу не давать новых кредитов действующей власти и объявить персонами нон-грата в ЕС и США ее руководителей.

Чтобы ускорить процесс исполнения своих требований, митингующие в тот же день основали на центральной площади палаточный городок, размеры которого быстро выросли с 40 до более чем 300 (по данным организаторов – даже более 400), на чем размеры городка примерно стабилизировались. Митинг 13 сентября добавил к прежним решение организовать протесты на местах и составить список альтернативного правительства. Остальные призывы, прозвучавшие на этом митинге, не осуществили по сей день уже сами протестовавшие: о создании на базе Платформы новой политической партии и о образовании еще двух палаточных городков – у Президентуры и Парламента. Наконец, на пресс-конференции 23 сентября лидеры Платформы заявили о намерениях расширить свой палаточный городок, разместить палатки перед всеми основными госучреждениями, провести совместное заседание Парламента и Правительства с участием членов Совета Великого Национального Собрания, чтобы добиться отставки скомпрометировавших себя чиновников (это намерение тоже пока не реализовано). Юрист С. Павловский предложил на этой же пресс-конференции провести «народную люстрацию» госаппарата, при которой все государственные чиновники должны пройти одобрение участников митингов Платформы. Это классическое охлократическое требование удивительно тем, что выдвигает его опытный ЮРИСТ, то есть человек, обязанный строго следовать букве закона.

Митинг 4 октября прошел в условиях, когда, как показалось ряду молдавских и российских аналитиков, Платформа сдает позиции в пользу резко активизировавшихся в последние дни ПСРМ и НП. Руководство Платформы, по-видимому, отдавая себе в этом отчет, постаралось вернуть инициативу в свои руки. Промедлив и потому проиграв левым схватку за установку новых палаточных городков в центре столицы, они уже не имели права допускать подобных ошибок. Поэтому этот митинг ознаменовался новыми громкими акциями: протестующие члены Платформы впервые появились перед самым входом в Парламент, оттеснив пытавшихся смешаться с ними социалистов во главе с И.Додоном, а затем отправились по-новому для себя адресу, устроив митинг у офиса Global Business Center, принадлежащего В.Плахотнюку и даже, по сообщениям СМИ, неудачно попытавшись ворваться в него. На этом митинге были объявлены новые намерения протестующих: о создании народной гвардии, о начале с 5 октября актов гражданского неповиновения и массовых отказов оплачивать присланные счета за коммунальные услуги, о создании забасткомов во всех школах, троллейбусных парках и т.д. Общей целью этого является, по словам члена Платформы журналиста В.Нэстасе – «заблокировать деятельность этой власти, заблокировать деятельность хунты с тем, чтобы она утонула в собственных помоях».

Как бы ни относиться к лидерам Платформы, но нельзя не заметить, что чем дальше, тем меньше они руководствуются законом. Который, казалось бы, должны соблюдать, ведь А.Нэстасе и особенно С.Павловский – достаточно хорошо известные в стране юристы. Однако мы видим нечто противоположное. Сначала один профессиональный юрист, С.Павловский призывает проводить «народную люстрацию» кандидатов на государственные должности, что не имеет с законом вообще ничего общего. Затем он же призывает в социальных сетях начать дискуссию о том, необходима ли стране революция (правда, все же не рискуя открыто призвать к ней – юрист, все-таки). Потом другой профессиональный юрист, А.Нэстасе, соглашается на митинге 4 октября с требованием создать народные гвардии. Поскольку никаких разъяснений о том, что это означает, не последовало, то можно было предположить, что такая идея подпадает под положения ст.282 Уголовного Кодекса (организация незаконных военизированных формирований или участие в них). Согласно этой статье, организация или руководство военизированным формированием, не предусмотренным законодательством Республики Молдова, а равно и участие в таком формировании, карается тюремным заключением на срок от 2 до 7 лет. Однако в ответ на вопрос автора этих строк на одной из телепередач, что означает их создание, один из лидеров Совета Великого Национального Собрания, А.Слусарь пояснил, что имелось в виду только создание охраны палаточного городка Платформы. Как представляется, об этом надо было сказать сразу же по выдвижении этой идеи на митинге, а не вдогонку за событиями, чтобы не возникало никаких ненужных недомолвок.

Требования социалистов по сравнению с Платформой носят куда более «упрощенный», менее «детализированный» и в то же время более масштабный, «революционный» характер. Они сводятся к 4 основным, озвученным на митинге 27 сентября:

1) Отставка и наказание всех причастных к краже «золотого миллиарда» высших госчиновников (И.Додон сообщил в СМИ, что ему угрожали за разглашение сведений об этом хищении, и что он пожаловался в Прокуратуру в связи с этими угрозами).

2) Отставка Президента, Правительства и руководителей всех главных госучреждений: генерального прокурора, директора СИБ, председателя Высшей судебной палаты, директора Национального центра антикоррупции, председателя Счётной палаты, председателя Национальной комиссии по проверке имущества, председателей ЦИК и КСТР, директора общественного телеканала «Молдова-1», замена их лицами, победившими на открытом конкурсе, организацией и проведением которого займётся специальная комиссия с участием оппозиции и гражданского общества, а также изменение статьи 78 Конституции Республики Молдова с возвратом к прямым всенародным выборам Президента посредством голосования в парламенте либо всенародного референдума.

3) Расторжение Договора об Ассоциации Молдовы с ЕС, ввиду его крайней невыгодности для нашей страны (предлагалось начать «прагматичные» отношения с ЕС и «стратегические» - с РФ – так выразился И.Додон на международной конференции «Соглашение об Ассоциации Молдовы с Евросоюзом – год со дня подписания», состоявшейся 28 сентября).

4) Проведение досрочных парламентских выборов, на которых, как надеются социалисты, они вместе с «Нашей партией» Р.Усатого возьмут большинство в Парламенте и осуществят все ими задуманное.

Они солидаризировались с «группой Петренко», задержанной полицией 6 сентября за попытку произвольно изменить маршрут своего протеста и войти в Генпрокуратуру, членов которой объявили «политзаключенными» и потребовали их немедленного освобождения, а также обвинили власти в том, что последние не пропустили в город 224 автобуса со сторонниками ПСРМ и НП. В Парламенте ПСРМ зарегистрировала проекты законов о повышении пенсий на 30% и их ежегодной 20%-ной индексации, начиная с 2016 г., и выступила против поправок к кодексу о телевидении и радиовещании, уменьшавшими долю русского языка в общем объеме вещания.

Следует заметить, что И.Додон, известный своими противоречивыми заявлениями и ранее, не избежал этого и на этот раз. Выступая на одной из передач на Молдова 1, И.Додон «проговорился»: «Если нам удастся прийти к власти в результате досрочных выборов, то пересмотрим некоторые положения Соглашения об ассоциации» (с ЕС). Такая позиция не просто противоречит программе самой ПСРМ. Так как «пересмотреть некоторые положения» и «расторгнуть» сей документ, о чем ранее говорил И.Додон - это совершенно разные вещи, то надо полагать, что он сделал это заявление преднамеренно, чтобы сигнализировать западным представительствам в Молдове – ПСРМ вовсе не так радикальна, как порой заявляет, и с ней можно иметь дело. (Но после того, как его заявление растиражировали российские СМИ, уже 28 сентября И.Додон вновь вернулся к прежней формулировке).

По признанию самого И.Додона, не решилось руководство ПСРМ настаивать во время протестов и на другом своем лозунге, который продолжает оставаться в программе партии – о необходимости интеграции Молдовы в ЕврАЗЭС. Оно понимало, что такое требование сразу же оттолкнет как представителей Платформы, и остальных сторонников прозападного выбора страны, так и тех в стране, кто пока не сделал осознанного выбора в пользу одной из сторон, и социальная база протестов заметно сузится.

Некоторые утверждения И.Додона вообще не имеют ничего общего с действительностью и звучат только для убеждения собственных избирателей. Он, в частности, сказал, что «если бы избиратели знали, что из финансово-банковской системы были украдены миллиарды, поверьте, эти партии (ЛДПМ, ДПМ, ЛП) не получили бы большинство. Если бы избиратели знали, что Гимпу и Киртоакэ, после выборов пойдут на коалицию с Плахотнюком, поверьте, Киртоакэ бы не занимал сейчас кресло генерального примара Кишинева». Однако это вовсе не так. Во-первых, потому, что к моменту местных выборов уже все избиратели прекрасно знали о хищении миллиардов из банковской системы. Однако большинство получили именно ЛДПМ, ДПМ и ЛП. А не ПСРМ, которая яростно их критиковала. А во-вторых, «избиратели Гимпу и Киртоакэ», то есть сторонники либералов, все годы своего существования выступали именно за коалицию с ДПМ и ЛДПМ, и никогда не делали из этого никакого секрета, много раз выражали эти свои надежды и в СМИ. В чем И.Додон легко мог бы удостовериться, если бы больше беседовал со сторонниками либералов, а не занимался напрасным самообманом.

Р.Усатый идет несколько дальше. Если И.Додон даже не возражает против того, чтобы его называли «рукой Кремля» и пророссийской силой - дескать, Ваше дело, господа из СМИ, как хотите, так и именуйте, мне все равно, то Р.Усатый категорически не желает, или, согласно его же словам, «сожалеет» что его партию называют пророссийской, хотя и «разделяет идеи господина Додона». Так как тоже может лишиться из-за этого значительной части своих избирателей, привлеченных «промолдавскими» патриотическими лозунгами НП. Сам он сказал об этом так: «Неправильно меня называть пророссийским. Я промолдавский. Если мы будем избраны в парламент, то пересмотрим некоторые положения Соглашения об ассоциации».

На протяжении нескольких месяцев, начиная примерно с апреля-мая и почти до самого 22 сентября, на которое они наметили дату собственных протестов, лидеры социалистов во главе с И.Додоном питали надежду, что им все-таки удастся провести совместные акции вместе с Платформой, предлагали ее лидерам не идти ни на какие компромиссы с властями, чтобы те их не подкупили и публично об этом высказывались. Так поступил И.Додон, комментируя митинг Платформы 3 мая, обронив очень примечательную фразу, показывающую, на что надеялись в то время в ПСРМ: «Социалисты слева, вы – справа, вместе возьмем олигархов в тиски и раздавим их, освободив, тем самым, Молдову». Надежду на такие совместные действия им придавало двойственное поведение лидеров Платформы «ДА», которые, утверждая, что являются «проевропейцами», тем не менее долгое время избегали нападок на социалистов, хотя те преследовали диаметрально противоположные, прямо противоречащие их собственным, цели. Лидеры ПСРМ вступили в переговоры с правой оппозицией, надеясь добиться создания уже в октябре создания единой оппозиционной платформы без партийных флагов, которая будет иметь всего лишь одну цель: отставка олигархов и досрочные парламентские выборы. Пытаясь привлечь Платформу на свою сторону, ПСРМ, в частности, приводила довод о том, что «защищала на заседаниях парламентских комиссий Jurnal TV, который хотели закрыть олигархи Плахотнюк и Филат». По словам И.Додона «изначально некоторые представители платформы DA соглашались, говорили, что это правильно. Но потом мы увидели, что они сделали крен в сторону геополитики. Возможно, сработала принципиальная, радикальная позиция некоторых представителей этой платформы, либо тех, кто дергает их за ниточки, из-за кулис».

Действительно, за несколько дней до 22 сентября руководство Платформы сделало поворот и определенно дало понять ПСРМ и всему обществу, что выступать вместе с ПСРМ не намерена, будет бойкотировать ее протесты и всячески мешать им (попытка помешать, по словам И.Додона и сообщениям некоторых СМИ, действительно произошла в ночь на 27 сентября, но «слаженными усилиями дружинников городка и представителей полиции попытки провокации были пресечены»). Тогда ПСРМ быстро договорилась о совместных действиях с лидером «Нашей партии» Р.Усатым, которому как раз нужен «политический громоотвод», чтобы отвлечь внимание страны от его пока что неудачного примарства в Бэлць. «Громоотводом» для него стали протесты против действующей власти. О начале этих совместных действий И.Додон объявил на своей пресс-конференции 21 сентября, сообщив также, что дата начала совместных протестов переносится на 27 сентября. Эти протесты, по словам Додона, пройдут «без партийных флагов и лозунгов, и будут носить бессрочный характер, в том числе с установлением палаток перед зданием Парламента РМ». Он пригрозил властям, чтобы те не вздумали мешать, иначе оппозиция соберет со всех концов страны трактора и другую сельхозтехнику и направится с ней в Кишинев. Более нервно повел себя эпатажный лидер НП Р.Усатый, который зачем-то решил ответить своим оппонентам: «тем, кто льет на нас грязь, обвиняет нас в краже миллиарда и в том, что мы люди Плахотнюка и являемся пятой колонной, я советую пройти лечение в Костюженах и предоставить народу сертификат о том, что с головой у них в порядке».

Учитывая угрозы со стороны Платформы, «зарезервировавшую, с согласия властей, за собой центральную площадь на несколько месяцев вперед», которую И.Додон счел направляемой лидером ЛДПМ В.Филатом, действовать ПСРМ начала, не дожидаясь назначенной ею же даты. Уже 24 сентября несколько десятков палаток социалистов и сторонников НП появились перед зданием Парламента страны, а затем их число стало расти, превысив, по данным ПСРМ, число 600 (первоначально организаторы протестов предполагали, что их число достигнет 1000). Некоторые молдавские СМИ утверждали, ссылаясь на экс-депутата П.Влаха, что протесты левых оплачиваются по таксе 150 лей за ночь, но конкретных фактов не привели. «Спешка» была вызвана также заявлением Платформы о том, что ее представители намерены первыми разместиться перед зданием Парламента, чтобы опередить социалистов. Палаточный городок, получивший название «Городок Победы», быстро оброс необходимой инфраструктурой – собственной кухней, библиотекой, кинотеатром и т.д. Под впечатлением от этих успехов И.Додон заявил, что следующей властью в Молдове будет левоцентристская, и в нее войдут ПСРМ и НП, которые будут существовать как две самостоятельные партии. Однако в этом же интервью он сделал новую уступку – предположил, что досрочные выборы должны состояться «самое позднее в АВГУСТЕ 2016 года». Между тем после выборов 2014 г. он сначала надеялся на проведение таких выборов весной или летом 2015 г., а в последнее время предполагал, что они состоятся весной 2016 г.

«Обжившись» на новом месте, ПСРМ и НП, в преддверии нового митинга, первоначально намеченного на 4 октября, решили перейти к следующему этапу наступления на власть. Они пикетировали загородную резиденцию Президента Н.Тимофти в Кондрице, выдвинув ему ультимативное требование уйти в отставку в срок до вечера 2 октября, иначе ПСРМ и «Наша партия» приступят к «плану Б». Когда Н.Тимофти отказался это сделать – в час ночи 3 октября сторонники оппозиции заблокировали главную магистраль Кишинева – бульвар Штефана чел Маре. Позднее они пообещали, что эта блокада продлится до понедельника, 5 октября, но, испугавшись «провокаций», уже утром 4 октября освободили проезжую часть улицы. Второй причиной внезапного отказа от блокады центрального проспекта столицы можно, по-видимому, считать угрозу введения чрезвычайного положения в стране в случае, если такие действия оппозиции будут продолжаться, с последующим силовым разгоном протестующих, теперь уже на основании введенного ЧП. О такой перспективе оппозицию предупредил лидер ЛП М.Гимпу. Хотя еще 28 сентября И.Додон несколько хвастливо заявил, что «Киртоакэ может взять Гимпу за ручку и прийти и рискнуть убрать палатки, если он такой умный и говорит, что это незаконно», однако, как показывают его действия 4 октября, лидер ПСРМ прекрасно понимает, ГДЕ он имеет оговоренное законом право протестовать, а где - в любой момент может вступить в силу закон. Нельзя не обратить внимания на то, что представители ПСРМ, поясняя, почему им пришлось разблокировать проезжую часть центрального проспекта, всячески избегают упоминать о предупреждении Гимпу, чтобы не получилось, что они его испугались, и уверяют, что они не хотели столкновений с Платформой. Это, однако, звучит совершенно несерьезно. Зачем же тогда Додон уверял, что блокирование улицы продлится до УТРА ПОНЕДЕЛЬНИКА (то есть вовремя и после митинга)? Следовательно, митинга Платформы ПСРМ вовсе не опасалась. А испугалась именно угрозы чрезвычайного положения, в случае введения которого в центре города, вообще не осталось бы ни одной палатки протестующих. Р.Усатый также получил предупреждение от полиции – против него были начаты профилактические мероприятия с привлечением СИБ и Генпрокуратуры.

И.Додон также заявил, что днем 3 октября общественности будет представлен упомянутый «план Б». По неизвестным причинам он это обещание не сдержал, а дату следующего митинга вместе с Усатым перенес, во избежание неурядиц с Платформой, наметившей свой митинг тоже на 4 октября, на другой день. «От себя лично» Р.Усатый потребовал изменения Конституции, чтобы он мог баллотироваться на пост Президента, на который пока не может претендовать по возрасту (ему нет требуемых 40 лет). Вместо «плана Б» было сообщено, что 4 октября социалисты потребуют созыва чрезвычайного заседания Парламента для обсуждения их требований, а затем приступят к осуществлению новых протестных мероприятий (в чем они заключались, пока осталось неизвестным). ПСРМ и НП также пригрозили, в случае отказа Н. Тимофти уйти в отставку, блокировать национальные автотрассы. (Заседание такое состоялось, но только с участием самих социалистов и ни к каким последствиям не привело).

Воодушевленные этими протестами, И.Додон и другие представители молдавских левых (например, И.Тулянцев) сообщили в СМИ, в том числе в российские, о том, что если И. Додон и Р. Усатый «все сделают правильно», то до падения нынешней власти осталось ждать не более чем неделю-две, то есть максимум в течение октября. Обещание «не подвести» дал в социальных сетях российскому депутату О. Пахолкову (фракция «Справедливая Россия») и сам И. Додон. (Со своей стороны, опасаясь, что предстоящие события в Кишиневе вовлекут немало жителей Левобережья, что позволит молдавским властям обвинить Приднестровье в соучастии в подготовке массовых беспорядков, КГБ Приднестровья не рекомендовал им ездить в этот период в Кишинев). Таковы основные требования и надежды сегодняшней молдавской оппозиции.

Как видим, несмотря на различные геополитические пристрастия, у правой и левой молдавской оппозиции есть ряд общих черт. Это требования привлечь к ответственности и наказать виновников хищения миллиарда, добиться отставки всех ветвей действующей власти и проведения досрочных парламентских выборов, а также прямых всенародных выборов Президента страны. Практически все эти требования – сугубо политические. Обе оппозиции явно «задвигают» на задний план социально-экономические требования, которые сначала были катализатором протестов, сознавая, что в условиях Молдовы (в отличие, скажем, от Армении) они не станут «знаменем», под которыми оппозиции удастся надолго объединиться и привлечь большие массы народа.

В то же время есть ряд серьезных различий, которые нельзя обойти вниманием. Платформа «ДА» не располагает «теневым кабинетом» будущих управленцев, которые в случае прихода к власти, могли бы заместить собой нынешнюю коалицию. Значительная часть ее лидеров не имеет никакого опыта работы на государственной службе, а у тех из них, у кого он все же имеется (как, например, В.Долганюк) итоги их работы на этих постах вызывают серьезные сомнения в том, что они были бы в состоянии грамотно, оперативно и с прицелом на перспективу управлять государством. Нет и какой-либо альтернативной политической и социально-экономической программы, которую можно было бы предложить своим сторонникам – как на период борьбы за власть, так и, тем паче, после взятия ее в свои руки. Хотя необходимость создания «теневого правительства» лидеры Платформы, как мы уже упоминали, в конце концов поняли, но до сих пор никаких конкретных кандидатур ни на какие посты в стране они не представили. Поэтому остается совершенно неясным, кем именно они собираются заменять нынешнее Правительство и руководителей ряда других госучреждений и как намерены править страной. Что совершенно недопустимо для политформирования, которое утверждает, что претендует на власть в государстве.

ПСРМ, напротив, располагает конкретной программой действий в социально-экономической и политической областях, как на период пребывания в оппозиции, так и во власти. Есть у нее и кадровый корпус профессиональных управленцев, перетекших в нее из ПКРМ, сложившихся в этом качестве в 1990-е-2000-ные годы, а подчас даже с опытом работы еще в советских руководящих органах (как, например, В.Цуркан или А.Негуца).

Такие же принципиальные различия присутствуют у обеих оппозиций и по другим вопросам. Во-первых, если в отношении финансирования протестов ПСРМ и НП ситуация более-менее ясна – оно осуществляется за счет доходов от бизнеса самого И.Додона и поддерживающих его предпринимателей, в том числе за пределами Молдовы, а также, предположительно, российских «вливаний» (пока документально не подтвержденных), то личности тех, кто и как финансирует Платформу (нельзя же считать серьезным финансированием сбор средств прямо на площади у протестующих) до сих пор покрыты мраком и никаких достоверных сведений об этом до сих пор не появлялось. (По версии некоторых российских и молдавских аналитиков и блоггеров, финансирование Платформы осуществляет из Германии беглые предприниматели Виктор Цопа и Виорел Цопа, однако документальных, устных деклараций лиц, которые с этим предположительно связаны, и прочих свидетельств этого сегодня нет).

Во-вторых, несопоставимы левые и правые оппозиционеры по части координации своих действий. Хаотичные, декларативные, подчас прямо противоречащие друг другу заявления у правых и четкая координация дальнейших действий – у левых.

В-третьих, совершенно ничего общего между ними нет и в плане лидеров. Никто из деятелей Платформы не зарекомендовал себя как известный в стране политический деятель, харизматический лидер, за которым смогли бы пойти огромные массы протестующих. Весь их авторитет, в сущности, держится на народном недовольстве властью. Зато такие есть в левом лагере – в лице И.Додона и Р.Усатого. По крайней мере до тех пор, пока не станут ясны конкретные результаты управления выдвиженцами ПСРМ и НП «своими» населенными пунктами, которые перешли в их руки по итогам местных выборов, и в частности – Р.Усатым в Бэлць. В отношении последнего у горожан уже накопилось так много вопросов, что им даже пришлось организовать собственный палаточный городок с требованием его отставки и рисунками, изображающими его за решеткой (Р.Усатый немедленно назвал его жителей «палаточниками Кавкалюка», посулил, что они «ответят перед законом» и призвал «истинных жителей Бельц» «не вступать с ними в полемику». Впрочем, самому Р.Усатому такая полемика позволительна – он ведь не «истинный житель Бельц», а родом из Фэлешт).

Поэтому сопоставление обеих оппозиций по множеству вопросов попросту невозможно. В силу этого можно сделать вывод, что и цели, которые ставились перед ними в момент создания, также были весьма различающимися. Целью ПСРМ было и является достижение досрочных выборов, на которых они при открытой поддержке РФ рассчитывают добиться успеха, пусть и вместе с НП, аннулировать соглашение об Ассоциации с ЕС, «открутить» время назад и сначала провести по этому поводу общенациональный референдум (хотя нигде в странах, подписавших аналогичное соглашение с ЕС, подобных референдумов не проводилось. Они осуществлялись перед ВСТУПЛЕНИЕМ в ЕС, но это – совершенно другой, гораздо более глубокий этап взаимоотношений какой-либо страны с ЕС), добиться на нем отрицательного мнения граждан и развернуть страну (хотя бы обещаниями) на «евразийский» путь, Цели Платформы были совсем иными: объединить существенно пошатнувшийся в последние годы в стране электорат прозападных, проевропейских сил, и вынудить власти более последовательно идти по европейскому пути развития страны.

История политической борьбы в разных странах мира показывает, что в случае организации продолжительных по времени протестов соблюдаются несколько главных условий: 1) протестующим уже на начальном этапе предлагаются более или менее подробная программа действий и признанный лидер, известный в стране и способный объединить всех несогласных с властью, 2) такой лидер некоторое время находится в тени и через некоторое время, подчас продолжительное, выдвигается на передний план. Наконец, третий, реже встречающийся, но, тем не менее, тоже хорошо известный в истории вариант – массовые протесты, организуемые каким-то политформированием, играют лишь роль ширмы, за которой до поры до времени готовятся к выходу на сцену новые политические деятели, подчас слабо или вовсе не связанные с политической структурой – организатором протестов. Эти политические деятели со своей командой (которая потом нередко обретает черты самостоятельного политформирования – о такой перспективе уже упоминал Р.Усатый) затем и приходят к власти, отодвигая организаторов на второй или третий план и более или менее существенно обновляя управленческую элиту страны. В случае Молдовы мы явно имеем дело с последним вариантом. Его цель – в приводе в недалеком будущем к власти в Молдове такой фигуры, которая лично не была бы вовлечена в коррупционные схемы, имела бы прочные связи на Западе, а авторитет команды основывался на популярности лидера. Такая фигура Платформой уже была представлена – экс-министр образования М.Санду, у которой есть многолетний опыт учебы и работы за рубежом, в том числе на ответственном посту в США (учеба в Гарвардском институте государственного управления им.Д.Кеннеди (США), который она окончила в 2010 г., советник исполнительного директора ВБ в 2009-2012 гг.) (вопрос о «иностранном следе» мы подробно рассмотрим ниже).

Наличие нескольких единых требований по принципиальным вопросам у прозападной и пророссийской оппозиций (которые, казалось бы, должны иметь диаметрально противоположные цели) в Молдове породило закономерное предположение о существовании у них и единого координационного центра управления. На этот вопрос мы должны ответить отрицательно. По нескольким причинам.

Во-первых, потому, что требования отставки высшего руководства страны и проведения досрочных выборов понимаются лидерами обеих оппозиций по-разному. Деятели Платформы надеются, что осуществление обеих мер приведет к обновлению политической элиты, которая тоже останется прозападной, но более последовательной и целеустремленной, менее погрязшей в коррупции и пользующейся большим доверием населения. Лидеры ПСРМ, напротив, видят в досрочных выборах, за которые они ратуют с момента проведения парламентских выборов 2014 г., кратчайший путь для собственного прихода к власти, в которой, разумеется, не может быть места ни для кого из «платформовцев» ввиду идеологических разногласий, улучшения отношений с Россией и пересмотра либо отмены действующих соглашений об ассоциации и свободной торговле Молдовы с ЕС (что является принципиальным требованием российских «партнеров» ПСРМ, но зато абсолютно неприемлемо для США и ЕС).

Во-вторых, потому, что целью создания Платформы являлось спасение прозападного выбора Молдовы (пусть даже так, как его понимают ее лидеры) и перехват «протестной» инициативы у левых. Поскольку требования наказания виновников хищения «золотого миллиарда», отставки власти и проведения досрочных выборов распространены не только у сторонников левых, но и у правых в Молдове, то эти требования совпали у них и во время протестов. Однако цели обеих сил, повторим, являются абсолютно разными. Целью Платформы в данном случае является мягкое «расшатывание» позиций правящей коалиции, которое не должно привести к победе левых, а к обновлению прозападной элиты с согласия самого Запада, представители которого многократно высказывали недовольство действиями молдавского руководства. Что это так, показывает появившаяся и все более ужесточающаяся критика ПСРМ и НП со стороны лидеров Платформы. При необходимости, для удара по левым, будут использоваться методы давления на обе левые партии: на И.Додона – ввиду существующих обвинений в том, что ПСРМ финансируется И.Шором и особенно В.Платоном, что И.Додон не за бесплатно поддерживает экспорт продукции некоторых агрофирм в Россию, что его собственный бизнес также носит «экспортный» характер, а потому может быть легко взят под контроль властями, что среди самих ведущих деятелей ПСРМ много довольно успешных бизнесменов, и это никак не способствует формированию имиджа «народной» партии и т.д; и на Р.Усатого – в силу его довольно неясного прошлого в бизнесе Молдовы и России, о котором ходят самые нелицеприятные для самого Р.Усатого сведения. Это не осталось незамеченным молдавскими аналитиками. Так, К.Чуря высказался о Р.Усатом следующим образом: «Ренато Усатый олицетворяет собой преступный мир, хотя я не говорю, что он является его частью».

В-третьих, очевидно, что власти относятся к обеим оппозициям совершенно по-разному, и те, понимая это, тоже ведут себя очень разным образом. Если представители Платформы требовали и добились встреч с руководством страны, представители которого (В.Стрелец) заявили, что поддерживают многие из требований, протестующих и готовы их обсуждать и выполнять, то левая оппозиция таких встреч не требовала, а власти не собирались принимать в расчет никакие ее требования и не предлагали ей диалог. И если поначалу примар столицы Д.Киртоакэ сгоряча пригрозил Платформе «ДА» возможностью суда, то в дальнейшем и он, и тем паче другие воздерживались от таких угроз и старались вести себя по возможности более примирительно. В отношении левой оппозиции мы и здесь наблюдаем совершенно иное отношение. Левоэкстремистская группировка Г.Петренко была отправлена в камеру, где, по-видимому, задержится до конца протестов, чтобы не провоцировать остальных протестующих, а в ответ на блокирование проезжей части бул.Штефана чел Маре социалистами лидер ЛП М.Гимпу сразу пригрозил введением чрезвычайного положения (ничего подобного не делал никто из представителей власти в отношении каких бы то ни было требований Платформы ДА).

В силу этого, как мы полагаем, нет оснований для вывода о наличии у Додона с Усатым с одной стороны, и деятелей Платформы – с другой – ЕДИНОГО координирующего центра. Этих центров, как минимум, два, находятся они в совершенно разных странах и преследуют противоположные цели. И об этом мы тоже скажем ниже на страницах настоящего материала.

II.

Реакция властей страны на создавшуюся ситуацию была достаточно спокойной. Из всего набора требований, что выставили молдавскому руководству правая и левая оппозиции, было выполнено всего полтора требования: причем далеко не самых принципиальных: публикация отчета компании «Kroll» (но это было еще в начале мая) и отставка Губернатора Национального Банка Д.Дрэгуцану, которая, однако, до сих пор не принята Парламентом, поэтому он исполняет свои обязанности и сегодня. Вопреки утверждениям как правой, так и левой оппозиции, которые в унисон утверждают, что «власти боятся», «растерялись», «в панике отступают» и т.д., если отбросить словесную шелуху и принять во внимание, что эти заявления делались для подбадривания собственных сторонников на митингах, то в действительности никакого «отступления» и «растерянности» власти страны не демонстрируют. Несмотря на естественные расхождения во взглядах партий, представляющих коалицию, что временами выливается в довольно серьезные выпады в адрес друг друга, у них нет разногласий относительно того, как следует реагировать на требования протестующих, а порой некоторые представители АЕИ-3 и вовсе откровенно издеваются над ними.

25 сентября М.Гимпу по-хозяйски явился в палаточный городок ПСРМ и НП, чтобы «лично посчитать количество палаток и убедиться, что в них есть люди». Прогулявшись по городку, сделав там селфи с Р.Усатым и оценив общую ситуацию, М.Гимпу ушел. Никаких сведений о том, что он там хотя бы намекал на возможность уступок со стороны властей, до сих пор нет, если не считать ничем не подтвержденных заявлений депутата от ПСРМ Г.Новака «Гимпу подает в отставку первым. Мы его поймали» и лидера НП Р.Усатого «Обсудили выход еще одного депутата из альянса».

Отрицательно отнеслись к требованиям масштабных отставок и досрочных выборов В.Филат и В.Плахотнюк. Лидер ЛДПМ сообщил в одном из интервью, что понимает протестующих, которые вышли на улицы. «Проблемы существуют, и нам нужно их решать, вне зависимости от того, выходят люди на улицы или нет». Однако добавил: «Вместе с тем я никогда не пойму тех, кто пытается получить политическую выгоду посредством протестов». Признав «очевидный имиджевый кризис» проевропейских партий (а также существующую из-за этого возможность легкой победы левых партий на досрочных выборах и обязательное изменение политического вектора страны после них), В.Филат не стал разъяснять причин этого, сказав, что если раскроет скобки, то «вся молдавская политика взлетит на воздух».

В.Плахотнюк, который также дал одно из немногих своих интервью молдавским СМИ, согласился с реформой ряда госучреждений «в том числе с вариантом некоторых отставок, но после необходимой оценки». Он тоже счел «несвоевременным» требование о досрочных выборах, так как это на данном этапе «рискованно и безответственно». «Не поддерживаю требование об отставке президента Николае Тимофти, так как его мандат истекает через несколько месяцев. Поддерживаю в общем идею о всенародном избрании президента. Не поддерживаю требование об отставке правительства. Напротив, оно должно быть усилено и поддержано», сказал Плахотнюк.

Сходную позицию занял председатель Конституционного Суда А.Тэнасе, некогда представитель ЛДПМ, а впоследствии склонившийся на сторону ДПМ (о чем можно было судить и по изменившейся политической ориентации его покойного отца, экс-депутата и журналиста К.Тэнасе, газета которого, «Timpul», по мере сближения Тэнасе-младшего с ДПМ обретала все более «демократические» оттенки): «Отставки…или аресты ничего не решат. Нужно изменить систему так, чтобы была внутрипартийная демократия, где решения будут приниматься партийными органами, а не по цветам. Нам нужен такой парламент, чтобы у депутатов был свой голос, а не только голос «шефа» за спиной. Только такие реформы могут привести к другому качеству правления, а также и к исчезновению коррупции».

А.Канду сделал одному из лидеров Платформы И.Боцану конкретное предложение – войти в комиссию, которая организует конкурс по выборам Губернатора НБМ.

Наконец, 1 октября была предана гласности официальная декларация лидеров партий, входящих в правящую коалицию – В.Филата, М.Лупу и М.Гимпу. Все трое подтвердили, что будут следовать ранее взятым на себя политическим обязательствам, отвергли попытки расколоть парламентское большинство, которое они представляют, отклонили требование досрочных выборов, выразили поддержку Правительству и Президенту. Для ухода последнего, подчеркивалось в декларации, «на данный момент нет ни единого законного или конституционного повода». С официальным заявлением выступил и Президент Н.Тимофти, который потребовал срочных мер по выявлению виновных в банковском кризисе, их наказания, а также конкретных действий по деполитизации государственных структур. Он призвал депутатов собраться на экстренное заседание парламента для предметного обсуждения ситуации в стране и выработки плана действий.

К проявлениям разногласий среди правящих партий следует отнести, например, разные позиции Премьер-министра В.Стрельца и Председателя Парламента А.Канду в отношении визита миссии МВФ в Молдову. В.Стрелец еще в августе выдвинул требование отставки Губернатора Национального Банка Д.Дрэгуцану, пояснив его тем, что «Нацбанк не усердно выполнял свои обязанности, что он не использовал инструменты, которые были в его распоряжении» и «не справился с ситуацией в банковской сфере, несмотря на то, что имел для этого все необходимые рычаги», в результате чего «ущерб, нанесенный государству в результате подобного отношения НБМ, невозможно оценить». Этим В.Стрелец «вступил в открытую конфронтацию с НБМ», как выразился А.Канду. По мнению А.Канду, именно из-за этих «популистских и безответственных» требований В.Стрельца Молдове не удалось подписать кредитное соглашение с МВФ, так как Д.Дрэгуцану объявил об отставке как раз, когда миссия МВФ «уже садилась в самолет», чтобы лететь в Кишинев. В другом своем заявлении А.Канду сообщил, что может и сам уйти в отставку: «Если моя отставка является барьером для развития страны, то я готов уйти как можно быстрее», однако отметил, что досрочные выборы не пойдут на пользу стране. «Результат доверия населения к Партии социалистов виден по итогам местных выборов. Господину Додону лучше вынести политические уроки и ответить на вопросы, сколько он находится в Молдове и сколько в Москве, а также, чьи интересы он представляет», заключил Канду. (И.Додон не оставил эти слова без внимания и предложил самому Канду уйти в отставку вместе с Президентом Н.Тимофти, пообещав также, что будет ездить в Москву «столько раз, сколько будет необходимо, чтобы спасти экономику Молдовы, чтобы помочь молдаванам и в общем, чтобы не позволить некоторым, таким, как Адриан Канду, перенести столицу нашей страны в Бухарест»).

Критические замечания в адрес друг друга высказывали представители Альянса и в некоторых других случаях. Так, депутат ЛДПМ М.Чобану порекомендовала министру образования от ЛП К.Фусу уйти в отставку, иначе ей «грозит остаться в истории образования в качестве министра, который все запутал» (ранее, начиная с 2009 г. пост министра образования принадлежал ЛДПМ, и только в июле 2015 г. был уступлен ею в пользу ЛП).

Определенные противоречия между партиями коалиции не привели, однако, на этом этапе к ее развалу. Появились симптомы того, что в перспективе АЕИ-3 может даже расшириться. Мы имеем в виду заявления лидера ПКРМ В.Воронина о возможном слиянии его партии с ДПМ, косвенно подтвержденные затем депутатом от ПКРМ О.Рейдманом: «В жизни никогда не говори «никогда» и ничего не происходит просто так!». В ДПМ высказывания В.Воронина восприняли «положительно» и расценивают их как «начало диалога». Почетный Председатель ДПМ Д.Дьяков предложил В.Воронину «подставить плечо для спасения Молдовы». Больше того, А.Канду сообщил, что хотя вариант слияния с ПКРМ в ДПМ «не рассматривался», но он «возможен». В этой связи нельзя не сказать о том, что представители руководства ДПМ давно преследуют цель ликвидации ПКРМ путем слияния ее с ДПМ, и высказываются об этом в приватных беседах. После вышеприведенных признаний становится ясно, что эта цель в настоящее время значительно приблизилась к своему осуществлению.

III.

Сторонники обеих оппозиций, присутствующих в центре города, существенно различаются по своему настрою и идеологическому единству, причем различия эти присутствуют как у левой, так и у правой оппозиции.

Левая оппозиция представлены сторонниками социалистов, экс-коммунистами, которые затем разочаровались в ПКРМ и появились в лагере социалистов, так и представителями других левых, поддерживающих их действия, причем как «умеренными», стремящимися действовать в рамках действующего законодательства, так и «экстремистами», для которых закон вообще не представляет никакого значения, особенно если он молдавский. Потому что к Молдове, несмотря на показную «любовь» к нашей стране, все они относятся, за небольшим исключением, как к временному государству, случайно возникшему на карте мира после распада СССР, и дело времени и их, протестующих – эту «ошибку» исправить, вернув нашу страну в «союз с братской Россией». Этот лагерь более идеологизирован, чем противостоящий ему, так как теоретической основой ему служат не только принципы «пролетарского интернационализма», которыми они прикрываются в своих утверждениях (образец: «здесь собрались представители всех национальностей, населяющих нашу страну. Молдаване, русские, украинцы, гагаузы, болгары и другие едины в своем стремлении скинуть эту бандитскую власть»), но и более современные принципы ненависти к сторонникам прозападного выбора, которых они чаще всего без различий именуют унионистами, даже в том случае, если оппонент вообще «на дух» не переваривает идею «великого объединения» (в этом пришлось убедиться лично и автору этих строк, впрочем, уже не впервые). Термин «унионист» стал у них «собирательным» для всех, кто не с ними, кто выступает с других позиций, или, что еще хуже, обосновывает свою позицию историческими и другими аргументами, а «идеологическим водоразделом» сделалось отношение к советскому прошлому, России и Путину. Разделение людей именно по этому принципу уже четверть века с завидным постоянством проводят в жизнь российские СМИ, и протестующие в этом лагере успешно его восприняли. Сказывается и то обстоятельство, что основная часть протестующих этого лагеря в основном молодые люди, у которых еще присутствует «революционный» запал призывов и которые еще верят в то, о чем говорят, тем более, что сами советское прошлое не слишком помнят по возрасту. В то же время, как и во всех подобных случаях, среди протестующих много обычных зевак, которым все равно, что кричать и кого ругать, их увлекает сам протест как таковой. Поэтому журналисты молдавских СМИ порой сталкивались с такими «протестующими», которые даже не знали должностей тех, против кого они выступают, и кто такие те люди, ухода которых они вроде бы хотят. Митинги протеста, организованные социалистами в центре Кишинева, собирали еще более разношерстную публику, недовольную прежде всего тяжелым социально-экономическим положением, нехваткой денег на бытовые нужды, высокими коммунальными платежами и т.д. Но эта часть собравшихся отличается в нашей стране большим «идеологическим конформизмом», они чаще всего могут собраться только на митинги, но их невозможно убедить остаться протестовать на площади. Кроме того, они и собираться могут под знамена любой партии, которая будет провозглашать лозунги, которые они разделяют. Вчера это были коммунисты, сегодня ПСРМ и НП, завтра кто угодно еще.

Поскольку непрерывно протестовать тоже невозможно, то время от времени организуются концерты, турниры по шахматам и т.д (нечто похожее устраивается и в лагере Платформы). Сходство и в том, что в обоих лагерях неизвестные «обнаруживали бомбы», которые при проверке оказывались выдумкой сообщавших. Лидер НП Р.Усатый решил самостоятельно «развить» эту идею и заявил молдавским СМИ, что полиция якобы подготовила «200 бутылок с коктейлем Молотова» и закупила палатки, сходные по цвету с палатками протестующих. Подтверждений этой информации в молдавских и иностранных СМИ до сих пор нет.

Сторонники Платформы ДА не менее, и даже более разнородны, чем их политические оппоненты. Среди них есть нынешние или уже бывшие сторонники всех трех партий правящей коалиции, есть небольшая группа унионистов, есть «беспартийные прозападники», которые поддерживают прозападный курс независимо от того, какая коалиция партий или конкретная партия правит страной. Как и среди левых, много недовольных социально-экономическим курсом руководства страны.

Сравнительно новым явлением для Молдовы стало присутствие на митингах немалого количества гастарбайтеров, вернувшихся на Родину из разных стран. Правда, те из них, кто был на митингах Платформы, в основном прибыли из стран Запада. Они уже относительно хорошо знают порядки, быт и некоторые законы, существующие в европейских государствах, поэтому могли бы стать источником полезнейшей информации для молдавских СМИ о Европе. Причем часто информации такого рода, какую трудно было бы сыскать в европейских СМИ. Однако наша правая пресса уделяет этой теме крайне недостаточно внимания, а левая, почти целиком русскоязычная, намеренно игнорирует (за редчайшими исключениями), так как в ее интересы не входит пропагандировать образ жизни в странах, которые являются, в сущности, альтернативой, любимой ими России. В результате жители Молдовы остаются практически в неведении относительно европейских порядков и тех европейских реалий, к которым нас на словах зовут, по меньшей мере, в последние 6 лет, правящие коалиции. Основной враг сторонников Платформы – это нынешний вице-председатель ДПМ В.Плахотнюк, который, по их мнению, контролирует все и вся в Молдове, а также в меньшей мере лидер ЛДПМ В.Филат и другие представители власти. Конкретного «идеологического» наполнения сторонники Платформы, в отличие от левых, не имеют, и потому у них нет представления о том, как должно развиваться государство после падения действующей власти, если этого удастся достигнуть. Чаще всего это просто сторонники Запада, считающими, что новая прозападная власть значительно лучше нынешней продолжит ориентацию на ЕС.

Среди тех, кто не появляется на площади, также много недовольных правлением АЕИ-3. Это самая многочисленная и самая разноликая по своему социальному и политическому составу часть населения. Эта часть населения не доверяет коалиционной форме правления и склоняется скорее к единоначалию, в лице Президента, Премьер-Министра или кого угодно другого, но олицетворяющую принцип единой и твердой власти. К коллективному правлению они относятся негативно в силу наличия многих центров власти, из-за чего невозможно установить виновного в тех или иных бедах страны. В политическом плане среди них есть представители абсолютно всех партий и движений, существующих в стране, но они представляют собой пассивную часть их электората. Их симпатии можно завоевать либо решительными политическими действиями и разгромом, и устранением оппонентов, либо видимыми успехами в социально-экономической сфере. А пока нет ни того, ни другого, у них постепенно снижается авторитет власти и всех ее институтов, и они представляют собой источник пополнения протестного электората в Молдове. Но их основная масса состоит из тех, кто выжидает, на чью сторону склонится победа, и когда это станет ясно, привычно ее поддержат. Это «политическое болото» остается проблемой для всех властей Молдовы, начиная с 1990-1991 гг., и пока ни одна из них не смогла найти способ решения этой сложнейшей задачи.

IV.

Вопрос о том, есть ли в создавшейся в Молдове ситуации заграничные игроки, много раз обсуждался в молдавских СМИ, но выводы из этого делались, исходя из политической ориентации данного издания: если оно было пророссийским – то во всем обвиняли Запад, если прозападное – то во всем обвиняли Россию. Действительность, однако, сложнее столь одномерного подхода к вопросу. Поскольку о роли Запада в нашей политике чаще всего говорят либо невнятно (его сторонники), либо предвзято (его противники), то попытаемся осветить этот вопрос подробно.

Было бы непростительной ошибкой считать, будто в нашем мире, где все определяют сильнейшие государства планеты, Молдова является неким «счастливым исключением», мы, якобы из-за небольших размеров никого не интересуем, а если и интересуем, то, дескать, лишь как какое-то ничтожное государство где-то на окраине Балкан, от которого ничего не зависит, которое непонятно как появилось, которое само не знает, чего хочет и куда идет, у которого смутное настоящее и у которого, разумеется, будущее может быть только самым кошмарным (именно такую версию нам усиленно стараются внушить ряд молдавских СМИ, как румыноязычных, так и, в еще большей мере, русскоязычных).

Это далеко не так. А если быть откровенным до конца – совсем не так. Находящаяся на юго-западной окраине бывшего СССР Молдова стала пограничным государством и в культурно-цивилизационном плане. Здесь в течение всего 20 века шла ожесточенная борьба за влияние между западным миром, который долго олицетворяла собой Румыния, и ориентированного отчасти на нее и частично – вообще на Запад значительного количества представителей молдавской культурной и политической элиты, и российским/советским миром, который в течение всего этого времени представляла здесь русскоязычная интеллигенция, представители партийного и советского аппарата, управленцы разных уровней. Вдобавок географическое положение Молдовы таково, что она граничит с исключительно важной для всех западных стратегов и геополитиков Украиной, некоторые из которых, как З.Бжезинский, полагали и полагают, что если Украина не будет участвовать в воссоздании СССР – то последний не возродится уже никогда. А чтобы это стало реальностью, надо обеспечить безопасность всех ее границ. В том числе и с «молдавской» стороны.

Поэтому уже с 1960-х гг. в Молдову начинает прибывать большое количество западных делегаций, изучавших самые разные аспекты жизни нашей республики и уже тогда делавших ставку на некоторых представителей молдавской элиты (во многом благодаря им, в частности, оказался возможным карьерный скачок первого секретаря ЦК КПМ И.Бодюла в декабре 1980 г. сразу на пост зам.председателя Совета Министров СССР, и связано это было с новым для того времени экспериментом по специализации и концентрации сельскохозяйственного и промышленного производства, осуществленного И.Бодюлом в Молдове и тщательно изучавшимся тогда на Западе). В последующие десятилетия этот процесс только увеличивался и существенно упростился после обретения Молдовой независимости в августе 1991 г. К этому моменту в Молдове уже сложился довольно значительный численно слой управленцев, многих из которых привели во власть выборы в Верховный Совет тогда еще МССР в феврале-марте 1990 г., представителей национальной политической и интеллектуальной элиты, готовой поддержать прозападный курс (некоторые из них, как показывают архивные материалы советских лет, высказывались в его поддержку и задолго до 1990-1991 гг.).

Запад во главе с США поддерживал молдавских политиков и способствовал усилению их ориентации на западные ценности, путем вовлечения в различные международные организации, мероприятия и т.д. Но если до 1995-1996 гг. у Запада ВНЕШНЕ царила эйфория относительно реформ, проводившихся в Молдове, то начиная примерно с 1997 и особенно после кризиса 1998 гг. обозначается все более явный поворот в отношении стран Запада к Молдове. Это было связано с несколькими обстоятельствами – стремительным падением уровня жизни, начиная с 1990 г., обвалом молдавской экономики, в том числе с сентября 1998 г., ростом социального недовольства граждан и особенно ускоряющимся увеличением масштабов молдавской коррупции. В то время, однако, западные представительства старались высказываться возможно более завуалированно, стараясь не подрывать окончательно позиции прозападной власти в Молдове.

После прихода к власти ПКРМ в феврале 2001 г. западные посольства все меньше скрывали свое недовольство деятельностью молдавского политического истеблишмента. Самым громким из их высказываний той поры стало заявление покидавшей свой пост посла США в Молдове П.Хайд Смит, сделанное 19 сентября 2003 г. в Молдавском госуниверситете. Отметив высокий уровень бедности, снижающийся объем иностранных инвестиций, она сказала: «я должна поговорить о коррупции, которая усугубляется… Коррупция душит экономику Молдовы, и ее распространение есть основная причина, по которой страна остается столь бедной. Правительственные чиновники умудряются строить дорогие дома, несмотря на скромные зарплаты. Компании обделяют бизнес и государство, не оплачивая счетов за потребленную электроэнергию и воду…Некоторые чиновники получают назначение не в силу своих заслуг, а благодаря взятке, после чего они используют свое положение для сбора взяток от людей, обращающихся к ним за услугами. Предприятия ведут двойную бухгалтерию, с тем, чтобы можно было занизить прибыль и избежать налогообложения…Цены на сельскохозяйственную продукцию манипулируются к выгоде некоторых экспортеров и в ущерб мелким фермерам. Некоторые политики контролируют целые сектора промышленности в качестве персональных монополий и ограничивают экспортные и импортные операции, осуществляемые другими. Людей, связанных с организованной преступностью, терпят на предприятиях, приближенных к правительству. Эта коррупция, основанная на жадности среди власть предержащих, искажает и обедняет экономику, налагая вынужденную коррупцию на бедных». В этих словах, которые звучат архиактуально и сегодня, хотя были произнесены 12 лет назад – суть того явления, называемого коррупцией, которое продолжало накрывать Молдову, как паутиной, во все последующие годы, ибо ни коммунистические, ни последующие правительства с ним не боролись.

Западные представительства в период правления ПКРМ полагали, что одной из главных причин такого положения дел является существовавший в стране политический режим во главе с В.Ворониным. Но пока Воронин был в конфликте с Россией (примерно с ноября 2003 по 2007 гг.) и усиленно делал реверансы в сторону Запада, много рассуждал о проевропейском курсе, обещал Западу, что он останется неизменным и т.д. – его позиции были неуязвимы, так как Воронин полностью взял на вооружение всю риторику и практические действия прозападной оппозиции в стране, и даже оказался более последовательным в этом, заставив российского лидера В.Путина отказаться от «винного» эмбарго 2006-2007 гг., которое было введено Россией против Молдовы в ответ на аннулирование таможенных печатей для Приднестровья.

После нового сближения В.Воронина с Россией, начавшегося во второй половине 2007 г., ситуация стала быстро меняться. Западные посольства стали проявлять растущий интерес к молдавской оппозиции, надеясь, помимо прочего, что в случае ее прихода к власти уровень коррупции будет снижен.

Падение ПКРМ на выборах июля 2009 г. встретило поддержку Запада. Среди прочего, там полагали, что новой власти удастся вычистить «авгиевы конюшни» молдавской коррупции. Хотя тогдашний посол США в Молдове А.Чодри уже в своей записке от 31 июля 2009 г. выражал «некоторый скепсис» в отношении ее способности бороться с коррупцией, все же относительная «эйфория» продолжалась у западных представительств в отношении Молдовы примерно до 2011-2012 гг., когда снова начался растущий вал замечаний и критики в адрес молдавских правителей. Это было связано с тем, что ожидания не оправдались, спрут коррупции продолжал разрастаться, страну стали сотрясать коррупционные скандалы, уровень жизни оставался все таким же невысоким, а уровень недовольства населения медленно, но уверенно рос к критической отметке. 26 мая 2011 года глава делегации Евросоюза в Республике Молдова Д. Шубель заявил, что ЕС откажет Молдове в новых кредитах и грантах, если в стране не начнутся реформы, отметив, что «медовый месяц закончился в 2011 году… пришло время работать».

Серьезное беспокойство растущей коррупцией и недовольством жителей, что может привести к разочарованию Молдовы в европейском векторе, высказывали в последующие годы и дипломатические представительства других стран. Так, посол ФРГ в Молдове М.Майер в своем последнем заявлении на должности посла, в июле 2014 г. заявил: «Чтобы войти в Европу, Молдова должна избавиться от коррумпированных политиков и судей. То есть коррумпированные чиновники будут находиться на свободе до тех пор, пока государственные учреждения будут находиться под властью определенных людей... Политики не должны прятаться, не должны устраивать спектакль на глазах у людей. Люди не дураки. Многие политики считают, что народ ничего не знает, но это не так, люди очень хорошо понимают, что происходит в Молдове, видят, как некоторые наживаются, и знают, кто из них коррумпирован. Вы должны понимать, что если вы хотите в Европу, вы должны положить конец этим нарушениям».

Тщательно отслеживая ситуацию в Молдове и хорошо понимая, что нынешняя власть, не осуществляющая давно обещанные реформы, быстро теряет авторитет у жителей страны, сознавая вместе с тем, что это может привести к победе пророссийские силы и спровоцировать волну столкновений в стране, иностранные представительства поняли, что надо действовать оперативно, иначе можно не успеть и в результате – потерять небольшое, но крайне важное в стратегическом отношении государство. А чтобы этого не случилось, нужно было, во-первых, успешно перехватить лозунги левых, а во-вторых, осуществить другую давнюю задачу – нанести удар по либералам, как прорумынской организации, действия которой также подрывают политическую стабильность в Молдове и ставят под сомнение ее будущее.

Поэтому в начале этого года возникла организация, получившая название Платформа «Demnitate și Adevăr». Все основные ее лозунги полностью повторяли требования молдавских левых, и лишь позже были значительно дополнены и усовершенствованы. Это были: избавление страны от олигархов, решительная борьба с коррупцией, контрабандистами, взяточниками и демагогами, возвращение украденного «золотого миллиарда» из молдавских банков, отставка всех виновных в этом лиц и привлечение их к судебной ответственности; досрочные выборы, так как, по мнению членов Платформы, после кражи миллиарда действующая власть потеряла всякую легитимность в глазах народа. А главное - они выступают за продолжение проевропейского курса.

Ничего подобного в молдавской политике всех почти 25 лет ее независимости еще не было. Никогда еще не было влиятельного правого, прозападного политформирования, резко критикующего либералов. Никогда еще не было отчетливого дистанцирования правого политформирования от идеи объединения с Румынией и унионистов как ее носителей (недаром на митинге 7 июня это обстоятельство глубоко потрясло М.Гимпу). Как никогда еще не было столь четкого повторения в обращении правой по своим взглядам Платформы – радикальных лозунгов, как бы «скалькированных» с левого политического поля. Никакой молдавский политический деятель или политолог никогда не предлагал создание ТАКОГО необычного политформирования с ТАКИМИ целями и задачами. Это означает, что идея формирования Платформы ДА принадлежит не молдавскому политическому классу или местной интеллигенции, а определенным политическим силам Запада, которые решили таким образом вырвать инициативу у левых и вручить ее молдавским прозападникам, в лице Платформы ДА – без передачи ей власти в стране. Им удалось это сделать. Таким образом, есть немало весомых аргументов в пользу того, что создание Платформы было рекомендовано Западом и с его же подачи были выдвинуты основные требования Платформы, о которых мы сказали выше.

Полагаем необходимым подчеркнуть в этой связи, что мы категорически не считаем, будто вмешательство Запада есть нечто дурное и вредное для страны, что это надо всячески скрывать и отрицать, как это пытаются представить в части наших СМИ (зато влияние России никем особенно не скрывается). Наоборот. Мы считаем, что такое вмешательство несет несомненную пользу Молдове и способствует установлению стабильности и общественного порядка в стране, способствует созданию подлинно демократического государства. Мы уверены, что молдавскому политическому классу и общественным деятелям пора перестать «стыдиться» открыто говорить о роли Запада в нашей стране, ибо это – позорное наследие советской и российской пропаганды, воспринимавшей Запад как политического и идеологического противника, и в признании этой роли нет и не может быть ничего «унизительного» или «негативного» для нашей страны. Напротив, мы должны говорить об этом открыто, делать выводы и извлекать полезные уроки из таких вмешательств – во имя будущего Молдовы.

К настоящему моменту Платформа во многом уже выполнила стоящую перед ней задачу. 8 октября Президент Н.Тимофти, Председатель Парламента А.Канду, Премьер-министр В.Стрелец выдвинули официальное обращение к гражданскому обществу, политическому классу, академической среде, творческим союзам, профсоюзам, патронатам и другим общественным организациям с призывом вступить в открытый диалог для создания общей платформы для укрепления общества и создания условий для развития страны. По итогам дискуссий предполагается подписание общественного пакта «За Молдову», который должен примирить враждующие стороны. Для разрешения ситуации предполагается осуществить ряд отставок высших государственных чиновников и выполнить требования, протестующих из Платформы ДА. В ответ Правительство предложило лидеру Платформы А.Нэстасе прекратить протесты на период проведения предложенных им реформ – «до первой ошибки Правительства», как выразился премьер В.Стрелец. А.Нэстасе пока не дал определенного ответа, но обе стороны согласились продолжить переговоры 13 октября. Таким образом, появились некоторые предпосылки для разрешения политического кризиса в стране.

Но помимо правой оппозиции, существовала и оппозиция левая. У нее всегда был один политический, идеологический и ценностный центр, который в этом лагере никогда, нигде и никем не оспаривался, а напротив, о нем везде, всегда и на всех углах заявлялось во всеуслышание. Это – Россия и ее политическое руководство, возглавляемое с 2000 г. В.Путиным. При любом анализе политической, социально-экономической и прочей ситуации в нашей стране представители левой оппозиции обязательно делают сравнение – всегда только в положительном плане – с Россией. Практически никогда от них нельзя услышать критических комментариев об этой стране (за очень редким исключением), и вовсе никогда нельзя услышать критику в адрес ее лидера последних 15 лет – В.Путина. Надо ли после этого сомневаться в том, ГДЕ находится тот центр, который руководит и направляет действия нашей левой оппозиции?

Что это именно так, нам говорит несметное множество фактов. Начиная с 1990 г. лидеры приднестровских и гагаузских районов (до 1994 г., и с 2000-ных годов) апеллировали в своих жалобах на молдавские власти всегда и только к Москве. Начиная с 1990 г. молдавская левая оппозиция во главе сначала с Интердвижением, а с 1994 г. с блоком Интердвижения с Социалистической партией всегда ориентировалась тоже строго на Москву. Давление на молдавские власти и поддержка сепаратизма во время Приднестровской войны тоже осуществлялось Москвой и ее же местным военным руководством (генералы Яковлев, Неткачев и Лебедь). Именно с Россией оказались связаны в силу своего прошлого возникшее в 1993 г. руководство молдавских коммунистов и именно о помощи России и твердой ориентации на нее лидер ПКРМ В.Воронин непрерывно толковал народу до 2001-2003 гг. Именно Россия предпринимала попытки свержения власти в Молдове в 2005 г., готовила это свержение в 2009 г. и планировала массовые беспорядки в 2014-м. Именно на Россию все эти годы упорно рассчитывали рядовые представители молдавских левых. Именно на Россию оказались «завязаны» вскоре почти все молдавские русскоязычные СМИ, и критика России, а особенно В.Путина в них практически прекратилась, вместо этого там возникло табу на серьезную критику России и ее политики, а особенно на любые действия В.Путина, который там, в сущности, обожествляется. И так далее (список можно продолжать еще очень долго).

В данном случае есть основания сказать, что именно в России находится тот стратегический центр, который руководит действиями лидеров ПСРМ. Именно туда часто ездит лидер ПСРМ И. Додон, иногда даже с депутатами своей фракции, под предлогом «защиты стратегических интересов Молдовы», и в Москве его принимают «кураторы» - депутаты от «Справедливой России» и другие депутаты Госдумы. Но так как в Москве уже давно перестали понимать, что на самом деле происходит в Молдове и путинское руководство постоянно пребывает в плену выдумок тираспольской пропаганды об очередных «притеснениях несчастных приднестровцев» «злобной» Молдовой, а также развесистой политической «клюквы» от тех молдавских политиков, которые ездят в столицу РФ жаловаться на своих политических оппонентов, то действия, которые предпринимает российское руководство для возврата Молдовы в свою орбиту влияния часто смешны, глупы и потрясают своей дикостью и невообразимой топорностью, как будто специально приданной, чтобы еще больше сделать Молдову врагом России. Один лишь Д.Рогозин умудрился наговорить в адрес Молдовы столько оскорблений, что только за одно — это молдавские политики должны были бы люто ненавидеть Москву и лично Путина. Как будто умышленно Россия поддерживала людей, которые заведомо не пользовались в Молдове никакой популярностью и политическим весом, а потом удивлялась – ну как так, почему в этой захудалой Молдове «наши люди» один за другим терпят оглушительный крах (один В. Клименко чего стоит) (кроме В.Воронина, но тот, правда, на самом деле был вовсе не пророссийский), а их заговоры неизменно разваливаются (заговор 2005 г., дело «Социального форума Молдовы» в 2014-м). Столь же глупыми и нелепыми являются упования российских политиков и СМИ на некую «коалицию» пророссийских сил И.Додона и Р.Усатого, так как последний не просто слишком уязвим, но своими действиями, добиваясь устранения из коалиции части ЛДПМ с последующей заменой на ЕНПМ и независимых (плюс, возможно, и другие партии), в сущности, способствует переформатированию правящего альянса и его укреплению. То есть цели, обратной, нежели декларируемая официально. Упорное повторение И.Додоном важнейшей для Москвы мантры о необходимости непременного расторжения Молдовой договоров о свободной торговле и Ассоциации с ЕС, утверждений о необходимости «федерализовать» Молдову и «интегрировать» ее в ЕврАЗЭС, которые тоже с завидным постоянством уже давно твердят именно российские политики, говорит о том, что сегодня ПСРМ, и ее лидер И.Додон имеют один центр внешнего управления, который находится в России.

Вместе с тем, из-за своего дремучего невежества в вопросах молдавской политики политические менторы И.Додона в России заведомо загнали его в такую политическую нишу, из которой он не может выбраться сам без потерь для своего имиджа в стране. Вынуждая его не идти ни на какие компромиссы с властями, непрерывно повторяя при этом требование «досрочных выборов» (правда, все время отодвигая их во времени, видимо, аккурат ко дню настоящих парламентских выборов в 2018 г.), они поставили И.Додона в тяжелейшее положение. Никаких уступок левой оппозиции, как мы отмечали, власти не делали и делать не собирались. Ни в какие переговоры с нею власти тоже не вступали. Все переговоры власти вели только с правой оппозицией (Платформой ДА) и демонстративно только ей пообещали отставки высших чиновников и другие реформы. А левой оппозиции, как только она вздумала «выйти за флажки» и занять проезжую часть бул.Штефана чел Маре, как мы помним, тут же пригрозили введением чрезвычайного положения. Это означает, что если ПСРМ и НП решат повторить «эксперимент» Платформы с пикетированием Парламента и офиса В.Плахотнюка и зайдут при этом хотя бы немного дальше – власти в любой момент могут отдать приказ о разгоне их протеста силой или даже о одновременной ликвидации палаточных городков ПСРМ и НП. В результате создалась тупиковая ситуация, при которой сторонники ПСРМ и НП будут бессмысленно сидеть в центре города неделями и может быть, месяцами, лишенные возможности как убрать эту власть, так и публично признать, что их протесты провалились, иначе обрушится авторитет их политформирований среди сторонников. Единственный выход для И.Додона и Р.Усатого окажется весьма неутешительным: тихо снять палатки и «рассосаться» с ними по столице и стране, обещая сторонникам обязательно собраться «как-нибудь потом», «в лучшие времена», а Р.Усатому – еще и придется возвращаться в слегка подзабытые Бэлць, где снова надо изображать видимость борьбы за наведение порядка. Пока они к этому не готовы. Но скоро им придется сделать и это.

Нельзя не сказать несколько слов и о том, как сегодня относятся иностранные представительства в Молдове к действующей власти и оппозиции. Посол США Д.Петтит в одном из интервью, данном в конце сентября, объяснил события в центре Кишинева вызваны коррупцией и пассивностью действующей власти, которая ничего не делает для ее искоренения (по причине высокой коррупции в Молдове корпорация «Вызовы тысячелетия» отказалась финансировать проекты в нашей стране). По поводу протестов на центральной площади он заявил, что право на свободное выражение своего мнения является фундаментальным для любой демократии. Поэтому руководство страны должно быстро осуществить крайне необходимые сегодня в Молдове реформы, чтобы продолжить свой европейский путь.

Руководство оппозиции (И.Додон, Р.Усатый) встречалось с послами США (Д.Петтит) и РФ (Ф.Мухаметшин), чтобы заверить их, что протесты останутся мирными. Д.Петтит предупредил И.Додона, что протесты и должны остаться мирными и что все действия левой оппозиции должны носить демократический характер. Иначе Д.Петтит отнесся к утверждениям Р.Усатого относительно «оказания гражданкой США Молли Кэтлин Мак Кью услуг ЛДПМ, которые были оплачены украденными деньгами БЕМа». Р.Усатый вынужден был признать, что Д.Петтит был удивлен этой информацией и спросил его, где он получил данные материалы. Петтит добавил, что «Молли Мак Кью является только гражданкой США, которая не имеет никакой связи с посольством и посольство не несет ответственности за ее действия». В ходе этой же встречи посол США передал Р.Усатому (по словам последнего) пакет для реализации в северной столице ряда социальных проектов, первым из которых станет грант в размере $ 4000 для муниципальной библиотеки «Eugeniu Coșeriu». Реакция Ф.Мухаметшина осталась сегодня неизвестной. Еще более резкую оценку получила ситуация в Молдове у некоторых западных аналитиков. Так, В.Сокор заявил, что «в Республике Молдова демократия и государство дискредитированы, институциональные системы провалились и в настоящее время мы являемся свидетелями крушения государства».

На вышеприведенных примерах мы видим, что иностранные представительства и аналитики весьма негативно оценивают развитие ситуации в Молдове и ждут от властей решительных мер по борьбе с коррупцией, чтобы начать реальный вывод Молдовы из глубокого кризиса. Пока что, однако, таких мер действующая власть, если исходить из заявлений ее представителей, не планирует.

V.

О том, какие могут быть дальнейшие сценарии развития ситуации в Молдове, существует много разных мнений. Попытаемся показать основные ее варианты.

Первый, наименее вероятный. Он изложен экс-депутатами от ПКРМ М.Полянским и М.Ткачуком. Согласно этому предположению, и правые, и левые опасаются идти на решительные шаги. Правые – потому что «коллективный Запад» «растерян», «не рискует защищать молдавскую власть», «выпустил рычаги управления» и не дает отмашки на устранение нынешней власти, а также потому, что Платформа боится выпустить ситуацию из-под контроля. Левые – потому что в их рядах много противоречий и опасений – что власть может применить силу для разгона демонстрантов, что они (левые) могут потерять инициативу и окончательно уйти на второй план, из-за опасений, что нынешние протесты повторят судьбу тех, что не так давно устраивала ПКРМ и «уйдут в песок», и даже что у левых «наверняка, есть и страх потерять нажитое непосильным трудом» (исключительно примечательное утверждение – Р.Ш.). Однако из этих до сих пор довольно логичных и обоснованных размышлений делается вывод: что не только И.Додону и Р.Усатому, но и лидерам Платформы незачем идти на компромисс с властями, так как «режим настолько ослаб, что даже говорить с ним пока не о чем» и потому-де, переговоры можно вести «только о капитуляции режима». Но никакой «капитуляции режима», тем более перед левыми, в действительности нет (об этом выше тоже уже было сказано). Лидеры Платформы также уже не говорят ни о какой «безоговорочной капитуляции власти» и согласны начать с нею переговоры об определенном компромиссе (о причинах этого мы сказали в предыдущей части нашего материала). М.Полянский полагает, что «открытый террор» (разгон с применением спецсредств, аресты, уголовные дела) лишь накалят обстановку. «Начнется бунт. Беспощадный» и потому предлагает оппозиции расширять протесты, иначе «режим начнет расправу». Хотя если «открытый террор» накалит обстановку и начнется бунт, то зачем тогда предупреждать, что «режим начнет расправу»? Напротив, если верить М.Полянскому, то «открытый террор» будет даже выгоден протестующим левым, так как накалит страсти до предела и сыграет в пользу оппозиции. М.Полянский допускает, что «режим доживает последние дни», а М.Ткачук - что «у левых партий хватит ума и политического опыта...чтобы воспользоваться этой ситуацией на благо всего молдавского общества. Я думаю, перспектива протестов может быть оценена достаточно оптимистично».

Однако в действительности происходит нечто иное. Очевидно, что руководство левых сегодня не знает, что делать дальше. Поэтому куда-то исчез широко разрекламированный ими «план Б» (если он вообще существовал), а все идеи левой оппозиции сводятся сегодня к абстрактному «расширению протестов» и непродолжительному блокированию некоторых столичных автомагистралей.

Второй выдвинут политологом А.Тулбуре, который называет его «планом Плахотнюка». С небольшими различиями он разделяется и некоторыми российскими аналитиками (Н.Комаров). Этот вариант предполагает переформатирование правящего Альянса путем исключения из него В.Филата (который, по этой версии, якобы добровольно на это согласится), сохранением в его составе группы депутатов ЛДПМ, которые этого пожелают, введением в его состав ЕНПМ Ю.Лянкэ (последний для укрепления своих позиций пригласил в ряды своей партии экс-премьера И.Стурзу, отказался от депутатского иммунитета и призвал сделать то же и остальных коллег), группы независимых депутатов и ПКРМ В.Воронина. В этом случае в коалиции не будет также либералов М.Гимпу. Косвенно в пользу такого развития событий говорят неожиданные критические заявления прокурора Кишинева И.Дьякова, директора Национального центра по борьбе с коррупцией В.Кетрару (последний обвинил власти как раз в блокировании борьбы с коррупцией), а также заявления Р.Усатого о том, что он ведет переговоры по выводу из ЛДПМ еще одного депутата, чтобы правящий альянс потерял большинство в Парламенте. В этом случае властям действительно придется провести переформатирование правящей коалиции, но случится ли это именно так, как предполагает А.Тулбуре, сегодня неизвестно.

Третий вариант - «социально-экономический» и основывается на том, что страна может не получить внешнего финансирования в силу различных причин. Еще в начале сентября премьер В.Стрелец сообщил о существующей угрозе двукратного обвала молдавского лея (с 19,3 до 40:1), который уже и сейчас «удерживается силой», из-за нехватки средств. «Если МВФ не приедет, тогда станет ясно, что нет никакой перспективы. Это означает замораживание экономики, отсутствие поступлений в бюджет, остановку выплат зарплат и социальных платежей» - сказал он. 22 сентября миссия МВФ во главе с И.Владковой-Холлар прибыла в Молдову, однако из-за заявления Д.Дрэгуцану об отставке отказалась обсуждать вопросы, связанные с кредитованием Молдовы. Следующий визит миссии МВФ должен состояться ориентировочно к концу 2015 года. На сколько времени хватит денег в Молдове, чтобы продолжать стабильно выплачивать зарплаты, пенсии и социальные пособия без иностранных кредитов, хватит ли их хотя бы до подписания нового меморандума с МВФ, не допустив при этом бесконтрольного обрушения лея, никто из представителей действующей власти не разъясняет, возможно, чтобы не усугублять и так накаленную обстановку в стране.

Нарастающий кризис наличности в Молдове, связанные с этим перспективы стремительного роста инфляции и девальвации национальной валюты, что может привести к воцарению в стране полного хаоса и начала процессов развала управления государством заставили некоторых представителей правящей коалиции приступить к активным действиям с целью переформатирования Альянса. Находящийся под влиянием ДПМ и ее неофициального лидера В.Плахотнюка председатель ЛП М.Гимпу 27 сентября «неожиданно» выдвинул остальным членам АЕИ-3 ряд ультимативных требований: «Мы хотим убедиться и во внедрении Соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Желаем выяснения до конца хищения миллиарда, и чтобы виновные были преданы правосудию, отсидели в тюрьме за это. Кроме того, мы будем настаивать на принятии радикальных мер по борьбе с коррупцией. Мы не вернулись во власть ради каких-то министерств, а чтобы навести порядок». Гимпу пригрозил, что «если нас не услышат, то в начале ноября мы выйдем из состава альянса». Осуществление его угрозы означает крах правящей коалиции. Последовал немедленный ответ ДПМ, в лице Председателя Парламента А.Канду: «Мы говорили о том, что если политический класс не предпримет до ноября радикальных мер во всех областях, этот политический класс должен уйти, реформироваться и позволить другим занять его место. Г-н Гимпу задал слишком поздний срок, я думаю, нам нужно начать дискуссии с завтрашнего дня. В политике нужно иметь смелость сделать шаг назад в определенный момент». Если в силу тяжелого социально-экономического положения и отсутствия внешнего финансирования нынешняя правящая коалиция развалится, то, учитывая несогласие Запада с идеей досрочных выборов, власть в Молдове тоже будет переформатирована, но неясно, на каких условиях.

Четвертый вариант – тот, который озвучивал политический аналитик Виталий Андриевский и который предлагает сегодня власть – переговоры с оппозицией в рамках «круглого стола» и подписание пакта «За Молдову». Этот вариант уже начал осуществляться и при условии, что правая оппозиция пойдет на компромиссы – то есть откажется от требований отставок руководителей ветвей власти в стране, а власть не будет допускать серьезных ошибок, будет постепенно реализован. Этот вариант действительно предполагает отставки руководителей ряда ведомств и департаментов, но пока остается не вполне ясным, каких именно. Некоторые представители руководства Платформы (А.Слусарь) относятся к перспективе переговоров с властью скептически: «Хватит, достаточно. С этой властью нужно говорить лишь о механизме демонтажа олигархического, преступного режима», но оговариваются, что в данном случае высказывают только личное мнение, а не мнение Совета Великого Национального Собрания, в который они входят. Тем не менее, идея подписания пакта «За Молдову», хотя и носит компромиссный, и, по-видимому, временный характер, имеет своей целью снизить градус социального напряжения в стране и показать, что действующая власть способна к компромиссам с прозападной оппозицией. Если он будет осуществлен, то определенный компромисс в обществе будет действительно найден. Но это может иметь и другие последствия для ситуации в стране. Одним из таких последствий может оказаться принятие мер в отношении левой оппозиции, которая в таком случае уже будет играть не конструктивную, толкающую власть к реформам, а деструктивную, дестабилизирующую роль. Если левая оппозиция вовремя этого не поймет, то итогом для нее может стать напрасная трата времени на центральном проспекте столицы и возможные силовые действия властей в случае, если они сочтут, что левые нарушают действующее законодательство.

Таким образом, у нашей страны появился определенный шанс выхода из политического тупика. Мы не беремся судить о том, удастся ли им воспользоваться нашему политическому классу, так как не раз в прошлом убеждались в том, что он способен на самые невероятные поступки, порой даже за гранью разумного. Однако то, что такая возможность уже появилась, говорит о том, что если власть и прозападная оппозиция найдут общий язык, определенный консенсус все-таки будет на какое-то время найден. Для нынешней ситуации в Молдове пока и этого совсем немало.

Обсудить