Здравствуй …. Новый год!

Попытка политического ликбеза, и, отчасти, прогноза. С ликбезом, вероятно, как обычно, ничего не выйдет… Но… Я снова попробую. Зато за прогноз можно не переживать, всё очень прозрачно.

И вот уже пришло, и прошло Рождество, и настало время подвести итоги года. Итоги, надо сказать, очень бодрят. Молдова входит в новый год без правительства, без бюджета, без внятной стратегии развития, без внятного парламента, без каких-либо подвижек в европейской интеграции и приднестровской реинтеграции, без гражданского общества и гражданского консенсуса…. Зато с перспективой досрочных выборов, и, вероятнее всего, с очень скверным их результатом…

Правда? нам повезло с теплой зимой. То есть, в эпоху перемен нам почти не надо топить. Увы, боюсь, что список хорошего на этом и закончится. О, майн год! Год, когда нам кажется, что мы узнали: у нас может не быть практически всего - а мы как-то без этого обходимся… Но это ложное впечатление. Тем, кто считает? что Молдова уже достигла дна, я рекомендую экстремально-познавательную экскурсию в непризнанное Приднестровье. Отрезвляет, и, опять же, бодрит! Начинаешь понимать, что до дна нам ещё очень далеко - хотя мы и следуем в этом направлении.

Давайте, однако, разберемся: что, собственно, происходит?Каким образом мы оказались там, где находимся сейчас? За что мы воюем сейчас, сограждане? И, главное, с кеммы воюем?

Причины конфликта

Начнем с азов. Каждый отдельный гражданин всегда воюет за свой личный пирожок. Это очевидно, и не нуждается в доказательствах.

Был такой фильм, «Дорогой мальчик» - по замыслу абсолютно пропагандистский (Михалков-средний писал сценарий), но, как ни странно, талантливый. Даже слишком талантливый, что и определило его скверную прокатную судьбу - он прошел в показе полуподпольно, «четвертым экраном» - уж больно красиво была в нём показана жизнь на «загнивающем Западе». Умели иной раз в СССР сделать из г-на конфетку, раз уж её больше не из чего сделать, а конфетки хочется. Так вот там, на 0.16.30 как раз и звучит эта песня, где обрисована ситуация с пирожками на всех.Или вот тут она есть полностью.

А поскольку пирожков, как справедливо сказано в песне, никогда на всех не хватает, то между гражданами возникают определенные трения. И когда большинство граждан считают, что блага в стране делятся уж очень несправедливо, и что они лично уж очень ими обделены, в стране возникает социальная напряженность. Причем, то, насколько справедливы претензии граждан, не имеет значения. Покойный СССР был в разы более неравноправен и бесчеловечен по сравнению с тем, что мы сегодня имеем - если говорить о действительности тогда и сейчас, а не о пропагандистских интерпретациях. И я готов это доказать в любой момент, причём, с цифрами и примерами в руках. Но напряженности в обществе сегодня больше, чем было тогда. Её больше по очевидной причине: за выражение недовольства сегодня на правом берегу Днестра не сажают, и не расстреливают. В отличие от левого берега, где социальная напряженность ниже, хотя жизнь там хуже. А ниже она потому, что всех недовольных там ждет травля и тюрьма.

Но вернемся к пирожкам. Преодолеть нехватку условных «пирожков» можно многими способами. Можно начать делить имеющиеся пирожки так, чтобы это устраивало наибольшее число граждан - не «по справедливости», которую можно трактовать как угодно, а вот так, напрямую, именно «на всех». Это программа классических «левых» партий. Не молдавских левых, а левых в их изначальном понимании, поскольку в Молдове понятия «левый» и «правый» очень искажены. Можно делить пирожки так, чтобы стимулировать наибольшее их производство. Исходя из того, что в таком случае всем хоть что-то достанется, это раз, а те, кто совсем не может сделать ничего полезного, не может испечь собственный пирожок - те, в общем-то, может быть, и не нужны, и лучше бы им и не быть вовсе. А если они кому-то нужны лично - то пускай он их лично и кормит. Если такая программа ориентирована только на количество пирожков, без особой заботы об их распределении - это «правые», в самом чистом виде. Если на то, чтобы наибольшее число граждан получило возможность чего-то там самим испечь - ну, а кто сумеет такой возможностью воспользоваться, кто нет - это уж как у кого получится - это «центристы».Это партии «среднего класса» - работоспособных, предприимчивых, и при этом не очень богатых - но и не бедных. Таких, кому в целом хватает на ту жизнь, которую они считают хорошей и которой довольны. Собственно говоря, на этом слое людей общество всегда и держится. И не только современное общество. Любое. В Древнем Египте, к примеру, экономика держалась на вольных ремесленниках и крестьянах - правда, основательно обложенных налогами, но лично свободных. Тезис о том, что «всё принадлежит фараону» скорее определял высший юридический приоритет, верховную власть. А по факту рабы в личной собственности были роскошью, доступной очень немногим. Формально - так вообще только храмам и фараону, то есть только государству.

В нормальном обществе есть обычно партии, представляющие все три варианта распределения пирожков, и общая политика - это некий компромисс между ними. С некоторыми колебаниями от выборов к выборам. Но если нет среднего класса, в том или ином виде - вид его зависит от технического уровня, это может быть крестьянин, может быть мелкий предприниматель или квалифицированный рабочий, а может быть и IT-специалист, то общество начинает лихорадить. И будет трясти его до тех пор, пока в нём не появится средний класс. При этом может смениться страна, язык, форма правления, цивилизация - что угодно. Всё будет становиться на голову, разваливаться и рассыпаться, снова и снова, пока среднего класса нет.

Так вот, в Молдове среднего класса нет. И нас лихорадит всей страной от его отсутствия. Давайте разбираться, почему его нет.

В принципе, состояние «среднего класса» - это естественное состояние человека, живущего в благополучном обществе. Что такое благополучное общество? Это - предсказуемое общество. Общество, где идет игра по правилам, причем правила одни для всех - это раз, и прописаны в законе, и более нигде - это два. Где четко определено, что можно делать, и чего нельзя, и граждане платят деньги - налоги - за то, чтобы специально выделенные люди больно били по рукам тех, кто делает то, что нельзя, и не давали им обижать тех, кто делает то, что можно. Какие-то исключения будут, конечно, всегда, но если их мало - то это не страшно. Люди могут прогнозировать свою жизнь и находить своё место в ней. Если не колыхать такое общество, не перетасовывать в нем правила, то за 2-3 поколения (да-да, совсем не быстро, быстро тут можно только ломать) в нём образуется устойчивый средний класс. И жизнь начинает помаленьку налаживаться. Если правила же постоянно меняются: власть в обществе захватили разбойники, живущие грабежом и отменяющие правила в каждом отдельном случае, когда им это выгодно, да к тому ещё и всё время меняющие их в целом, из тех же соображений, то мы получим верхушку, развращенную абсолютной властью и нищую, мятущуюся массу внизу. Массу, которая устала от попыток честно заработать себе на жизнь, поотшибала на таких попытках руки, и утратила здоровье. И твердо усвоила, что от трудов праведных ничего, кроме грыжи, не наживешь.

Я рассказываю банальные вещи? Да! Более чем банальные! Очевидные вещи. Но почему-то в ходе каждых выборов выясняется, что эти очевидные вещи для большинства наших граждан совершенно непостижимы! Как такое возможно - я не знаю. Сам в шоке. Вот, решил попробовать разложить всё по полочкам ещё раз - хотя, как уже писал, боюсь, что снова без толку. У нас ведь граждане как читают: в первой фразе должна быть указана фамилия того кто придет и решит за них все их проблемы и за кого по этой причине надо проголосовать. Две фразы - это уже сложно, пять фраз - вообще непостижимо. Так что «Ренато Усатый!» или «Игорь Додон!» или «Владимир Воронин!» или «Unirea!» - и непременно с восклицательным знаком, как правило - предел сложности в доступной гражданам аналитике.

И что у нас есть из всего перечисленного?

Четверть века назад СССР рухнул в очередную эпоху перемен. Я не буду сейчас разбирать, почему это случилось, и чем был СССР. Это отдельная тема. Важно другое. За прошедшие 25 лет в Молдове не сложилось государства, в котором мог бы возникнуть средний класс. Не возникло ситуации игры по правилам. Наша система отношений не основана на общих для всех правилах. Оно основана на личных и родственных связях, и на ограблении меньшинством, удерживающим власть, большинства, к власти не допущенного в принципе. Меньшинство соперничает внутри себя и инструментом этого соперничества являются политические партии и формальные институты всеобщего голосования.

Все политические партии в Молдове, без каких-либо исключений - партии разных групп меньшинства. Разумеется, места вверху на вес золота (да-да, в буквальном смысле), за них идет борьба, кого-то выкидывают прочь от кормушки, а он визжит и рвется назад, а кто-то, напротив, удачно маневрирует и остается при власти… Это, к слову, говорит о его таланте и сообразительности. Но все они, и удачливые и менее удачливые - представители меньшинства. Тех, кто, воспользовавшись - назовите это как угодно - хаосом, эпохой перемен, сменой системы - в общем - сменой правил - вылезли наверх, и присвоили себе все пирожки, обездолив как минимум 90%, населения. А затем установили свои правила, с тем, чтобы отобрать их законным путем было невозможно. Впрочем, это скорее перестраховка, потому что власть меньшинства опирается на хорошо организованное насилие, которое надежнее любых писаных законов. Кстати, эпоха перемен была весьма относительной. Как минимум 80% нынешнего правящего меньшинства - выходцы из меньшинства, правившего в СССР. А кто остальные 20%? А остальные - это смелые и предприимчивые ребята, которые решились и прыгнули в бурлящий котел. Ну, к этому ещё была нужна некоторая доля таланта, гибкости и просто удачи, им повезло оказаться в нужной точке в нужное время. По сути - это была лотерея, хотя, конечно, выигрыши приходили к тем, кто играл, а не ждал у моря погоды.

В принципе, любое государство - организованное насилие. Но в данном случае, в случае Молдовы и других постсоветских государств, это насилие организовано меньшинством, и в интересах меньшинства.

А в чем тут роль большинства? Нас с вами? А ни в чем. Мы вообще не при делах. В том смысле, что мы ничего не решаем. Вообще ничего. У нас нет инструментов для политического влияния. Партиям, созданным в интересах групп внутри меньшинства, безразличны наши интересы как таковые. Им нужны наши голоса на выборах и наша лояльность, хотя бы относительная, между выборами. Причем, и то, и другое им нужно купить с наименьшими, по возможности, затратами. Или, одной фразой: мы являемся предметом манипуляций, которые нужны для легитимизации власти меньшинства.

В чём смысл этого мудреного слова - ле-ги-ти-ми-за-ция? А вот в чем. Мир вокруг нас, он, конечно, разный. Но самые вкусные вещи - технологии, хорошие машины, все атрибуты красивой жизни находятся именно в тех странах, где есть средний класс. И деньги лучше всего инвестировать в эти страны - надежнее и выгоднее. Кстати, пресловутый «госдолг США» - никакой не долг. Это сумма иностранных инвестиций - потому что в США выгодно инвестировать.

Это общий закон природы: есть средний класс - дела идут хорошо. А там, где его нет - там наступают голод и разруха. В лучшем случае - это в самом лучшем - там могут пошить на всех одинаковые комбинезоны из мешковины. Да и то, если благополучные страны продадут швейные машинки. В СССР, к слову, дела обстояли именно так. СССР на пике своего могущества - в середине 70-х - был максимумом того, чего может достичь страна, лишенная среднего класса в принципе.

В странах, где есть средний класс, государство тоже инструмент организованного насилия. Но оно осуществляет насилиес учетом реальных интересов среднего класса. По той системе приоритетов, которую я описал на примере решения ситуации с нехваткой пирожков, с чего мы, собственно, и начали разговор. И вот, эти страны очень косо смотрят на те, где среднего класса нет. Они видят в них опасность для себя. По целому ряду причин. Потому что эти страны для них - источник нежелательной миграции. Источник коррупции. Источник криминала. Потому что жители этих стран - и из верхнего класса, и из нижнего, с одной стороны тяготеют к благополучным странам - там тепло, сыто и безопасно, и можно купить занятные цацки, а, с другой, проникнув на территорию этих стран, не вписываются в их правила. И, не вписываясь, разрушают эти страны изнутри. Богатые коррумпируют местную власть, уклоняются от налогов и разворачивают криминальный бизнес. Потому что работать в легальном бизнесе в этих странах они зачастую просто не могут - им не хватает квалификации. Бедные - работают нелегально, сбивая цены на рынке труда, развращая местных работодателей и не платя налогов. Пополняют ряды преступников - низовых, естественно. Просто тянут социалку, не принося никакой пользы. Им тоже не хватает квалификации - элементарной подготовки, чтобы нормально устроиться. В общем, выходцы из таких стран - пренеприятное для развитых стран явление.

Совсем отгородиться от них тоже нельзя. Во-первых, всё равно проберутся, так или иначе. Во-вторых, украдут опасные технологии и утащат к себе, и за такой оградой может возникнуть что-то совсем уж непредвиденное и неприятное, вроде атомной бомбы у Сталина, которую бериевская разведка сперла у расслабившихся американцев. Или ракет у КНДР. В-третьих - хочется задействовать ресурсы слаборазвитых стран. Это соблазнительно, ибо сулит выгоды. Причем, не столько даже природные, хотя и они важны, сколько людские. Потому что человек, приспособленный к полезному труду, приносит выгоду. Включенный в систему ненормального - то есть, без среднего класса - государства, он приносит выгоду правящему меньшинству, а сам получает минимум, чтобы не умереть, пока он может работать. Включенный в систему нормального - то есть, имеющего средний класс - государства, он приносит выгоду всем его гражданам, но одновременно получает шанс дорасти до среднего класса и сам, со всеми преимуществами такого положения. Иными словами мы для развитых стран - да, ресурс, это раз. И подозрительная гопкомпания, живущая по законам преступного мира, за которой нужен глаз да глаз. Это два. Есть ещё примерно 11 причин, по которым развитые страны заинтересованы в развитии слаборазвитых, но о них в другой раз.

В качестве одной из мер по приведению таких неразвитых стран в цивилизованное состояние развитые страны поощряют в них развитие институтов демократии. Хотя бы формальных. Прекрасно понимая всю их формальность. Не надо думать, что в Европе не понимают, что из себя представляют наши политические партии. Все, подчеркиваю, партии. Что это - слепота? Нет, это мудрость. Развитый мир умеет ждать. Развитый мир понимает, что формальные институты рано или поздно станут реальными - нужно просто набраться терпения. И он поощряет их возникновение разными мерами, вроде безвизового режима, кредитов на приемлемых условиях, возможности продавать свою продукцию в своих странах не платя пошлин. Цивилизованный мир последовательно создает привязки таких стран, в том числе и Молдовы, к себе.

Вот вам пример: непризнанная «ПМР» получила право продавать свою продукцию в ЕС наравне с молдавскими предприятиямиещё и на 2016 год. Несмотря на истеричную антиевропейскую пропаганду в Тирасполе, на политические репрессии, на разгул криминала, неотличимо сросшегося с этим «государством», несмотря даже на откровенное саботирование условий, поставленных ЕС годом раньше. Признаюсь, меня это решение поначалу покоробило. Однако, по зрелом размышлении я вынужден согласиться с тем, что оно - верное. Потому, что сказать властям Тирасполя: «вы не выполнили ваши условия, вы недемократичны, у вас полицейщина, репрессии, политзаключенные, вы - рассадник криминала, коррупции, торговли оружием - и мы за все это лишаем вас права торговать с нами»- было бы справедливо, конечно. Но иррационально. Потому, что лишившись возможности торговать легально, бизнес, работающий в ПМР, ушел бы уже полностью в криминал. А больше ему некуда было бы идти. Не с Россией же, которая в сумме приднестровского экспорта занимает процентов 15, торговать ПМР?А уйдя в криминал, этот, уже на 100% преступный, бизнес, используя коррупционные инструменты, все равно просачивался бы в ЕС через Молдову. То есть, развитые страны давят на неразвитые, приучая их вести себя хотя бы частично прилично - прилично, с точки зрения развитых стран. Но делают очень это аккуратно. Чтобы не перегнуть палку и не спровоцировать обвальные процессы, которые загонят эти страны в изоляцию, превратив в варианты КНДР. Потому что изоляция для таких стран - это неизбежная эволюция до состояния КНДР. В развитых странах это понимают.

Варианты развития

Если же не допускать такого сваливания, действуя осторожным давлением, то постепенно вырисовывается развилка возможностей. Даже две развилки.

Во-первых, рядовые граждане неразвитых стран, получив формальные, поначалу, свободы, постепенно учатся объединяться. Возникают уже реальные гражданские объединения. Зачастую это профсоюзы - так сформировалось гражданское общество в Польше и в Румынии. Молдова, к сожалению, в такой самоорганизации граждан не замечена, слишком силен в ней советский менталитет. В Украине - да, там такие процессы начались и потихоньку идут. А в Молдове - нет.

Во-вторых, вверху возникает прослойка имущих людей, которые хотят легализоваться в развитых странах. Они уже достаточно разбогатели. Они научились делать легальный бизнес на Западе. Теперь им хочется стабильности и уверенности в своем положении, в том, что достигнутого никто у них не отберет. Но стабильность - это игра по правилам в масштабах страны. Там, где правил нет, где всё решает борьба в верхах, заведомо стоящая над законом, и, проиграв в какой-то момент в этой борьбе,они могут слететь до самого низа. Формально - на вполне законном основании. Реально - потерпев поражение в аппаратных играх. Пример - Влад Филат. Впрочем, он лишь самый известный из пострадавших, а примеров помельче - много больше. Сложность тут в том, что путь наверх у этих людей, жаждущих сегодня легализации, отпущения грехов и спокойной жизни был с точки зрения правительств развитых стран очень уж грешным. Хотя, с другой стороны никакого другого пути наверх, кроме преступного, в слаборазвитых странах просто нет. «Все крупные состояния нажиты самым нечестным путем» - это сказано именно о тех странах и временах, где и когда не было среднего класса. Если же средний класс сформировался и стал политической силой - то крупные состояния наживаются честным путем, а любители наживаться нечестным путем отправляются за решетку. Независимо от размера состояния. Примеров такого рода в развитых странах - сотни. Но в развитых странах понимают и особенности неразвитых стран. И готовы, в принципе, идти на сделку.

Что может предпринять такой человек?С небезупречным прошлым, и с большими возможностями, которые ему дают большие деньги. А, если он сумел нажить такие деньги в условиях жесткой борьбы, не особо ограниченной законными рамками, то, помимо денег у него есть немало и других рычагов влияния. И с сильным желанием стать приличным и рукопожатым западным буржуа. Он может пытаться замаскировать своё криминальное прошлое и протиснуться на Запад с «черного хода» - но это сложно, и с каждым годом всё сложнее. И могут разоблачить. И всё равно придется работать не вполне легально, на грани криминала и в тесном контакте с криминалом. Если не всегда - то очень долго. Либо - как вариант - он может предложить обмен Западу, то есть коалиции развитых стран. Обмен простой: я вам относительный порядок в моей стране и относительную законность. Словом, условия для относительно быстрого, возможно, даже в пределах жизни одного поколения, формирования среднего класса. Вы мне взамен - прощение грехов и легализацию моих денег. Как правило, если список грехов не слишком велик, и в нём нет чего-то совсем уже запредельно-кровавого, Запад на такой размен идет. Не очень охотно, с большой долей недоверия и скептицизма, но идет.

И вот, теперь, освежив в памяти эти, вполне очевидные, но отчего-то непостижимые для большинства наших людей вещи, мы можем заняться анализом молдавских текущих дел и ближайших перспектив.

Дела молдавские

Местные выборы, прошедшие в Молдове минувшим летом, ещё раз подтвердили давно известный факт: молдавское общество расколото примерно пополам. Причем, расколото оно вовсе не на «европейцев» и «антиевропейцев» - этот признак в Молдове вторичен и формален. Молдавское общество по сути своей, в принципе, едино, оно глубоко постсоветское во всех своих смыслах и проявлениях. Как и всякое постсоветское общество, оно падко на халяву, и жаждет «сильного лидера», которому можно передать всю ответственность, оставив себе безопасное брюзжание на кухне или в соцсетях. Противоречия начинаются в момент выбора патрона: часть граждан видит его в России, часть - в ЕС. Однако, и «евразийцы», и «европейцы» при ближайшем рассмотрении похожи друг на друга как близнецы.

Так вот, местные выборы ещё раз подтвердили то, что было давно известно: молдавский избиратель падок на халяву, и это единственное, что по-настоящему объединяет Молдову. В остальном же выборы завершились вничью: ни условно-пророссийские, ни условно-проевропейские партии не добились решающего перевеса. Придя к патовой ситуации ещё и в парламенте, все влиятельные группировки начали энергичную борьбу за передел электорального пространства, и подготовку к досрочным парламентским выборам, которые и должны были стать реваншем за невнятные местные. К тому же, в марте в Молдове должны пройти выборы президента. Несмотря на камерность и закрытость этого мероприятия, поскольку президента избирает парламент - выборы предстоят крайне сложные. Потому что минимального большинства в 61 голос в нынешнем парламенте пока нет. Более того, в нём не было даже 51 голоса из 101 для формирования нового правительства взамен распущенного кабинета Валерия Стрельца.

Ситуация стала откровенно тупиковой. Неустойчивый, до предела люмпенизированный электорат, с короткой памятью и полным отсутствием социальной ответственности - это тот ещё флюгер. Он легко увлекается и легко разочаровывается. Это ведь не средний класс, которому есть что терять и который четко понимает свои интересы, а потому манипулированию поддается трудно. Эйфория от безвизового режима прошла. Кстати, безвизовый режим ещё больше облегчил отток из Молдовы потенциального среднего класса. Впрочем, он и без того шел в последние 20 лет. То есть, наше общество подвергалось отрицательному отбору, из него вымывались самые активные, квалифицированные и работящие. Оставались инертные и неумелые.

И вот, эта масса низкосортного электората, устав от неоправдавшихся европейских ожиданий была уже готова качнуться в другую сторону. В евразийскую. И проголосовать на очередных - а точнее на явственно наметившихся досрочных выборах за пророссийские партии. А что такое сегодня «пророссийская» партия? Это партия, представляющая интересы групп, желающих сохранить старые порядки, а с развитыми странами сотрудничать «с черного хода», потому что жить по их правилам и отвечать их высоким требованиям они просто не готовы. И тогда группа тех представителей меньшинства, которые готовились обменять создание условий для появления в Молдове среднего класса на отпущение им грехов,пошли на резкий перекрой партийного поля. Действуя подковерными методами - но других в наших условиях и быть не могло.

Можно ли считать возникшую в парламенте «социал-демократическую платформу» - социал-демократической? Не по названию, а по сути? При том, что никаких политических взглядов у наших депутатов нет, и перекрашиваться они могут как угодно, в зависимости от сиюминутной ситуации: позавчера ленинцы и наследники КПСС, вчера евразийцы, а сегодня уже европейские социал-демократы. Можно. Независимо от качества депутатов. Потому что социал-демократическая составляющая в общем политическом курсе нужна сегодня Молдове для создания условий, в которых может появиться средний класс. Впрочем, рассуждения о современной социал-демократии тоже тема отдельная. В общем - хорошая получилась платформа. Очень своевременная, я бы сказал. И, главное, с хорошими шансами сформировать правительство (51 голос) и избрать президента (61).

В качестве кандидата в премьеры называют Влада Плахотнюка. Ион Стурза, вероятно, непроходной. Хорошо это или плохо? Оговорюсь сразу - с этого момента наши рассуждения довольно абстрактны. Премьера мы с вами не выбираем. Но для общего понимания ситуации и определения позиции на выборах - будут же у нас когда-нибудь выборы, надеюсь, конечно, что не досрочные - это полезно.

Так вот, я ничего не хочу сказать ни за, ни против, ни об одном из кандидатов в обычной парадигме «а он честный» - «а он нечестный». Мне не интересно обсуждать их с этой стороны. В молдавской политике, как я уже много раз писал, нет святых, им там не место. И Плахотнюк, и Стурза - дети своего времени, они делали то, что принято делать в нашем обществе. Они вышли вверх единственным возможным способом - и определения «честность» и «нечестность» тут вообще не в тему, политика и бизнес работают в других категориях. Но Стурза - мелкая и маловлиятельная фигура, которая пытается вернуться из политического небытия. Его выдвижение - это, собственно, и есть пиар для такого возвращения. Избранный премьером он окажется в вакууме, лишенный команды, и будет вынужден формировать правительство по компромиссным партийным квотам. Все его требования о личном назначении ключевых министров, во-первых, будут проигнорированы, а во-вторых, даже если и не будут проигнорированы, всё равно ничего не решат. Слишком мало реальных возможностей у этого кандидата в премьеры.

Напротив, у Плахотнюка возможностей довольно много. Он, можно сказать, сегодня пребывает на самом пике своей влиятельности в Молдове. Он - победитель, равных ему по весу конкурентов во внутренней борьбе в Молдове у него сейчас нет. И ещё: он явно заинтересован в легализации на Западе. Он готов к размену, такой размен ему выгоден. Но гражданам Молдовы он тоже выгоден! То есть, интересы граждан, и интересы Влада Плахотнюка сегодня совпали. Не потому, что Плахотнюк такой хороший, а потому что так сложилось. А в случае Стурзы такого совпадения я не вижу. Как не вижу у Стурзы и возможностей для реализации реформ.

Что нас ждет в 2016 году?

Полагаю, что перекрой политического поля, осуществляемый внеэлекторальными методами - путем раскола конкурирующих партий, аппаратной борьбы, интриг, войны компроматов и возбуждения уголовных дел на ключевые фигуры конкурентов - или угроз таким возбуждением будет продолжаться до самых выборов президента. Возможно, по инерции, еще месяц-два после них, но уже на спаде. Причем, уже сегодня ясно, что политическое поле Молдовы в течение полугода изменится кардинально. Это делает плохо предсказуемыми любые персональные перемещения, кроме самого очевидного: появления кабинета Влада Плахотнюка. Если это случится - это, на мой взгляд, будет очень позитивным началом года. Во всяком случае, это - хороший шанс на позитивные изменения.

Если же говорить о конкурирующих концепциях - то, напротив, именно сейчас в Молдове наступает полная ясность. Сегодня в Молдове борются две концепции государственного строительства - не пророссийская и проевропейская, а легальная и криминальная. Легальная концепция сводится к тому, что в обмен на борьбу с коррупцией в Молдове, на вывод российских войск из приднестровского региона, на пресечение не на словах, а на деле, коррупционных, контрабандных, оружейных и прочих криминальных потоков, источником которых стала Молдова, причем, во многом, благодаря существованию «ПМР» - в обмен на всё это, Запад простит архитекторам такой Молдовы их прошлые грехи. И сторонники этой концепции, судя по всему, действительно хотят воспользоваться шансом войти в круг благонамеренных европейцев и не грешить более, ибо денег им хватает с избытком. Обменять снижение заработков на спокойную жизнь, сохранение уже нажитого, хорошую репутацию реформаторов и рукопожатость в ЕС honoriscausa.

Конкурирующая концепция напрямую исходит из России. Россия сегодня вроде бы и уходит из региона, она готовит слив «ПМР» в Молдову, но на своих условиях. Россия интенсивно разыгрывает карту автономий, она пытается втянуть в переговорный процесс Гагаузию. Она уже сейчас переориентирует на это направление пророссийские партии. Внимательно отслеживая публикации в СМИ, можно увидеть подготовку союза гагаузских политиков, не вписавшихся в общемолдавское поле, и шерифовских «обновленцев». Связующим звеном и платформой для их институализации в Молдове станет, судя по всему, партия Ренато Усатого. Вероятно, на ту же роль претендовал и Игорь Додон со своей ПСРМ, но проиграл тендер. Именно конкуренцией за соблазнительный и денежный проект и вызван, по-видимому, конфликт между ПСРМ и НП. Основным популистским лозунгом такого союза станет, и это уже очевидно, «борьба с олигархами». Деятелей из «Шерифа» в Молдове как олигархов воспринимают слабо, к тому же их сейчас умело перекрашивают в филантропов и меценатов, так что острота лозунга будет направлена конкретно против команды Плахотнюка. По сути это - новое издание антиевропейства, «анти-ЕС». С той только разницей, что вместо утратившего актуальность «евразийского» проекта сейчас поспешно конструируют проект «антиолигархический». Сам по себе лозунг «долой олигархов» начисто лишен смысла, как, впрочем, и любой популистский лозунг. «Олигарх» как явление - не причина, а следствие. Следствие отсутствия граждан и гражданской сплоченности, готовности к самоорганизации и коллективному сопротивлению. Там, где всё это есть - там нет такого явления, как «олигарх». Богатые люди, которые используют деньги, как политический инструмент есть, хотя на это накладывается масса ограничений, причем, чем крепче средний класс - тем их больше. А «олигархов» нет. Но в Молдове качество граждан запредельно низкое. Оно где-то даже ниже, чем в России, во всяком случае, уж точно, не выше. И наша единственная надежда избавиться от олигархов - это олигарх Влад Плахотнюк, желающий стать полноправным европейцем. Остается только уповать на то, что он окажется тверд в этом желании. Теперь давайте посмотрим, кто будет оппонировать Плахотнюку. Ему будут оппонировать те, кто не хочет или не может (точнее, не хочет, потому что не может, или не считает это экономически выгодным) жить по европейским правилам. Это коалиция из представителей криминального мира и российской власти. Причем, определить, где тут кончается одно и начинается другое зачастую невозможно. Потому, что российское государство очень плотно срослось с международной преступностью, а также с организованной преступностью внутри самой России. По сути, это единое целое. Легко прогнозируется и набор лозунгов, которые будут использованы в этой борьбе. Это, во-первых, уже упомянутый лозунг «долой олигархов». Во-вторых, это лозунг «автономизации Молдовы». По сути, «автономия с широкими полномочиями» - это очень удобная линия обороны для всякого криминалитета. От недовольных европейцев всегда можно прикрыться, как зонтиком, центральными властями, а от центральных властей - воплями о том, что, мол, Центр посягает на права автономии. Плюс к этому можно прокричать о своей любви к России и попросить у неё защиты. Именно это мы и наблюдаем в Гагаузии уже много лет. Кстати, Гагаузская автономия прекрасно демонстрирует, насколько тупиковой является в рамках Молдовы всякая «автономизация». Причем, не только для Молдовы, как государства, но и для населения самой автономии. Зато для всякого рода криминалитета такая «автономия» - желанная и безопасная гавань. И вот сейчас гагаузский опыт будут пытаться распространить на Приднестровье, преподнося это как «огромный успех реинтеграции» и навесив на Молдову «Гагаузию-2», гораздо более проблемную, во всех отношениях, чем Гагаузия-1. Если это получится, то на любой европейской интеграции можно смело ставить крест. Будем говорить прямо: сегодня реальным лидером и локомотивом европейской интеграции Молдовы не на словах, а на деле может быть только Плахотнюк. У других действующих лиц нет для этого ни мотивации, ни ресурсов. Ответом же Плахотнюка «автономистам» может быть только жесткая борьба с коррупцией, точнее борьба с антиевропейской оппозицией под коррупционными лозунгами. Это примерно то, что сейчас происходит в Сербии, где ситуация очень похожа на молдавскую. Арестовать всех коррупционеров, на которых имеется доказательная база, сербы просто не в состоянии - власти пришлось бы тогда арестовать самое себя. Поэтому аресты проводятся очень выборочно. Под каток попадают те, кто выступает противником проевропейского курса, и аффилирован с Россией. Нечто подобное, вероятно, мы сможем наблюдать в наступающем, 2016 году и в Молдове. Если, конечно, во-первых, Влад Плахотнюк станет премьером, а, во-вторых, его планы именно таковы, как я предположил. Впрочем, и то, и другое будет ясно в течение максимум месяца.

Если же это не так, то…. Тогда нам предстоит путь уже до самого дна. И, вероятнее всего - прямиком к досрочным выборам. Может быть, Санта Клаус (на российского Деда Мороза надежды нет) положит нам под елочку немного мозгов. Если будут выборы - это было бы кстати.

Обсудить