Великолепная семерка. Главные мифы российского ТВ об Украине

Диалог – это не пространство общего языка, а пространство общих смыслов. Без этого буквы сколько угодно могут складываться в слова, а слова в предложения – ничего путного из попыток договориться все равно не получится. Проблема современных России и Украины именно в том, что любая попытка переговоров так или иначе упирается в разницу сказанного. Даже если сказанное по обе стороны границы звучит одинаково.

На протяжении последних двух лет любой спор между странами неизбежно перерастает в брань. В том числе и потому, что пространство массовых смыслов в России формируется телевизором. Тем самым, который раз за разом транслирует об Украине вещи, имеющие весьма смутное отношение к реальности. И если бы кто-то решил попробовать составить FAQ по основным телевизионным стереотипам, то выглядел бы этот перечень примерно так.

1. На Украине, особенно на Западной, живут русофобы, предавшие СССР еще в войну

Авторы подобного утверждения всякий раз забывают о том, что Западную Украину присоединили к Советскому Союзу лишь в 1939 году. Сразу после этого в регионе запустился процесс классовых чисток. Вдобавок у этих областей не было в запасе двадцати лет на адаптацию к новой социальной реальности: не было временного лага, за который успело бы вырасти новое – лояльное СССР – поколение. В отличие, кстати, от других регионов страны.

Если задача Кремля состояла в том, чтобы затормозить дрейф Украины на Запад, достаточно было признать новые власти, осудить старые и возложить цветы к мемориалу «Небесной сотни»

Предать может только свой и своего, а для жителей этого региона Советский Союз уж точно не был своим. Мотивы людей, семьи которых за полтора года до начала войны раскулачили, выселили или отправили в колхозы, вряд ли могли быть сосредоточены на идее защиты государства, которое все это проделало.

2. Украина предает Россию, пытаясь уйти на Запад

Современный мир – это не мир независимостей, а мир наиболее эффективных систем взаимозависимостей. И прежде чем обвинять в чем-то Украину, стоит задаться вопросом: а какое уникальное ценностное предложение может сделать Киеву Москва? Все, что есть в самой России, – это плоть от плоти западной цивилизации. Более того, Москва сама стоит в очереди к окошку глобального «макдоналдса» где-то по соседству с Украиной. Так какой смысл Киеву покупать франшизу у перекупщика, если он может сделать это напрямую у правообладателя? По сути, единственное, что предает Украина, дрейфуя на Запад, так это ожидания самого Кремля.

3. Майдан – это госпереворот, поэтому Москва не связана никакими обязательствами перед Украиной по вопросам границ

Этот тезис транслируют всякий раз, когда речь заходит о Будапештском меморандуме или Большом договоре о дружбе и сотрудничестве, подписанном в 1997 году (в котором был пункт о неприкосновенности границ). Но ситуация в том, что договоры о границах подписываются правительствами, но заключаются с государствами. Де-факто это значит лишь то, что никакие смены властей, военные перевороты, извержения вулканов и вторжения инопланетян на эти обязательства никак не влияют. Как минимум до тех пор, пока государство продолжает существовать как субъект международного права. Иначе можно начать проводить очень неприятные аналогии с 1993 годом и событиями в центре Москвы.

4. Москва была вынуждена ответить на «антироссийский» Майдан, поэтому ввела войска в Крым

Тут важно не путать причину и следствие. Если задача Кремля состояла в том, чтобы затормозить дрейф Украины на Запад, то в его руках был проверенный инструментарий. Достаточно было признать новые власти, осудить старые, возложить цветы к мемориалу «Небесной сотни». Объявить, что Россия как «братское государство» заинтересована в создании на Украине правительства национального спасения. Принять активное участие в этом процессе в роли посредника. Сделать демонстративные шаги навстречу. Например – дать скидку на газ.

Дело в том, что украинские элиты, которые возглавили страну после Майдана, были бы счастливы вернуть все к доянуковичевской эпохе – той самой, когда они все успешно процветали. В подобном случае все перемены в стране снова свелись бы к избавлению от вполне конкретного Виктора Януковича и его ближайшего окружения. Потому что коррупционно-олигархическая модель сегодня царит не только в России – она продолжает сохраняться и на Украине. А близкие системы умеют чудесным образом договариваться.

Собственно, именно так Кремль поступал предыдущие два десятилетия, замораживая процесс украинского нацстроительства до неприлично малых величин. Но как только Москва дала понять, что ответом на Майдан будет раздел страны, – украинские элиты вынуждены были возглавить процесс усиленного дрейфа от бывшей метрополии. Просто ради сохранения собственной зоны комфорта. Ну или того, что от нее осталось.

5. Если бы Москва не забрала Крым – полуостров ждала бы судьба Донбасса

Весьма спорный тезис. Крым не мог повторить судьбу Донбасса хотя бы потому, что без Крыма не было бы Донбасса. Во-первых, именно с территории полуострова ехал в восточные регионы Украины Игорь Стрелков со своим отрядом, чтобы нажать там на спусковой крючок войны. Во-вторых, пророссийски настроенные жители шахтерского региона мечтали о повторении судьбы полуострова – когда приходит армия чужой страны и практически бескровно проводит операцию по смене флагов. Крым в данном случае выступил лишь примером, желаемой моделью, повторения которой кто-то мог хотеть в Донецке и Луганске.

Более того, до февраля 2014 года та же георгиевская ленточка была элементом внутриукраинского пейзажа. И только после ввода российских войск в Крым она стала восприниматься в других регионах Украины как маркер солидарности с агрессором. Если бы не Крым – не было бы трагических событий ни в Донецке, ни в Луганске, ни в Одессе. Те, кто не верит, может всмотреться во вполне просоветски настроенные Харьков или Запорожье, которые продолжают жить повседневной жизнью и голосуют за Оппозиционный блок. В конце концов, никакой монополии «Свободы» или «Правого сектора» (запрещен в РФ) в украинском парламенте не случилось – эти фракции не смогли даже в условиях войны преодолеть электоральный барьер.

6. Москва ничего не аннексировала – она присоединила полуостров, который к тому моменту был уже независимым

Давайте по порядку: в ночь на 27 февраля 2014 года российские солдаты взяли под контроль крымский парламент и Совмин, вывесили над зданиями российские флаги, а лишь затем местные депутаты сменили главу крымского правительства и назначили дату референдума о статусе полуострова. А «декларация о независимости АРК и Севастополя» была принята крымскими депутатами и вовсе 11 марта – уже после того, как российские войска две недели патрулировали улицы крымских городов.

Даты вне политики: ввод войск (или использование уже размещенных на территории Украины военных баз Черноморского флота) и захват органов власти делают юридически ничтожными все решения, которые после этого принимаются на данной территории. В такой ситуации говорить о правовом характере объявления независимости даже как-то неловко.

7. Украина никогда не существовала в нынешних границах – отсюда все проблемы

Знаете, загвоздка в том, что ни одна страна мира не существовала в нынешних границах на протяжении всей своей истории. Нынешняя Италия существует полтора столетия, Турция – около века, Польша – семьдесят лет.

И раз уж пошел об этом разговор, то давайте ответим и на другой вопрос – а какие границы самой России считать эталонными? По состоянию на 1653 год? 1783-й? 1917 год? 1945-й? На 1991? Или, может быть, все-таки 2013-й?

https://slon.ru/images/avatars/ef2b2b5e3b1076547b6f2abdb14c3535.jpeg

Павел Казарин Внештатный корреспондент Slon

slon.ru

Обсудить