«Никогда не доверяйте этому парню». Поладят ли Путин и Трамп?

И выиграет ли Россия, если смешать политику и бизнес

Поздравительную телеграмму 45-му президенту США Дональду Трампу Владимир Путин отправил меньше чем через час, после того как Хиллари Клинтон признала поражение демократов на выборах. Победу Трампа встретили бурными аплодисментами в Госдуме и «приветствовали» в Русской православной церкви. Сам триумфатор спустя несколько дней в интервью The Wall Street Journal сказал, что получил от Путина «прекрасное» письмо, уже на ближайшее время у них запланирован телефонный разговор, а первая встреча может состояться еще до инаугурации.

Все верно, комментирует такое теплое начало отношений бывший посол США в России Майкл Макфол: «Как минимум в начальной стадии у них будет что-то вроде медового месяца, они хотя бы попробуют». Но что из этого выйдет?

Просто «феноменально»

Путин и Трамп никогда не встречались. Но выбор американцев внушает России «умеренный оптимизм», заявил на прошлой неделе пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. Он сравнил победную речь Трампа с последним выступлением Путина на Валдае и пришел к выводу о «феноменальном» сходстве лидеров в подходах к внешней политике. Многие предвыборные обещания Трампа – например, возвращение иранских санкций или выход США из всех торговых соглашений – не отвечают интересам России, возражает Макфол. Но Путин и Трамп действительно во многом похожи, признает он: оба популисты с консервативной идеологией, оба не всерьез задумываются о демократии и правах человека, оба – сторонники «реальной политики», уверенные, что между государствами должен быть баланс сил, а если что-то хорошо для одной страны, то это обязательно должно быть плохо для другой. Но при этом у них очень разный бэкграунд. И еще: Путин уже 16 лет держит лидеров других стран в страхе, у него огромный опыт во внешней политике, а у Трампа этого опыта нет совсем.

Идея, что Трамп – прагматичный бизнесмен, с которым можно заключать сделки, в том числе и по волнующим Россию вопросам, – одна из главных в риторике российских СМИ

Многое будет зависеть от первого звонка, именно он задаст тон дальнейшим переговорам. Первая встреча тоже важна, но здесь на передний план выходит то, с кого Трамп начнет. «Визит в Россию может стать одним из первых, которые он совершит, и я знаю, что многие европейские лидеры нервничают из-за этого и из-за непредсказуемости Трампа, – говорит Макфол. – Если бы я мог ему что-то посоветовать, я бы сказал ему сначала посетить, например, Брюссель, или Берлин, или Лондон. Если он полетит в Москву раньше, чем в какую-то из этих столиц, это будет негативный сигнал нашим ближайшим союзникам».

Традиционно первая встреча президентов США и России после выборов происходит в течение нескольких месяцев после избрания, часто на территории какой-то третьей страны. Барак Обама, например, впервые встречался с Дмитрием Медведевым в Лондоне в апреле 2009 года, а затем в июле приехал с визитом в Москву.

Самое важное в будущих отношениях, – кого Трамп назначит на ключевые должности в своей администрации. И тут дела для России идут пока не очень. Еще до выборов команду Трампа покинули два человека, имевшие тесные связи с Россией: Пол Манафорт, в прошлом работавший консультантом свергнутого прокремлевского президента Украины Виктора Януковича, а также Картер Пейдж – бывший инвестбанкир, когда-то тесно работавший с «Газпромом», и любитель покритиковать американскую демократию.

Также Трамп не стал делать своим вице-президентом генерал-лейтенанта в отставке Майкла Флинна, который в декабре 2015 года был замечен сидящим за одним столом с Путиным на десятилетии телеканала RT в Москве (впрочем, Флинн по-прежнему считается одним из вероятных претендентов на пост министра обороны). А вот ставший в результате вице-президентом Майк Пенс особо не стесняется в выражениях по поводу Путина. «Когда Дональд Трамп и я наблюдаем, как в Сирии, в Иране, на Украине маленький и задиристый лидер России оказывался сильнее на мировой арене, чем его [Обамы] администрация, это говорит о прискорбных вещах. Это не поддержка Владимира Путина, это обвинение в адрес слабого и беспомощного руководства Хиллари Клинтон и Барака Обамы», – заявил Пенс на дебатах в октябре.

Есть ли у Путина шанс все это переиграть?

Путин и другие

В разное время российский президент старался произвести благоприятное впечатление на многих крупных иностранных политиков, пытаясь завоевать их симпатии и доверие. Но контакты с главами самых влиятельных западных стран, включая США, в итоге портились и рассыпались.

Для налаживания тесных отношений с Путиным имелись все предпосылки, вспоминал Тони Блэр в своих мемуарах «A Journey: My Political Life». Бывший британский премьер был дружен с известной французской аристократической семьей Строцци. Представитель ее русской ветви Владимир Рэн был близким другом бывшего начальника Путина в петербургской мэрии Анатолия Собчака. Одно время Собчак даже жил в парижской квартире Рэна.

Но дело было не только в общих знакомых: «Мы были одного возраста и, похоже, придерживались общих взглядов», – пишет Блэр. Незадолго до инаугурации 2000 года Путин, как тогда казалось британскому премьеру, открыто восхищался Америкой и, по крайней мере на словах, хотел демократии и экономического процветания для своей страны. Но при первой же встрече Блэр оценил разрыв между риторикой и поведением нового российского лидера.

Владимир Путин и Тони Блэр в подмосковной резиденции Ново-Огарево, 2003. Фото: Сергей Гунеев / РИА Новости

Британского премьера поразило, как в ходе совместного посещения Мариинского театра (Путин лично выбрал оперу – «Войну и мир» Прокофьева в постановке Кончаловского и Гергиева) новый хозяин Кремля царственно шагал по коридору, на каждом шагу встречаясь с представителями российской элиты, но ни с кем при этом не здороваясь, никому не улыбаясь и не пожимая рук. Отношения политиков так и не сложатся – как и их стран: Россия и Великобритания вступят в полосу затяжной дипломатической конфронтации, бесконечных взаимных обвинений и шпионских скандалов.

Спустя пять лет после первой встречи даже намек на дружбу с Путиным, по-видимому, настолько компрометировал лидера лейбористов, что тот отклонил приглашение в Москву для участия в праздновании 60-летия победы в Великой Отечественной войне. Впоследствии Блэр описал Путина как «таинственного, холодного, жесткого человека, за которым нужно тщательно следить».

Не менее жестко отзывалась о Путине будущий канцлер Германии Ангела Меркель: еще в 2001 году, после выступления российского президента в Бундестаге, она, тогда только лидер христианских демократов, в частной беседе с коллегой по парламенту сказала, что Путин – «типичный выходец из КГБ», и посоветовала «никогда не доверять этому парню».

Когда вскоре после своего избрания в 2006 году Меркель с официальным визитом полетела в Россию, Путин готовился к нему с особой тщательностью. В заснеженном Томске, где они встречались, Меркель кормили сибирскими пельменями, хотели поселить в роскошных апартаментах (она, правда, предпочла обычную гостиницу), а на пути следования президентского кортежа ей то и дело виделись флаги России и Германии. «Здесь холоднее, чем в Берлине, но город прекрасно подготовился к нашему визиту», – отметила она с удовлетворением.

Ангела Меркель и Владимир Путин во время ужина в трактире «Вечный зов». Томск, 2006. Фото: Дмитрий Астахов / РИА Новости

Многочисленные главы крупнейших немецких компаний, которые тогда приехали с канцлером, наперебой отмечали, что налаженным российско-германским связям, по-видимому, ничто не угрожает и что курс Герхарда Шрёдера на сближение Берлина с Москвой будет продолжен. Но это оказалось иллюзией. Журнал The New Yorker как-то объявил Ангелу Меркель «самым важным собеседником Путина на Западе» (они разговаривают «каждую неделю, если не чаще»). Но общение это не несло и тени личного расположения. Напротив, в итоге лидер Германии заняла позицию непримиримого критика Кремля. А отношения политиков стали описывать как взаимную неприязнь.

Что касается США, то обещания очередного американского президента улучшить отношения с Россией уже можно считать доброй политической традицией.

Старший научный сотрудник Foreign Policy Research Institute Николас Гвоздев вспоминает, как в ходе предвыборных кампаний кандидаты Джордж Буш и Барак Обама критически отзывались об итогах работы своих предшественников по сближению с Кремлем, а затем, в течение полугода после избрания, предпринимали собственные попытки сделать это. Справедливости ради, у Джорджа Буша-младшего это почти получилось.

Владимир Путин и Джордж Буш, 2003. Фото: Сергей Гунеев / РИА Новости

Памятное посещение Путиным ранчо Буша Prairie Chapel в Техасе (именно там американскому президенту удалось «заглянуть в душу русского человека»), готовность к погашению советского долга, участие и даже скорость, с которой Путин предложил Америке помощь 11 сентября (Путин был первым из позвонивших, а бывший пресс-секретарь Буша назвал поведение российского президента в тот день «фантастическим») – все это и правда вселяло надежду. Тем не менее, пишет Питер Бейкер в книге «Days of Fire: Bush and Cheney in the White House», спустя всего пять лет Джордж Буш с разочарованием признавался премьер-министру Словении: «Он [Путин] больше не демократ. Он царь. Думаю, что мы его потеряли».

Значительно позже в интервью CNN Буш попытался объяснить, что расчет на хорошие отношения с Путиным имел основания лишь в его первый президентский срок. «Казалось, что он хотел сотрудничать с Западом. <…> Но затем цена на нефть стала расти, и Владимир Путин изменился».

Обидчивый друг

В 2000 году, когда Джордж Буш-младший стал президентом, первую попытку поучаствовать в гонке сделал и Дональд Трамп. Он выставил свою кандидатуру на праймериз Партии реформ, основанной еще одним миллиардером, Россом Перо. Никто не сомневался, что для Трампа выдвижение – просто новый вид рекламы. За всю кампанию он провел только одну обычную встречу с избирателями, все остальные были совмещены с платными семинарами, на которых Трамп рассказывал о секретах бизнеса, зарабатывая по $100 тысяч за выступление. «Скорее всего, я первый кандидат в президенты, который не тратит деньги на кампанию, а зарабатывает на ней», – говорил он тогда журналистам.

На этот раз все всерьез, и сближение с Россией – один из пунктов предвыборной кампании Трампа. Но в Кремле рассчитывают не только на выполнение предвыборных обещаний. Идея, что Трамп – прагматичный бизнесмен, с которым можно заключать сделки, в том числе и по волнующим Россию вопросам, – одна из главных в риторике российских СМИ. Этот образ использовал в политике и сам Трамп. «Во время холодной войны он предложил себя в качестве переговорщика о ядерном разоружении. Почему он? Человек, который может договориться о самой сложной сделке по недвижимости, может привести к сделке и США с СССР», – пишет в вышедшей недавно биографии Трампа пулитцеровский лауреат Майкл Д’Антонио. Журналист отмечает, что общение с миллиардером и сейчас напоминает разговор с менеджером по продажам: «Он сказал, что собирался отказаться от встречи, но согласился только из уважения к моему напарнику. Мы заслуживаем права получить отказ лично, говорил он. Все это звучало как монолог продавца недвижимости: нет, я не хотел бы продавать, этот дом так много значит для меня. Только для вас я могу подумать об исключении».

Когда это необходимо, Трамп, как и Путин, может организовать прием и произвести впечатление. Д’Антонио описывает, как в начале 1980-х в Атлантик-Сити бизнесмен принимал членов совета директоров гостиничной сети Holiday Inn, которые должны были инвестировать в проект казино. Чтобы создать видимость масштаба, Трамп распорядился на время визита пригнать на стройплощадку всю найденную строительную технику. Один из гостей заметил, что экскаваторы просто перегружают с места на место одну и ту же кучу земли. Но у хозяина легко нашлись объяснения, и к вечеру совет директоров одобрил партнерство. «В разговоре Трамп умеет создать дружеское ощущение: “доверяется по секрету”, делает комплименты, искренне выражает сочувствие. Ему нелегко задавать трудные вопросы», – пишет Д’Антонио. Бизнес быстро развел партнеров: уже через два года Holiday Inn подала на Трампа в суд, а тот в ответ попытался провести враждебное поглощение компании. Такие конфликты у нового президента США случались часто, и свое мнение о людях он менял быстро.

Журналисты называют Трампа «тонкокожим» – он болезненно реагирует на самый незначительный выпад в свой адрес. «Он чувствует себя оскорбленным, если вы отказываетесь ему служить. А если вы его оскорбили, то вы для него умерли», – объясняет Д’Антонио. Когда Трампа, которого называют нарциссистом, хвалят, он отвечает тем же. «Если он [Путин] говорит замечательные вещи обо мне, я буду говорить замечательные вещи о нем. Как я уже говорил, он по-настоящему сильный лидер», – заявил Трамп незадолго до выборов.

Показать себя потенциально опасным – один из главных методов Трампа. При согласовании проекта своего первого здания на Пятой авеню он сначала представил главе ювелирной компании Tiffany, от которого зависело выделение участка под строительство, проект уродливого, но выгодного здания. В запасе у Трампа заранее был более подходящий проект, который на фоне первого приняли на ура. Этим приемом – обещать страшное, чтобы потом все примирились с компромиссным вариантом, – он пользуется до сих пор. Но не факт, что такие методы произведут впечатление на Путина.

Ну а пока что политику будущей администрации Трампа в отношении России объяснил один из главных соратников Трампа, бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани. В пятницу он пообещал, что Вашингтон будет говорить с Москвой о мире, но с позиции силы, и будет при этом располагать армией размера рейгановских времен.

При участии Сирануш Шароян

Георгий Неяскин
Обозреватель Republic
Евгений Карасюк
Обозреватель Republic
Обсудить