Итоги визита: что привез Додон из Москвы

Визит президента Молдовы в Москву, подаваемый пророссийскими силами в Молдове и радикальными патриотами в России как "Молдованаш", а молдавскими проевропейцами как измена, и катастрофа привнимательном ближайшем приобретает совсем иной смысл.

Кто приехал к Путину?

Прежде всего, обращает на себя внимание огромный перепад уровня переговаривающихся сторон: президента Путина и президента Додона. Дело тут не в разности масштабов России и Молдовы. Несопоставимы полномочия обоих президентов. Путин - полновластный хозяин России -  по крайней мере, в той степени, в какой в России вообще осуществимо полновластие первого лица, ограниченное саботажем исполнителей.  Додон  - чисто представительская фигура, с крайне ограниченными полномочиями, максимум  - четвертое по уровню полномочий лицо в государстве. Причем, отрыв уровня его полномочий от полномочий  первых трех лиц:  после председателя  парламента, премьер-министра и председателя Конституционного суда, очень существен, и, с большой долей вероятности будет увеличен в ближайшее время  путем принятия парламентом  поправок к действующему законодательству.  Таким образом, Додон был фактически послом " в ранге президента", звании громко звучащем, но мало что означающим в Молдове реально. У него не было возможности что-либо решать в ходе своих визитов.

В чём же была задача Додона?  Чтобы это понять, посмотрим, кто и зачем организовал этот визит.

Кто привез Додона к Путину?

Заинтересованных сторон просматривается, как минимум, три. Это, во-первых, сам Додон, желающий быть представленным Путину лично и произвести на него наилучшее впечатление, с  тем, чтобы получить российскую поддержку к парламентским выборам  2018 года - к тем выборам, на которых действительно будет идти борьба за власть.  Это, во-вторых, партия "приднестровского распила" во главе с Дмитрием Рогозиным, которая должна показать успехи, достигнутые в  приднестровизации в виде возврата под российское влияние правобережной части Молдовы, и, в связи с этим - надежность и долговременность проекта "ПМР", который может видоизмениться - но который и в объединенной, или частично объединенной Молдове всё равно сохранит свою роль российского форпоста. Или российского гарнизона, размещенного в крепости вассала как гарантия его верности, для пресечения попыток сбежать "в Европы".  И, наконец, в визите Додона был заинтересован реальный обладатель наибольшего объёма власти в Молдове  - не единоличный диктатор, но, несомненно, держатель  контрольного пакета политических акций, председатель Демократической партии Владимир Плахотнюк.

С его стороны в этом визите просматривались, как минимум, три  цели. Две для решения внутренних проблем в Молдове. Во-первых,  обострить противостояние двух оппозиционныхсил, являющихся его непримиримыми противниками: условно "проевропейских" и условно "пророссийских", и заставить их тратить максимум ресурсов на выяснение отношений друг с другом. Причем, действия Додона  при этом легко просчитывались, так что  с ним не было необходимости заключать какие-либо договоренности.  Совсем не  трудно было просчитать, что стремление получить из рук Путина "ярлык на правление" в Молдове, заставит его преподнести такие "дары", какие, по мнению Додона, ждет от него хозяин Кремля. И Додон их предсказуемо преподнёс, вызвав восторг в Москве и бурю негодования среди молдавских проевропейцев. А заодно дав понять всем в Молдове, что защитить  европейский выбор по-настоящему, реальными действиями а не заявлениями и декларациями, могут только Владимир Плахотнюк и его команда. И, наконец, третья цель относилась уже к области внешней политики: через посредство Додона прозондировать позицию Путина, выяснить его пожелания относительно Молдовы и довести до него хотя бы в первом приближении, в пересказе Додона, своё видение молдо-российских отношений.

Кремль: скверные советчики, старые карты и двойная политика

Трудно сказать, кто посоветовал Путину подарить Додону карту средневекового Молдавского княжества, большая его часть которого находится сегодня на территории современной Румынии. Вероятнее всего, совет исходил от Дмитрия Рогозина, и подарок был призван подчеркнуть не столько направление возможной экспансии Кишинева, сколько то, что территория непризнанной "ПМР" в состав Молдавского княжества никогда не входила. Идея, скажем прямо, была не самая удачная во всех отношениях - начиная с откровенной подставы Додона. Впрочем, возможно у Рогозина был свой расчет. Он тоже заинтересован в том, чтобы Додон и "проевропейцы", в том числе и те из них, кто выступает против Плахотнюка, находились в максимально напряженных отношениях.

Почему? Ответ простой: Рогозину не нужна победа Додона в 2018. Ориентированное на Россию большинство в молдавском парламенте породит шансы на возврат - пусть и на суперпророссийских условиях - "ПМР" в состав Молдовы. Это будет означать конец Большого Приднестровско-Патриотического  Распила, который с российской стороны, на правах старшего партнера, особо приближенного к телу вождя, возглавляет Рогозин, а с приднестровской - как младший партнер - тот, кто на данный момент выступает смотрящим по Тирасполю, кто именно - большого значения не имеет. Именно борьба за источник Вечной Халявы и порождает тираспольские  песни о "выборе народа", "безальтернативности независимости" и невозможности возврата в Молдову. Рогозину остается только молча разводить руками - мол, вы же видите, это ж не я придумал, вот, народ говорит.  Демонстрируя при этом картинку с "приднестровским народом":

Входят строем пионеры, кто - с моделью из фанеры,

кто - с написанным вручную содержательным доносом.

С того света, как химеры, палачи-пенсионеры

одобрительно кивают им, задорным и курносым,

 

Разумеется, молдавская делегация вежливо приняла подарок. Но Владимир Плахотнюк - человек с хорошей памятью, и что-то подсказывает мне, что Дмитрий Олегович Рогозин ещё получит подарок в ответ.  Карту Московского княжества XV века, например.

 

Ход Додоном

Но к выборам 2018 года готовится и Владимир Плахотнюк. Его положение двойственно. С одной стороны, по уровню влияния в Молдове ему нет равных, он - политический тяжеловес №1. С другой - он скорее талантливый аппаратный функционер (и финансист, разумеется), чем  успешный публичный политик.  Как политик он крайне непопулярен. Правда, свою непопулярность Плахотнюк успешно компенсирует искусным политическим лавированием, но это не означает, что он и впредь намерен мириться с такой ситуацией.

Преодолеть её сложно. Любой политтехнолог скажет вам, что нет ничего хуже, чем бороться с устоявшимися мифами. Но всё-таки возможно, в два этапа. Первый из которых - увести Плахотнюка на периферию общественного внимания и лишить его роли "персонифицированного зла", навязанной ему его противниками. Менее искусными в аппаратном лавировании и бизнесе, но преуспевшими в медиа-технологиях.

Иными словами, нужная другая политическая война. Иноплоскостная. Та, в которой Владимир Плахотнюк выступал бы не в роли одной из сторон, а как миротворец.  При этом,  реальная ситуация в Молдове такова, что ему нет никакой необходимости изобретать эту войну. Нужно просто сделать шаг в сторону, и предоставить событиям идти своим чередом.

Сегодня население Молдовы,  не включённое в систему родоплеменных социальных гарантий типа "фин-нанаш", и всё ещё остающееся в стране, до крайности дезориентировано. Утратив связь с реальностью (те, кто её не утратил - те массово уезжают, кто в ЕС, кто в Россию, словом, туда, где видят экономические перспективы) наши сограждане ударились в карго-культы, коих в Молдове существуют две разновидности: пророссийская и проевропейская. Именно по этой причине о "сторонниках сближения с Россией/ЕС" в Молдове можно говорить только условно. И в одном, и в другом случае речь идет о планах получения халявы, с той только разницей, что целевой источник - разный. Во всем остальном наши политические антиподы похожи как близнецы,  и демонстрируют совершенно одинаковый совковый менталитет и приблатненный ценностный набор.

Тем не менее, между сторонниками развода и доения ЕС - и России идут не менее жаркие споры, чем между сторонниками поедания яйца всмятку путем разбиения его тупого, либо острого конца, война которых описана Свифтом. 

И Плахотнюк "завел себе Додона" - как в известном детском стишке "кто завел себе собаку, кто завел себе кота..." - он сознательно сыграл -совсем чуть-чуть -  на установление примерного паритета сил между одними и другими "интеграторами". Теперь   ненависть к нему с одной и с другой стороны будет постепенно канализирована в противостоянии додонофилови додонофобов. А сам Влад Плахотнюк к 2018 году займет в общественном сознании позицию миротворца и мастера компромиссов, удерживающего радикалов с обоих сторон от взаимного истребления. Кроме того, используя Додона можно немного придушить в его объятиях сепаратистское Приднестровье - не до конца, а лишь слегка. Так, чтобы с одной стороны ограничить тираспольские вольности, а с другой - сохранить, как важный инструмент, необходимый для взаимовыгодного сотрудничества с Россией.

Судя по всему, в Кремле намерения Плахотнюка понимают, сигналы от него приняли, и в принципе с идеей согласны. "Подающая европейские надежды" Молдова, раздираемая стремлением части своего населения в позавчерашний день и Евразийский союз, плюс формально непризнанное и неуправляемое, а по факту контролируемое на паритетной, между Москвой и  Кишиневом основе условно-пророссийское  Приднестровье (условно - потому, что там царит тот же карго-культ, и обитают такие же охотники за халявой, как и в Молдове), которому нечего терять в репутационном плане, и которое по этой причине может почти в открытую делать самые неприличные вещи, ничем не рискуя; плюс формально-признанная но вечно фрондирующая Кишиневу Гагаузская автономия, с огромным влиянием в ней России - всё это, вместе взятое, позволяет собрать практически идеальный шлюз для неафишируемых связей ЕС-Россия. Не то чтобы даже в обход если не всех, то очень и очень многие антироссийские санкции, а, скажем так - в строгом соответствии с их формально прописанными правилами, в которых есть масса вполне легитимных лазеек.  Нужен только механизм для их использования - ну, и какая-то логистика. Механизм будет реализован в описанном выше шлюзе, а логистика уже есть, и довольно приемлемая. Хотя между Молдовой и Россией нет сухопутной границы - но есть воздушное сообщение, есть банковские транзакции и есть морской путь - от порта Джурджулешть, по Дунаю и далее в любой из российских портов на Черном море.

Именно прощупывание возможных деталей такого сотрудничества и составляет главную суть и смысл визита Додона. Ни самого Додона и членов его делегации не следует недооценивать. В Москву поехала команда специалистов, имеющих большой опыт сотрудничества именно с Россией. Сам Додон вовсе не глупый шут, каким его пытаются представить враги. Он вполне адекватный, умный, очень прагматичный и опытный политик. Иной вопрос, что он реализует свои политические планы опираясь на сторонников пророссийского карго -  так уж сложилась его политическая судьба. Это вынуждает его демонстрировать публично некоторые особенности в поведении. Стороннего человека они могут шокировать и ввести в ступор, но специфический электорат Социалистической партии желает видеть именно такого лидера -  и Додон создаёт для него ту картину своей деятельности, которая этот электорат устраивает. Однако при всём при этом было бы большой ошибкой считать Додона ровней его избирателям. Это столь же неверно, как мысль о том, что интеллект и знания Гамельнского крысолова сопоставимы с интеллектом средней крысы, идущей за звуками его дудочки.

Подведем итоги

Хотя внутри молдавского политикума кипят страсти и борьба, усилиями Влада Плахотнюка (да, это его заслуга) на внешнеполитическом направлении молдавская сторона начинает играть как единая команда. Все заявления Додона о возможной отмене Ассоциации с ЕС и прочие жесты в таком же духе - часть этой игры, их задача - прощупать глубину брода на который собирается вступить Молдова, и наличие неожиданных ям на этом пути.

В целом же команда Молдовы играет свою игру - не российскую, и не европейскую, а свою. При этом, в общую игру вовлечены и Влад Плахотнюк и оппонирующие ему политические фигуры. В этой игре у молдавской команды нет ни врагов, ни друзей - есть только интересы, как внешние, так и внутренние.  Влад Плахотнюк не является ни другом, ни врагом Украины, России, Румынии или Запада. Будучи человеком образованным и неглупым, он, безусловно, является сторонником европейской интеграции - но лишь в принципе, в общем, и стратегически. А в частности и тактически - совсем не прочь получить некоторые бонусы, играя на противоречиях соседей и  используя удачную ситуацию. Что касается Игоря Додона,  то он один из участников этой игры  - со своими интересами внутри Молдовы, но одновременно - часть молдавской команды во внешних переговорах.

Пределы возможного

Именно это положение дел и обуславливает осторожную позицию Додона по ряду скользких вопросов. Так, описывая своё отношение к крымской проблеме Додон несколько раз заявлял, что "Крым де-факто российский, но вопрос не урегулирован с юридической стороны".  Понятно, что такая формулировка вызывает недовольство и в Киеве, и в Москве - но Додон твердо  стоит на этой позиции, поскольку она - единственная, не ставящая его ни на одну из противоборствующих сторон.

Ближайшие три визита Додона, очевидно, состоятся в Брюссель, Бухарест и Киев. Что ж, относительно сотрудничества с ЕС, с Румынией и с Украиной у Молдовы тоже имеются весьма обширные планы. Не враждебные, и не дружественные, а выгодные Кишиневу и способные вызвать ответный интерес принимающей стороны.

Почему именно Додон?

Причин, по которым именно Додон совершает и совершит в ближайшее время ряд зарубежных вояжей, представляя по факту общемолдавские интересы, есть несколько.

Во-первых, он - новая фигура - и это создает повод  для серии поездок. Во-вторых , интенсивное продвижение Додона должно исправить некоторый перекос в молдавской политике, при котором пророссийский электорат был лишен убедительного внешнеполитического представительства и остро ощущал это. Широкое внешнеполитическое представительство президента-социалиста должно снизить радикальный настрой условно-пророссийски настроенных избирателей и одновременно побудить их условно-проевропейских оппонентов к конструктивным действиям, выходящим за рамки митинговой активности под единственным лозунгом "долой Плахотнюка".

В-третьих, Додон имеет всё же минимум полномочий. Если что-то пойдет не так, от данных им обещаний можно будет легко отказаться. По сути, это всего лишь разведка и прощупывание перед генеральным наступлением. А оно явно готовится. В планах Молдовы, мозговым центром которых является Плахотнюк и его окружение, ясно просматривается желание увязать в единый узел сотрудничество по всем важнейшим направлениям: ЕС, Румыния, Украина и Россия, минимизировав противоречия между ними и усилив по максимуму преимущества, которые можно извлечь из такой взаимоувязки.

Иными словами, не стоит рассматривать Додона как однозначно пророссийского политика, а новый курс Кишинева как однозначно промосковский - или более промосковский, чем раньше. Это неверно. Новый курс, судя по всему, будет более промолдавскии и предельно прагматичным.  Исходя из принципа "Молдова - превыше всего".

Обсудить