Реализуются ли планы Кремля на выборах в Молдове в 2018 году?

Президента Игоря Додона принимали в Москве по высшему разряду, обласкав всеми возможными способами.

Тем не менее, по нашему мнению, Кремль не считает возможным делать в 2018 году ставку на одного только Додона. После провала меморандума Козака, в Кремле не доверяют ни одному молдавскому политику. И поэтому не будут складывать яйца в одну корзину. Россияне понимают, что Додон,  Гречаная и другие, прежде всего, молдаване, граждане Молдовы, а только потом пророссийские политики.

Поэтому в  Кремле не хотят наступить на старые грабли в очередной раз.

Впрочем, молдавские политики тоже не обольщаются "дружбой с Россией". На примере Украины, они хорошо видят, как трансформируется российская "дружба" и "братские чувства" в ответ на попытки "братской страны" вести политику, независимую от указаний из Кремля.

Никаких компромиссов

Но всё же, Додон и Путин сегодня нужны друг другу. Додону нужна помощь Путина, чтобы получить для своей партии власть  в 2018 году. Эта помощь может быть как официальной - в виде решения снятия запретов на экспорт молдавских товаров в Россию, улучшения положения молдавских мигрантов и т.д., так и неофициальной, в форме пропагандистской и финансовой поддержки избирательной кампании.

А Путину нужна победа пророссийской партии Додона в Молдове, что дало бы  Путину еще один повод продемонстрировать как россиянам, так и своим сторонникам по всему миру, что там, где Путин, там победа.  Но в то же время, Путина не устраивает такое развитие событий, при котором Додон получил бы большинство в парламенте "в одни руки". Это сразу же изменило бы ситуацию, превратив председателя ПСРМ из просителя в партнера. Москва же не желает партнерства ни с одной из бывших советских республик. 

Как российское руководство, так и российское общество в целом, психологически не готовы к сотрудничеству на равных.  Отношения с бывшими республиками СССР видятся в России только как колониальные, или, выражаясь в принятых там терминах, как отношения "братских народов", а Россия всегда «старший брат». 

Если бы Россия была готова к компромиссам, ей было бы проще искать их с нынешней властью в  Молдове. Но эта власть сильна и едина, она практически не зависит от России.

А, чтобы диктовать свою волю, России  нужно раздробить в Молдове власть. Прежде всего - получить в  парламенте толпу политических гномов, ни один из которых не обладал бы большинством голосов, и которые не могли бы договориться между собой без российского посредничества.

Очевидно, что при таких приоритетах Россия не может желать слишком большого усиления Додона. Да, Кремль ставит на него, и это уже очевидно. Но, одновременно в будущем парламенте должны быть заложены  мины, способные принудить Додона следовать в узком коридоре заданного Москвой курса, и пресекающие попытки повести  собственную игру. России нужна полностью управляемая Молдова, которой можно просто отдавать приказы.

Как будет развиваться ситуация сейчас - позднее, ближе к выборам

Делать прогнозы за почти два года до выборов  - занятие неблагодарное. Но некоторые шаги России абсолютно предсказуемы.

Додон хочет замкнуть на себя все связи с Россией, отсекая от них других политиков,  в том числе и приднестровских. А нынешняя власть Молдовы, команда Плахотнюка, готова без сопротивления отдать Додону монопольную роль "друга России", в обмен на позитивные для всей Молдовы результаты в торгово-экономической области. Но приближаются выборы 2018 года, когда колода будет сдана по новой. В планах Додона - прорыв к власти - к большинству в парламенте. В планах Кремля  - создание ситуации, когда Додон не будет иметь собственного большинства, и будет, таким образом, зависим от Москвы. Это позволило  бы Кремлю оказывать давление на внешнеполитический курс Молдовы,  блокировать евроинтеграционные процессы и навязывать собственную модель решения проблемы Приднестровья. Но такой вариант неприемлем для команды Плахотнюка, и при попытке реализовать его при помощи Додона, между ней и Додоном возникнут непреодолимые разногласия.

Додон хочет вернуть Приднестровье в Молдову - в любой форме и на любых условиях. Это дало бы ему огромные преимущества и в предвыборной кампании, и в дальнейшем. Но приднестровская верхушка категорически против этого.  Она предпочитает сохранить статус-кво: свою отдельность о Молдовы, пусть и ценой непризнанности, и прямые связи с Москвой. А Москва же, в свою очередь, тоже не склонна ставить между собой и приднестровцами кого бы то ни было из Молдовы. Приднестровцы для Кремля хоть и вороватые, и наглые, но свои, а молдаване  - чужие.

Ещё Игорю Додону хочется приватизировать голоса всех граждан Молдовы, работающих в России и проживающих в Приднестровье. При хорошем раскладе это минимум 200 тысяч голосов. Но авторы сомневаются, что Кремль допустит такую монополизацию. Москва, как уже было сказано, хочет видеть в Молдове мозаичное большинство, способное действовать как единое целое только по её воле и её приказу. А это значит, что часть ресурсов, включая и контролируемые из Москвы голоса молдавских избирателей, могут быть отдана на другой политический проект. И об этом чуть позже.

И еще один важный момент, необходимый для понимания политики Кремля в Молдове. Кремлю нужна не только победа на выборах в 2018 году пророссийских партий. Москве также важен оперативный контроль за ситуацией в Молдове, осуществляемый через российские СМИ, ведущие пропаганду в нашей стране, через общественные объединения, через агентов влияния и разного рода полезных идиотов, а самое главное – через территории, где большинство жителей настроены пророссийски: Приднестровье, Гагаузию, Бельцы и т.д.

Отдаст ли Россия Приднестровье Молдове?

Здесь мнения авторов разделились. По мнению Андрея Андриевского - в принципе, и в некоторой временной перспективе может и отдать. Во-первых, ей нужен приз для Игоря Додона. Во-вторых, для того, чтобы с помощью этого и других пророссийских регионов, уже однозначно и легитимно вмонтированных в систему молдавской власти, взять Молдову под полный контроль. И, в третьих, для того, чтобы Владимир Путин мог сыграть роль миротворца, которому мир простил бы Крым и Донбасс за решение проблемы объединения Молдовы.

У Сергея Ильченко другая позиция. Да, Россия приложит все усилия, чтобы через Приднестровье влиять на выборы в Молдове, но отдавать его в Молдову не будет.  Этот анклав может ей ещё не раз пригодится по самым разным поводам.

При этом, Россия будет стремиться максимально изолировать регион от любого стороннего влияния - не только Кишинева, но Киева. Украинская составляющая в  непризнанной "ПМР" после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе вообще находится под пристальным вниманием Москвы. Причины для этого есть. Да, часть приднестровских украинцев заморочена оголтелой антиукраинской пропагандой, а часть запугана репрессиями КГБ-МГБ ПМР, развернувшим после Майдана настоящую охоту на проукраински настроенных жителей анклава. Но, при всём, при этом, украинцы, включая и постоянно проживающих там граждан Украины, из Приднестровья никуда не делись. И Москва делает всё возможное, чтобы снизить влияние Украины на этот регион.

Среди прочего она активно компрометирует  приднестровское руководство в глазах Украины, с тем, чтобы лишить Тирасполь даже мимолетной возможности маневра. Такую цель преследует, к примеру, назначение бывшего "зам.председателя Совмина по социальным вопросам" и "министра иностранных дел""ДНР"  в качестве Александра Карамана, главой представительства ПМР в России". Или сделанное под российским давлением переутверждение новым "президентом ПМР" Вадимом Красносельским  на должность министра МГБ ПМР известного украинофоба Михаила Лапицкого, полностью контролируемого Москвой.

Конечно, Москва в ближайшие два года будет принуждать ПМР и Молдову к демонстрации некоторого сближения. Цель такой операции одна: под вывеской "небывалых успехов реинтеграции" добиться на выборах 2018 года открытия избирательных участков Молдовы на территории ПМР, и проведения там полномасштабной избирательной кампании тех партий, на которых Кремль сделает ставку.

Молдова. Парламентская арифметика

С практической точки зрения устойчивое большинство в парламенте начинается с 54-55 мандатов. На такую цифру, как на минимальный результат, и должен ориентироваться Кремль.

На выборах 2014 года Додон получил  25 мандатов.  Если проанализировать результаты парламентских  выборов 2014 и президентских 2016, то, экстраполируя всё это на 2018 год, при самом благоприятном для Додона сценарии, можно говорить о 35-36 мандатах. Это немало - но это не большинство. Российская поддержка могла бы, наверное, докачать результат ПСРМ до .... возможно, до 40-42 двух мандатов. Это очень много для Молдовы. Но это всё равно не большинство, и есть все основания полагать, что если на политическом поле не произойдет кардинальных изменений, то все остальные депутаты сблокируются против ПСРМ. Собственно говоря, вся деятельность Додона на посту президента как раз и поляризует молдавское общество. В первую очередь, она сплачивает довольно рыхлую условно-проевропейскую оппозицию, одновременно внушая ей мысль о том, что союз с властями всё-таки предпочтительнее, чем сдача Молдовы Додону.

А в лагере пророссийских сил, напротив, налицо некоторый разброд. Победив на президентских выборах, социалисты замкнулись в своём кругу, предвкушая дележ российской помощи, победу на выборах 2018 года и сладость власти. Вокруг Додона образовался круг "своих" экспертов, в значительной степени изолирующих его от реальной ситуации, и одновременно стремящихся не допустить чужаков. Некоторой изоляции Додона способствует также и Россия, которой не нужна слишком большая фракция ПСРМ. Оптимальный размер успеха социалистов на выборах лежит для Кремля в пределах  40 мандатов. Откуда же взять ещё 15-16? При этом, брать их надо аккуратно - так, чтобы не увести голоса у самого Додона.

Электоральный ресурс для этого в Молдове, несомненно, есть. Но нет, во-первых, инструмента для его использования. Во-вторых, нужно провести операцию по сепарированию тех, кто поддерживает Додона и ПСРМ, от тех, кто хотел бы голосовать "за единство с Россией", но Додона и ПСРМ на дух не переносит.

Этот процесс уже запущен. Его легко заметить в соцсетях - в группах, где сосредоточены пророссийски настроенные граждане. Накал страстей и критика Додона "с пророссийских позиций" растут буквально не по дням,  а по часам. Что же касается новой политической силы, то с ней ясности пока нет.

Начнем с того, откуда второй политический проект России может набрать голоса.

Во-первых, от партии коммунистов. Всем уже понятно, что воронинская ПКРМ умирает. Часть членов партии, а, самое, главное, её избирателей, уже ушли к ПСРМ Додона-Гречаной. Осталось порядка 5%. Что-то еще может уйти к ПСРМ. А что-то и к новому проекту.

Во-вторых, Платформа ДА. Этот проект также затухает. И не случайно Андрей Нэстасе начал обивать пороги в Москве в поисках финансирования и покровительства. Весьма вероятно, что Москва вольет эту партию в свой новый проект - или даже сделает такой проект на базе этой партии.

И, в третьих, "Наша Партия".  Ясно, что  Ренато Усатый в Молдову уже не вернется, по крайней мере, до конца 2018 года. Вместе с тем, не исключены и попытки реанимации этого проекта или объединение с другими политическим силами. С той же Платформой ДА.

Не исключено, что к созданию «нового проекта» будут подключены (а по многим признакам - уже подключены) в качестве идеологов и пиарщиков - изгнанные или вытесненные из Партии Коммунистов  "пророссийские интеллектуалы".

Со всеми усушками и утрусками эта команда при  мощном финансовом вливании и пропагандисткой поддержке российских СМИ, вполне  может взять 15 мандатов при выборах по партийным спискам. А если закон о выборах будет изменен, и появятся одномандатные округа, то, с опорой на этот ресурс  можно играть и на них. Словом, 15  мандатов - вполне достижимый результат.

Некоторые проблемы возникают только с лидером проекта. Чубашенко – слаб, лишен и харизмы и лидерских качеств.  Нэстасе – по многим параметрам плохо вписывается в образ лидера пророссийской партии, хотя и не прочь, судя по всему стать человеком Кремля. Возможно, в лидеры двинут какую-то фигуру из тени - этот вариант представляется наиболее вероятным. Такой фигурой может стать один из экс-послов, более или менее известный, либо ещё бодрый отставник из КГБ либо МВД.  Всех остальных, кто будет участвовать в кастинге, но не пройдет, бросят в президиум, в руководство партии и в первую 20-ку списка, просто чтобы не путались под ногами.

В общем и целом, партия №2 вполне вырисовывается, и с хорошими шансами на коллективную победу: 15 своих мандатов + 40 мандатов ПСРМ. Это обеспечит на следующие 4 года "красный треугольник" в виде двух партий в основании, и с вершиной в Кремле. Твердое управление Молдовой из Москвы на все 4 года. И такие последствия для Молдовы, которые потом можно и за 20 лет не расхлебать.

Разумеется, как уже было сказано, делать прогнозы за два года до выборов  - задача неблагодарная. Но уж очень ясно вырисовывается подобный вариант нашего будущего.


Андрей Андриевский, Сергей Ильченко

Обсудить