Почти победа. Почему президентом Франции станет Эммануэль Макрон

Фаворит Кремля выбыл из президентской гонки. На очереди – Марин Ле Пен. Скорее всего 7 мая Франция изберет новым президентом Эммануэля Макрона – глобалиста, сторонника либеральных ценностей и прогресса, открытого общества, защитника разного рода прав человека. Это фигура, которая по своим ценностям максимально дискомфортна для Москвы.

Предвыборные плакаты во Франции. Фото: Eric Gaillard / Reuters

23 апреля Франция выбрала нового президента (следить за подсчетом голосов можно здесь): им станет, почти со 100% вероятностью, лидер нового движения «В пути» Эммануэль Макрон. Если итоги первого тура никто не брался прогнозировать из-за слишком слабой разницы в рейтингах четырех ключевых кандидатов, то во втором туре – результат практически предрешен. Для России нынешние итоги – очень плохая новость: еще в период кампании Кремль успел рассориться с фаворитом избирательной гонки, рассчитывая на победу наиболее комфортного для себя кандидата – Франсуа Фийона.

Итоги первого тура были совершенно непредсказуемыми. Социологи строили самые разные комбинации, вероятность каждой из которых казалась в той или иной степени высокой. Но на фоне последних драматических ошибок социологов – с результатами выборов в США и итогами референдума о выходе Великобритании из ЕС – доверие экспертов и журналистов к опросам общественного мнения заметно снизилось. На самом деле зря: по крайней мере, во Франции прогнозы ведущих социологических центров практически сбылись. Сильнейшая интрига здесь была связана с необычно большим числом неопределившихся: по разным опросам, от 28 до 34% избирателей, которые собирались принять участие в выборах, не исключали, что в последний момент изменят мнение о том, кому отдать свой голос.

Но в итоге самая странная ⁠и необычная избирательная кампания завершилась без сюрпризов. Первое место получил ⁠Эммануэль Макрон – лидер появившегося только в прошлом году движения ⁠«В ⁠пути». Бывший ⁠министр экономики, один из самых молодых французских политиков – «ни левый, ⁠ни правый» – по предварительным оценкам, набирает около 23%. Его электорат представлен более зажиточными французами, лицами с высшим образованием, средним и малым бизнесом. Треть его избирателей декларирует отсутствие серьезных финансовых трудностей. Макрон оказался наиболее убедительным для «оптимистов», тех, кто имеет в целом неплохой уровень жизни и верит в лучшее будущее Франции. Гипотеза, что Макрон – «электоральный пузырь», который непременно должен лопнуть, оказалась ложной. Кандидат, которого называли искусственным продуктом, синтетическим мальчиком, за которым стоят крупные корпорации, медиа-ресурс и административная мощь якобы тайно поддерживающего его президента Франсуа Олланда, сумел оттянуть на себя голоса избирателей на фоне кризиса системных партий – «Республиканцев» и социалистов.

Вместе с Макроном во второй тур вышла лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен: последние недели перед голосованием, они шли ноздря в ноздрю, периодически уступая друг другу лидерское место в опросах. Но результат Марин Ле Пен оказался несколько ниже ожиданий, особенно с учетом того, что до последнего момента существовали опасения, что число полученных ею голосов по итогам выборов резко превысит прогнозные значения за счет «стесняющегося» электората – то есть тех, кто в ходе опросов не признавался в симпатиях к «Национальному фронту». Против Марин Ле Пен сыграла относительно высокая явка, которая значительно превзошла прогнозы: почти 78% против ожидавшихся 70–72%. Марин Ле Пен потеряла по большей части среди молодежи, которая решила поддержать Меланшона и Макрона. Зато значительную часть ее избирателей составили французы 35–49 (29%) и 50–59 (27%) лет, рабочие (37%) и прочие наемные служащие (32%). Треть электората Марин Ле Пен – люди низкоквалифицированного труда, а 43% – едва сводят концы с концами.

Прогнозируемым, но все равно удивительным остается необычно высокий результат лидера движения «Непокоренная Франция» радикального левого политика Жан-Люка Меланшона, который провел не только крайне эффективную и очень современную кампанию, но и воспользовался полным провалом социалистов. Бенуа Аман за последний месяц провалился в опросах с 12% до 6–7%, в то время как рейтинг Меланшона взлетел сразу на 8 пунктов за четыре недели. Получив почти 18%, он вошел в политический авангард за счет того, что сумел создать убедительный образ честного и близкого к народу политика – все это на фоне морального износа политической элиты Франции. Меланшон привлек голоса очень молодых – 18–24 лет (30%) и безработных (31%). Он стал самым привлекательным кандидатом для левых избирателей (почти 44%), что усугубляет кризис социалистов.

Франсуа Фийон – самый комфортный кандидат для Москвы – так и не сумел оправиться от негативных последствий многочисленных скандалов, связанных с его именем. Совершая ошибку за ошибкой, он в преддверии первого тура сумел слегка приподняться, но прорыва не произошло. В условиях резкого снижения доверия французского общества к традиционным политическим силам и институтам, гораздо большее значение для электората стали играть не программные тезисы, а оценка личных качеств. Фийон, чьи предложения для правого избирателя были действительно весьма привлекательными, проиграл не как политик, а как человек, не сумевший доказать, что достоин поста президента. Он может смело возглавить партию пенсионеров – за него проголосовали в основном пожилые: 45% тех, кому за 70 лет.

Исход второго тура практически предрешен: все ключевые социологические центры дают Макрону более 60%, а Марин Ле Пен – менее 40%. Против последней консолидируется вся элита, как это происходило в 2007 году, когда во втором туре бились Жак Ширак и Жан-Мари Ле Пен. За Макрона уже призвали голосовать Фийон, Амон, Алан Жюппе. Правые и левые объединяются перед угрозой победы радикальной силы.

По данным совместного исследования CEVIPOF и Ipsos, получить голоса правых Макрону будет не так просто. Только 42% избирателей Фийона готовы отдать предпочтение лидеру движения «В пути», 31% – и это очень много – не исключают голосования за Марин Ле Пен. Часть левых также могут перейти к лидеру «Национального фронта» – 12% тех, кто голосовал за Меланшона, но 51% его электората могут отдать свой голос Макрону.

Уже в первые часы после поступления предварительных результатов с избирательных участков вокруг Макрона начала формироваться большая элитная коалиция. Сейчас его победа во втором туре кажется вопросом техническим. Голосование состоится 7 мая – за это время у Марин Ле Пен нет практически никаких шансов переломить ситуацию. Как говорят французские социологи, ничто не поможет ей пробить «стеклянный потолок» в 40% избирателей, которые готовы отдать за нее свой голос. Для победы во втором туре президентских выборов Марин Ле Пен необходимо набрать около 17 млн голосов, в то время как на региональных выборах ее максимум составлял 6–8 млн. Набрать еще как минимум 10 млн голосов – задача непростая, особенно с учетом того, что Макрон для Ле Пен – самый неудобный конкурент из всех возможных. Шанс на победу у нее был исключительно в случае выхода во второй тур Франсуа Фийона.

Все это означает, что скорее всего 7 мая Франция изберет новым президентом Эммануэля Макрона – глобалиста, сторонника либеральных ценностей и прогресса, открытого общества, защитника разного рода прав человека. Это фигура, которая по своим ценностям максимально дискомфортна для Москвы. Невзлюбив Макрона именно как антипода всему тому, что Кремль так активно приветствовал в последнее время (риторика Трампа, подъем национально-патриотических сил, международная дезинтеграция и т.д.), Москва сознательно пошла на обострение отношений с предвыборным фаворитом и развернула против него жесткую информационную кампанию. В штабе Макрона также не исключали, что Кремль причастен и к кибер-атакам на серверы его движения. И если в начале кампании Макрон был настроен по отношению к России сравнительно нейтрально, то к ее концу его риторика заметно ужесточилась. Уже в феврале-марте он резко осуждал действия России в Сирии, а затем требовал расследования фактов преследования геев в Чечне.

Выход Макрона во второй тур – очень плохая для России новость. Как теперь Кремль будет выстраивать свою информационно-коммуникационную линию – неясно. Вероятно, есть два ключевых сценария. Первый – стабилизирующий: Москва, понимая неразумность политики усугубления конфликта с Макроном, возьмет паузу и прекратит полоскать фаворита в прокремлевских СМИ, называя его американским агентом, ставленником мирового империализма и политиком с нетрадиционной ориентацией. В рамках этой тактики Кремль также может отказаться от чрезмерного заигрывания с Марин Ле Пен. Такая линия кажется относительно прагматичной: Макрон, который, будучи министром, даже выступал за снятие антироссийских санкций (пусть и с дежурными оговорками), – не катастрофичная кандидатура для России. Но есть второй сценарий – конфликтный: продолжение и даже интенсификация атак на Макрона и откровенная поддержка Марин Ле Пен, что будет напоминать недавнюю игру Москвы против избрания Хиллари Клинтон в США.

Выбор в пользу конфликтного вариант кажется вполне допустимым по трем причинам. Во-первых, Москва вряд ли опасается всерьез усугубить отношения с будущим президентом Франции, не веря в возможность продуктивно взаимодействовать с Макроном. Скорее даже напротив – дистанцирование и жесткая риторика могут восприниматься кремлевскими «ястребами» как профилактика, игра на завышение ставок в будущем торге с Парижем. Во-вторых, политический вес Франции в решении международных дел остается небольшим. Кремль давно говорил, что страны Западной Европы слишком часто оглядываются на Вашингтон и полностью утратили свой внешнеполитический суверенитет. В такой ситуации Париж оценивается как несамостоятельный субъект, от которого ничего особенно и не зависит. Зачем тогда прогибаться? Наконец, третья причина – Кремль может сделать ставку на долгосрочную игру, стратегически рассудив, что традиционные политические силы во Франции, в том числе правые и национал-патриоты в лице Марин Ле Пен, остаются факторами влияния и сдерживания Макрона. «Национальный фронт» видится силой, наращивающей свой политически потенциал, а правые могут взять реванш на парламентских выборах. Поле для игры – достаточно широкое. А значит, Россию и Францию может ждать заметная деградация двусторонних отношений – в том числе из-за того, что Путину и Макрону будет весьма проблематично установить доверительные отношения. Учитывая то, что у России сохраняются непростые отношения и с Германией, искать пути выхода из геополитического кризиса ей будет крайне непросто.

Обсудить