Подозрительные смерти в апреле 2009 года

Данные из материалов дел: Четверо молодых людей были найдены мертвыми в апреле 2009 года, вскоре после массовых протестов против коммунистического правления. Хотя имена Валерия Бобока, Максима Канищева, Евгения Цапу и Иона Цибуляка необратимо связаны с 7 апреля 2009 года, официально было доказано, что единственным молодым человеком, убитым тогда, был Валерий Бобок.

В других трех случаях уголовные расследования показали, что молодые люди покончили жизнь самоубийством после того, как пострадали от психических проблем.

ZdG запросила и получила доступ к делам трех подозрительно умерших в апреле 2009 года, и впервые представляет вам информацию из этих уголовных дел.

Максиму Канищеву во время апрельских событий 2009 года был неполный 21 год. Он родился в Унгенах, но проживал в мун. Кишиневе, в общежитии № 1009A по ул. Студенческой, будучи студентом 3 курса Технического университета Молдовы, по специальности Электроэнергетика. Его неодушевленное тело было найдено 19 апреля в озере села Гидигич.

26-летний Евгений Цапу родился в Сороках. Он был найден задушенным 15 апреля 2009 года, около 13:30, на техническом этаже многоэтажного дома на ул. Альбишоара. Его тело висело на перекладине, державшей крышу здания. Полиции об этом сообщил житель дома, обнаруживший труп, пытаясь навести порядок на этом этаже. Полицейские установили, что причиной смерти Евгения стало удушение шнурками от собственной обуви, находившейся рядом с трупом.

7 апреля 2009 года Иону Цыбуляку исполнился 21 год. Он родился в Бологанах, Оргеевского района, и в последние годы жизни работал в Российской Федерации. Его тело было обнаружено 8 апреля 2009 года в 7 часов утра после звонка в 902. Цыбуляк был обнаружен «с признаками насильственной смерти» под высоковольтным столбом, расположенным на ул. Каля Мошилор в Кишиневе.

Максим Канищев вышел из общежития 11 марта 2009 года

Согласно информации из уголовного дела, открытого по факту смерти Максима Канищева, он вышел из общежития, в котором проживал, 11 марта 2009 года. 23 марта 2009 года Сергей Паю, начальник Комиссариата полиции сектора Рышкановка, издал приказ, которым распорядился об «ориентации персонала на установление места нахождения лица, пропавшего без вести». В тот же период, на улицах были размещены объявления с фотографией молодого человека и сведениями о его исчезновении. В этом объявлении, прикрепленном к делу, значилось, что Максим Канищев «вышел из общежития № 2 на прогулку 11 марта, в среду вечером, между 18:00 и 20:00 часами, и не вернулся. Ему было плохо, он простыл, у него была температура. Он был одет в черное кашемировое полупальто, синие джинсы, серую «шапку», красный ремень, черные туфли».

Бездыханное тело Максима было найдено 19 апреля в озере с. Гидигич. Тело было идентифицировано братом Максима, Вячеславом. Три дня спустя, 22 апреля 2009 года, он подал заявление с просьбой о том, чтобы полиция прекратила поиски его брата на том основании, что он был найден. На допросе, изначально, брат Максима заявил, что 11 марта 2009 года он позвонил Максиму и пригласил его в гости, но ему ответили отказом. Он сказал полиции, что после 12 марта звонил Максиму, но тот больше не отвечал на телефон. 19 марта по телефону Максима отвечал автоответчик. Вячеслав также сообщил следователям, что 21 марта 2009 года он звонил старосте группы, в которой учился Максим, и тот сказал ему, что Максим не появлялся на занятиях больше недели. На слушаниях он отметил, что в 2006 году его брат пережил стресс, в результате чего временно потерял память, и краткий период времени находился на лечении в психиатрической больнице.

Уголовное преследование возобновилось, но закончилось тем же выводом

На основании этих обстоятельств, 13 мая 2009 года Григорий Ботнару, прокурор Прокуратуры сектора Рышкановка, принимает предложение Комиссариата полиции Рышкан не начинать уголовное преследование. Впоследствии, однако, в результате давления со стороны общественности, в тот же день, 13 мая 2009 года, по указанию Генеральной прокуратуры, в адрес Кишиневской прокуратуры поступило заявление о проведении дополнительного расследования по этому делу.

В рамках уголовного дела, были заслушаны оба брата Максима, а также несколько его коллег по общежитию. Все они сказали, что на протяжении недели не беспокоились об исчезновении Максима, поскольку знали, что у него есть два брата в Кишиневе, и думали, что Максим поехал к ним. В рамках дополнительного расследования, была назначена судебно-медицинская экспертиза, результаты которой были получены 15 июля 2009 года. Было установлено, что смерть Максима Канищева была вызвана механическим удушением путем утопления. Врачи отметили, что «время пребывания тела в воде составило около 2 недель».

На теле были обнаружены кровоподтеки, не причинившие вреда здоровью

Во время судебно-медицинс-кой экспертизы трупа были обнаружены ушибы, которые были вызваны травматическим воздействием тупого предмета или от удара им. Однако, врачи пришли к выводу, что они не повлияли на летальный исход, классифицировав их как телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью. В медицинском свидетельстве о констатации преждевременной смерти значится диагноз закрытой вертебро-медуллярной травмы. Таким образом, был также рассмотрен позвоночник со спинным мозгом. Эти данные, однако, не подтвердились гистопатологически лабораторией, уточняется в деле. «Эта травма остается лишь вероятной версией», – говорится в материалах уголовного дела.

В рамках уголовного дела, была заслушана судебно-медицинский эксперт Людмила Лунгу, которая объяснила, что смерть Максима Канищева была датирована мартом 2009 года. Эксперт также отметила, что, хотя «обнаруженные гематомы были получены при жизни, незадолго до наступления смерти, они не повлекли смерть, будучи классифицированы как телесные повреждения, не причиняющие вреда здоровью».

«Предсмертная записка? Не проливайте слезы напрасно»

22 марта 2009 года офицер уголовного преследования И. Тодорошкан, во время осмотра комнаты, в которой жил Максим, уточнил, что нашел и изъял конверт с записями следующего содержания: «Я больше не могу бороться с депрессией. У моей жизни нет будущего. Мягкий и замкнутый характер не может победить. Я совершил серьезные ошибки и принес множество несчастий в прошлом. Не проливайте слезы напрасно из-за ленивого, глупого ребенка, у которого нет сил, чтобы разобраться в жизни». Согласно заключению почерковедческой экспертизы от 24 апреля 2009 года, записи были выполнены Максимом Канищевым.

Прокуроры также приложили к делу выписку из Клинической психиатрической больницы, подтверждающую, что молодой человек состоял на учете с диагнозом «параноидальная шизофрения, синдром параноидальных галлюцинаций». В ходе проведенной проверки, после изучения Реестра лиц, содержащихся в следственном изоляторе Генерального комиссариата полиции Кишинева, было установлено, что Максим Канищев не задерживался сотрудниками полиции во время протестов.

Таким образом, Вячеслав Балан, прокурор Кишиневской прокуратуры, 1 сентября 2009 года поставил на этом деле точку, путем вынесения постановления об отказе в начале уголовного преследования по той причине, что деяние не содержит элементов преступления.

Евгений Цапу, найденный задушенным шнурками для обуви

Согласно данным из уголовного дела, вскрывшего обстоятельства смерти Евгения Цапу, он был найден задушенным собственными шнурками на техническом этаже многоэтажного дома по ул. Албишоара. В этом случае, судебно-медицинский эксперт не обнаружил на теле молодого человека телесных повреждений или других признаков насильственной смерти. Согласно материалам уголовного дела, в карманах жертвы было обнаружено водительское удостоверение, выданное на его имя, ключ, зажигалка, три залоговых квитанции и квитанция из камеры хранения Северного вокзала, где впоследствии были найдены два пакета с личными вещами Евгения.

Прокуроры и полицейские допросили жителей дома, в котором было обнаружено тело молодого человека. Все они говорили, что не знают умершего и никогда его не видели. По делу была заслушана и сестра Евгения. Она рассказала следователям, что ее брат до 2004 года учился в Университете физического воспитания и спорта. Впоследствии он бросил университет и уехал на работу в Российскую Федерацию. В Молдову он вернулся в феврале 2009 года и какое-то время жил у нее, в Дрокии, а 6 марта 2009 года уехал в Кишинев, чтобы устроиться на работу. Она сказала служителям закона, что не связывалась со своим братом после того, как он уехал в Кишинев.

«Он сдал золотые украшения в ломбарды»

В уголовном деле уточняется, что при просмотре видеозаписей «массовых беспорядков», проходивших 7 апреля 2009 года, Евгения Цапу среди участников не обнаружили. Мужчина, нашедший труп, сказал служителям закона, что, изначально, не только у него, но и у его соседей и у лица, отвечающего за обслуживание лифта в доме, были ключи от технического этажа, но что «в какой-то момент» кто-то изменил замок на техническом этаже, не сообщив жильцам.

По делу был, также, заслушан мужчина, утверждавший, что знает сестру Евгения. Он заявил следователям, что женщина якобы сказала ему, что через несколько дней после отъезда Евгения из Дрокии в Кишинев она обнаружила пропажу золотых украшений, в чем она подозревала своего брата. Одновременно с этим, полиция и прокуроры проверили три залоговых квитанции, найденных у Евгения. «Было установлено, что Цапу Евгений оставил золотые украшения в ломбарде», – уточняеся в уголовном деле.

Согласно заключению су-дебно-медицинской экспертизы от 16 апреля 2009 года, смерть Цапу Евгения произошла вследствие механической асфиксии в результате повешения, примерно за 4-5 недель до момента обнаружения, а именно, между 11-18 марта 2009 года. Согласно той же информации, «проведенная проверка исключает участие других лиц в удушении гр-на Цапу Евгения, этот факт подтверждается также отсутствием видимых телесных повреждений на теле умершего». По данным судебно-медицинской экспертизы, по итогам токсико-наркологического обследования, в крови трупа было обнаружено 0,7% алкоголя, что указывает на употребление алкоголя перед смертью. Постановление об отказе в начале уголовного преследования было подписано 29 июня 2009 года прокурором Олегом Руссу, который тогда работал в Кишиневской прокуратуре.

Двое мужчин увидели падение Цыбуляка, позвонили по телефону 903 и… пошли спать

Согласно информации из уголовного дела, открытого по факту смерти Иона Цыбуляка, вечером 7 апреля 2009 года, когда на ПВНС шел протест, и несколько молодых людей были задержаны и доставлены в изолятор, около 20:40 водитель автомобиля ООО «Elia» заметил молодого человека, который взбирался на высоковольтный столб рядом с предприятием. Водитель сообщил об этом служителям закона, но, поскольку он не знал причины, по которой мужчина совершал эти действия, то не попытался каким-либо образом вмешаться (!). Он также заявил, что сообщил об увиденном охраннику предприятия. Затем он утверждает, что они с ним одновременно посмотрели в окно и заметили, что мужчина уже находился на строительной части, которая формировала переход на верхнюю часть, и вскоре они услышали громкий шум, из-за которого решили выйти на улицу.

Мужчина утверждал, что охранник подошел к месту происшествия, и, вернувшись, сказал, что «этот человек» жив, и что он дважды позвонил в службу 903, сообщив о происшествии, затем отправился спать в служебную машину. Охранник компании сделал аналогичные заявления.

Свидетели утверждают, что поведение Цыбуляка было «неадекватным»

В деле уточняется, что на Цыбуляке был обнаружен его паспорт, свидетельство, выданное Пограничной службой Респблики Молдова (в настоящее время – Пограничная полиция, прим. ред.) и путевой лист, выданный ООО «Orizont». Из этих документов следовало, что 7 апреля 2009 года Ион пересек государственную границу Молдовы в качестве пассажира автобуса модели Mercedes через пограничный пункт Атаки, под 7 номером в путевом листе.
Следователи опросили водителей автобуса. Они отметили, что работают на маршруте Москва-Кишинев, и что они отправились из столицы России в Кишинев 6 апреля. В городе Тула сели несколько человек, в том числе Ион Цыбуляк, который, как заявили оба водителя, «на протяжении всего пути вел себя неадекватно».

Водители также заявили, что 7 апреля 2009 года, около 19:30, они прибыли на Северный вокзал. Цыбуляк вышел, присел на скамейку. Между тем, они припарковали автобус у офиса компании, в которой работали. Согласно материалам дела, «неадекватное» поведение, продемонстрированное Цыбуляком, подтвердили три других пассажира маршрута Москва-Кишинев.

Первое постановление о закрытии дела аннулировано как «незаконное и необоснованное»

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 23 апреля 2009 года, на теле Иона Цыбуляка были обнаружены многочисленные травмы: переломы ребер с двухсторонним повреждением плевры, перелом грудины, разрыв правого легкого, перелом костей таза, перелом правой бедренной кости, ссадины в области лица, верхних конечностей и поясничной области, серьезные телесные повреждения, угрожающие жизни». Однако, 3 июля 2009 года, учитывая эти обстоятельства, Виктор Олэреску, прокурор Прокуратуры сектора Рышкановка, выразил отказ в начале уголовного преследования по факту смерти Иона Цыбуляка, ввиду отсутствия преступления.

В результате давления со стороны общественности, 26 марта 2010 года постановление Олэреску было аннулировано как «незаконное и необоснованное». Была назначена судебно-медицинская экспертиза в составе комиссии, с целью выяснить характер и механизм телесных повреждений, обнаруженных на трупе. Согласно заключению от 8 февраля 2010 года, было установлено, что исключается возникновение этих травм в процессе падения; установлено, что они могли быть вызваны нанесением ударов твердым тупым предметом, включая удары кулаком, ногой или дубинкой.

Тело, обнаруженное утром 8 апреля двумя сотрудниками «Regia Salubritate»

Уголовное дело было возобновлено вновь, в соответствии с постановлением, подписанным Главным прокурором Кишиневской прокуратуры, Сергеем Кроитором, на том основании, что существует «разумное подозрение» относительно совершения преступления, предусмотренного ст. 151 Уголовного кодекса – причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть человека. Уголовное преследование должен был провести прокурор Виталий Костишану.

Однако, дополнительное расследование Кишиневской прокуратуры выявило те же факты, но более детально. В результате расследования было установлено, что утром 8 апреля 2009 года бездыханное тело Иона Цыбуляка обнаружили два сотрудника «Regia Salubritate». Во время допроса, они заявили, что в тот час подметали участок дороги, и когда собирали остатки, заметили труп человека под высоковольтным столбом. Они сказали, что немедленно попросили молодого человека, проходившего рядом, сообщить в компетентные службы.

Дополнительно заслушали одного из водителей маршрута Москва-Кишинев, автобуса, привезшего Иона Цыбуляка в Кишинев вечером 7 апреля 2009 года. Водитель сказал следователям, что у Иона было «странное поведение, он совершал крестное знамение каждый раз, когда открывались двери автобуса. Он взволнованно вел себя в салоне, показывал странные жесты, а когда они въехали на территорию Молдовы, и их остановила дорожная полиция, он вышел из салона, взял за руку полицейского и осмотрел ее, совершая крестное знамение», – заявил водитель автобуса.

Отец Цыбуляка рассказал о проблемах сына со здоровьем

В ходе уголовного расследования также был заслушан водитель автобуса, заявивший, что у Цыбуляка было «неуместное поведение, он показывал странные жесты с частыми перепадами настроения». Свидетель уточнил: ему показалось странным, что Цыбуляк попросил у него десять российских рублей, сказав – «Бог даст ему больше».

Кроме того, были заслушаны два сотрудника фирмы ООО «Elia»: водитель и охранник компании, владевшей автостоянкой вблизи места инцидента. Оба придерживались своих предыдущих заявлений, говоря, что дважды звонили в неотложку, увидев мужчину, упавшего с высоковольтного столба. Они сказали, что после того, как вызвали машину скорой помощи, «пошли спать», не объяснив, почему они не попытались помочь мужчине или почему они не привезли его в больницу. Согласно материалам дела, был опрошен и водитель такси, который утверждал, что он видел Цыбуляка вечером 7 апреля 2009 года на Северном вокзале, уточнив, также, что его поведение было «странным».

Прокуроры заслушали также отца Иона Цыбуляка. Он сказал им, что в 2008 году, после возвращения из Российской Федерации, Ион почувствовал себя плохо, лег на лечение в Оргеевскую психиатрическую больницу. Впоследствии он вернулся на работу в Россию. Поскольку после лечения ему стало хуже, Ион отказался от медицинских предписаний. Отец молодого человека сказал служителям закона, что 7 апреля 2009 года, в канун пасхальных праздников, его сын выехал домой, в Бологаны, Оргеевского района, но он не знает, почему тот не вышел в Оргееве, а поехал в Кишинев.

Следователи заслушали двух сестер, которые заявили, что видели Цыбуляка на ПВНС

В ходе дополнительного расследования была назначена судебно-медицинская экспертиза в составе комиссии, по запросу врачей была назначена эксгумация тела Цыбуляка. В дополнительном медицинском заключении говорится, что смерть молодого человека произошла вследствие совокупности травм: перелома бедренной кости, травмы грудной клетки с закрытыми переломами ребер, переломом грудины, позвоночника, повреждения легкого, травмы таза, геморрагического травматического шока, – было установлено, что соответствующие телесные повреждения возникли в результате грубого воздействия на тело.

После того, как две сестры, которые участвовали в акциях протеста 7 апреля 2009 года, сообщили для ZdG, что они встречали Иона Цыбуляка на ПВНС, а затем его задержала полиция, прокуроры нашли их и заслушали. Однако, служители закона критически отнеслись к их заявлениям после того, как они дали противоречивые показания относительно одежды, в которой был Цыбуляк, а также полицейского автомобиля, в который его посадили.

Заявление Воронина и отрицания Папука. «Видимо, я был неверно понят»

Во время дополнительного уголовного преследования было установлено: на передаче 3 марта 2010 года Владимир Воронин, бывший президент Республики Молдова, заявил, что утром 8 апреля 2009 года ему сообщили – под стенами Парламента Молдовы обнаружено бездыханное тело Иона Цыбуляка, которое было доставлено в Больницу скорой помощи.

После этих заявлений Воронина допросили. Он сказал прокурорам, что эту информацию ему предоставил по телефону Георгий Папук, в то время – министр внутренних дел. Впоследствии был заслушан Папук. Он заявил, что рассказал Воронину о смерти Валерия Бобока, а не Иона Цыбуляка, но, вероятно, президент его неправильно понял. Папук отрицал, что сообщил Воронину о бездыханном теле Иона Цыбуляка, найденного под стенами Парламента.

Прокуроры также установили, что в период, обозначенный его отцом, Ион Цыбуляк был госпитализирован в Ореевскую психиатрическую больницу, каждый раз выписываясь под наблюдением семейного врача. Это, как и другие рассмотренные доказательства, повторно привели к выводу, что Ион Цыбуляк совершил самоубийство, прыгнув с высоты. Таким образом, уголовное дело, открытое по факту смерти, было закрыто 26 июля 2010 года.

Официально, Валерий Бобок является единственным молодым человеком, убитым 7 апреля 2009 года

Официально, после протестов в апреле 2009 года, погиб один молодой человек – Валерий Бобок. И, в его случае, изначально, служители закона констатировали, что Бобок умер, «отравившись неизвестным газом». Позже, однако, после того, как было оказано общественное давление, настояла семья и появились разоблачения в прессе, прокуроры возбудили уголовное дело по факту умышленного причинения тяжких телесных повреждений или вреда здоровью, повлекшего смерть жертвы. Хотя на видео можно наблюдать, как Валерия Бобока, лежащего на земле, бьют нескольких полицейских, в итоге, единственным, чья личность была установлена, стал Ион Пержу. Его судили и осудили, окончательно и безапелляционно, на 10 лет заключения с исполнением приговора. Пержу, однако, покинул зал Апелляционной палаты Кишинева до оглашения решения, и правоохранительные органы не могут его найти по сей день.

Официально, в результате протестов в апреле 2009 года, были зарегистрированы и рассмотрены, особенно Военной прокуратурой и Прокуратурой мун. Кишинев, 108 жалоб на преступления, совершенные лицами, отвечающими за правопорядок, в частности, полицейскими. В 31 случае прокуроры начинали расследования на основании материалов, появившихся в прессе, или заявлений. В 71 случае были возбуждены уголовные дела, из которых 42 – по факту пыток, 19 – за злоупотребление властью или превышение служебных полномочий. Спустя девять лет после апрельских событий 2009 года, ни одно лицо, занимавшее ответственный пост в тот период, не было осуждено.

Обсудить