Как будет происходить реинтеграция Донбасса.

Реинтеграция действительно будет. Вопрос во времени и в том насколько Украина к ней будет готова.

Бывает ли вообще успешной реинтеграция территорий неконтролируемых правительством после завершения конфликта? Хотя бы даже в Европе. Опыт Молдовы, для которой вопрос этот непраздный, где пусть хоть и в разных статусах, но стабильно существует ведомство с соответствующим названием, свидетельствует, что даже создание специального института отнюдь не гарантия реинтеграции. Заморозка. Опыт Боснии скорее даст вообще отрицательный ответ. Государство жизнеспособно очень условно, ненависть не преодолена. Хорватский – оценка успешности реинтеграции будет разниться в зависимости от того, кто даёт ответ и что берется за точку измерения: «реинтеграция» земель вокруг Книна или в Славонии.

Сейчас  вопрос реинтеграции актуален для Украины с ее донбасской проблемой. И ключевым фактором остается влияние Москвы. Потому, для значительной части экспертов и гражданского общества Украины да и тех, кто связан со страной, само по себе словосочетание «реинтеграция Донбасса» вызывает достаточно широкий спектр эмоций. От понимания как чего-то абсолютно невозможного и преждевременного, поскольку российская оккупация ОРДЛО никуда не делась, и потому мы имеем сотни километров «открытой» границы с подлым и довольно сильным врагом, который в случае реализации Киевом «хорватского сценария» может задействовать против нас всю свою военную мощь. В этой ситуации Украине не остаётся ничего другого как продолжать двигаться в фарватере «Минских соглашений». А это значит, что на нынешнем этапе «украинским сценарием» это «мирная реинтеграция» Донбасса. И важно, чтобы в восприятии общества «реинтеграция Донбасса» не стала неким слабо понимаемым широкой общественностью устойчивым привычным, набившим оскомину и оттого необъяснимым бессмысленным звукосочетанием вроде «стандартов НАТО» или «борьбы с коррупцией».

Но суть в том, что реинтеграция действительно будет. Вопрос во времени и в том насколько Украина к ней будет готова. Опять же вопрос комплексный и многоуровневый и, кажущаяся легкость, что всё просто и можно решать как-то быстро, то идя на компромисс, то договариваясь, то устраняя препятствия, улетучивается при соприкосновении с реальностью. Более того, реинтегрируя Донбасс, Украина может оказаться в ситуации, когда РФ реинтегрирует её саму с Донбассом с вполне конкретным сворачиванием суверенитета, реформ, расширением «серой зоны». Опасности эти должны быть учтены и сведены на нет прописыванием протоколов конкретных действий в случае намека на угрозы. Реинтеграция предусматривает не только глубокое изучение вопроса и выработку методологий её проведения, но и определение принципов, можно даже сказать философии. Опять же не стоит забывать о тех внешних факторах, которые могут быть благоприятны для Украины.

29 октября прошлого года президент В.Зеленский на Форуме RE:think в Мариуполе высказал достаточно четко очерченные вещи. Например, что реинтеграция Донбасса будет происходить на основе специально разработанной Стратегии и должна включать четыре составляющие: прозрачность (которая видится как умение государства объяснить свои шаги и инициировать вместе с гражданским обществом диалог), консенсус (который должен возникнуть в результате этого диалога), реализм (предусматривает, что общество осознает что легких путей возвращения Донбасса и Крыма не будет) и имплементацию (способность государства воплощать в жизнь запланированное, то есть реальные шаги и результаты деятельности, которые заметны и понятны людям). Первой составляющей реинтеграции должна стать справедливость, особенно в вопросах переходного правосудия, восстановления прав жертв конфликта и привлечения к ответственности  виновных в военных преступлениях. И уже тогда реинтеграция путем возвращения оккупированных территорий в единое пространство с Украиной. А сама реинтеграция предусматривает четкие дефиниции, правила, сроки. Побороть же страх, посеянный вражеской пропагандой (напрямую из Москвы или оккупационными «СМИ»), должна информационная политика государства и воспитание медиа-грамотности.

На этом фоне не менее важной является «реинтеграция людей» - они должны уже сегодня захотеть вернусь в Украину. Для этого нужно чтобы они уже сейчас видели, что на подконтрольной Киеву территории намного лучше условия для жизни и ведения бизнеса. Такова уж природа человека, что он меряет успешность государства в первую очередь своим кошельком. Успех реинтеграции зависит во многом от инвестиций. Именно поэтому Президент Украины Владимир Зеленский на недавнем инвестиционном форуме в Мариуполе сравнивал   Украину с Apple и представил зарубежным инвесторам сотни проектов, подписал 12-ть меморандумов о сотрудничестве. Не менее важной является прозрачная и эффективная работа налоговой сферы. И нужно сказать, что в этой сфере уже происходят важные изменения и есть ощутимые успехи. Согласно недавнему заявлению главы Государственной налоговой службы Украины Сергея Верланова, его ведомство значительно сократило (и будет сокращать далее) количество проверок бизнеса, отправило в далекое прошлое пресловутые «маски-шоу», демилитаризировав налоговую и при этом впервые с начала 2011 года перевыполнило свою часть поступлений в бюджет. Ну и конечно же архиважным есть вопрос доверие людей к органам власти, судам и правоохранительным органам. Людям необходимо привить уверенность в завтрашнем дне при этом развеяв их страхи и опасения. Ведь не секрет, что значительное часть граждан Украины на подконтрольной территории боится того что в результате «реинтеграции» станет возможной амнистия боевиков, сохранения «серой» криминализированной зоны или принятия Донбасса на условиях России, благодаря чему РФ сможет контролировать Украину, что означает капитуляцию. В то же время люди на оккупированных территориях часто боятся агрессивной украинизации, того, что к ним будут применены репрессии, дискриминация.

Насколько реальна реинтеграция, есть ли ей альтернатива? Ведь после встречи в Нормандском формате  в Париже 9 декабря 2019 года отчетливо видна неспособность российской стороны к компромиссам и сохранение извращенного толкования Москвой Минских договоренностей. И тут важно понимание со стороны Запада, что Москва всячески пытается уйти от ответственности, навязать и в Украине и в мире тезис о «гражданской войне» в Украине и посадить Киев за стол переговоров с «ДНР-ЛНР», а для этого устроить очередное обострение на Донбассе, чтобы влиять на Украину. Так что Западу надо быть готовым не только к инвестициям для восстановления Донбасса (во время уже упоминаемого форума в Мариуполе было подписано 12 соответственных меморандумов), но и к критическому восприятию информации о, например, возможности проведения в ОРДЛО выборов по украинским законам пока не закрыты границы с РФ и не проведена демилитаризация, не выведены непонятные вооруженные формирования пришедшие через эту самую границу, а украинские вынужденные переселенцы опасаются возвращаться домой. Тем более, что Москва спокойно раздает на этой территории свои паспорта, чтобы иметь возможность «защитить своих граждан», денежной единицей является российский рубль. Лучше иных понимают ситуацию страны Балтии, которые в силу своей истории ощущают опасность России (и для Европы тоже), мониторят ее, ведут гуманитарные проекты на Донбассе, определенным образом доводят информацию союзникам. Внимание Балтии и Восточной Европы серьезно – 12-15 января с визитом на Донеччине и Луганщине были Послы Латвии, Литвы, Эстонии, Польши. А значит угроза РФ воспринимается всерьез. После общения с областными администрациями, активистами, волонтерами, военными, подписания договора о сотрудничестве между самоуправлениями латвийского Салдуса и донецкого Бахмута, передачи гуманитарной помощи состоялся круглый стол под более чем красноречивым названием «Реинтеграция Донбасса. Европейский взгляд». Кроме подведения итогов визита разговор шел об оценках перспектив решения конфликта на Донбассе, его деоккупации и реинтеграции. И, естественно, помощи в восстановлении со стороны Европы.

Вообще же в гибридной войне целью Кремля является вся территория Украины. При чем используются разнообразные методы: где-то «зеленые человечки» и иногда «ихтамнеты», незаконные вооруженные формирования из числа граждан Украины, всюду информационное влияние и увеличение факторов дестабилизации, экономическая война в разных формах, коррумпирование чиновников и силовиков. И потому есть «План Б», о котором тоже сказал Зеленский. А именно отделение оккупированных территорий «постройка стены». Но в том и вопрос. Понятно, что отрыв от оккупированных территорий Донбасса не способствует урегулированию и реинтеграции. В краткосрочной перспективе это даст преимущества.  Украина окончательно переложит ответственность за ситуацию на неконтролируемых территориях на РФ как на государство-оккупанта. Но эксперты говорят о том, что  обеспечение перемещения на подконтрольную территорию страны всех граждан Украины, кто желает этого, предоставления им жилья, работы и социальной защиты очень сильно ударит по Украине. В психологическом плане это отдалит реинтеграцию еще больше, те кто останется на оккупированных территориях окончательно перестанут ассоциировать себя с Украиной, пока же их привязывают документы, социальные выплаты, возможность посещать свободную территорию через КПВВ для закупок. Потому «План Б» может быть реализован лишь когда все возможности для деоккупации, демилитаризации, установления контроля над границей и реинтеграции оккупированной территории исчерпаны.

Пока все выглядит так. Но готовиться к реинтеграции, вырабатывать механизмы, методологию, термины, схемы, законодательное обеспечение надо сейчас. Также как и быть готовым к отражению новой волны военной агрессии РФ, чьи марионетки принимают «законы» о том, что их «юрисдикция» распространяется на всю территорию Донецкой и Луганской областей. А значит, прокси вполне могут выполнять команду и идти в атаку. Но скорее, что Москва вынуждена будет перестать осуществлять свой эффективный контроль над Донбассом (да и Крымом), произойдет деоккупация и тогда пригодятся наработанные механизмы и база документов под ними для реинтеграции.

Обсудить