Казахстан: борьба престолов

Когда Токаев понял, что все силовики или затаились, или выступили против него, он отбросив, на радость Путину, свои хитроумные планы стать новым Ли Куан Ю, пошел на поклон в Кремль. И Кремль, на свою голову, ответил на этот поклон посылкой войск. Теперь в казахов будут стрелять русские. И это возмутит всех — и просвещенных западников, и культурных казахских патриотов, и самых темных исламских фундаменталистов.

Через сутки ситуация в Казахстане несколько прояснилась, но на душе от этого не стало спокойней. Теперь последовательность событий можно восстановить следующим образом.

Там же где и в декабре 2011 года — на полуострове Мангышлак — вновь начались волнения среди рабочих нефтяных и газовых месторождений и урановых приисков. Их тяжкий и вредный труд оплачивается скудно, а казахстанская верхушка из клана Шапырашты союза Уйсун Старшего жуза живет жирно. Стоит ли напоминать, что к этому клану принадлежит и старик Назарбаев и все его родственники, в том числе и влиятельные племянники — генерал Самат Абиш Сатыбалды — первый заместитель главы НКБ (Казахский КГБ) и долларовый миллиардер Кайрат Сатыбалды.

Новый президент Казахстана с 2019 г. Касым-Жомарт Токаев — тоже выходец из Старшего жуза, но из другого племени жалайыр (род Кушик). В системе казахских кланов он «бедный» дальний родственник, нанятый богатыми. Таким он и был, этот мой ровесник, выпускник того же МГИМО. Но плох тот солдат, который не мечтает о маршальском жезле. Понятно, Токаев о нем и мечтал. Но все силовые структуры контролировал через свой клан старый Елбасы. А Касым-Жомарт улыбался и ждал.

И вот — карты легли. В Новом Узене (Жанаозен) начались волнения. Они быстро распространились по всему почти Казахстану. Только русскоязычные окраины — Петропавловск, Усть-Каменогорск остались спокойны. Русские уже давно привыкли чувствовать себя в Казахстане людьми второго сорта. Кому это не нравилось — уезжали. Благо, большая Россия под боком и шесть тысяч верст общей границы.

Казахи прекрасно понимали, чего они требуют — они желали упразднения клановой власти Шапырашты и равного участия всех жузов и кланов в общественной и финансовой жизни страны. Это желание разделяли и вестернизированные интеллектуалы и технократы, и простые работяги на скважинах и рудниках. Никому из них, кроме членов Шапырашты клановое государство было не нужно. Одни его переросли, привыкнув к Европе, другим оно мешало делать свою маленькую карьеру.

Этим и воспользовался «бедный родственник» Токаев. Казахи отлично помнили, что в декабре 2011 Назарбаев и его родственники расстреляли протест рабочих в Актау и Жанаозене. Погибли, наверно, сотни людей. И он решил силу не применять, а, напротив, обнадежить протестующих и тем самым подтолкнуть их к более радикальным политическим требованиям. Силовикам был дан приказ оружия не применять. Цены на газ тут же были возвращены на прежний уровень. А буквально через считанные часы Токаев обещал продолжение реформ, распустил совет министров и объявил, что будет готовить новые, демократические выборы. Отстранен от власти был и сам Елбасы, и его родственники — силовики. Переворот изящно состоялся.

 

Не следует забывать, что Казахстан живет западными инвестициями. Главные деньги идут из Нидерландов, Великобритании, США, Германии. Намного меньше из Китая и совсем мало из России (2,5%). И Назарбаев когда-то мечтал стать среднеазиатским Ли Куан Ю, но большевицкое прошлое фатально ему мешало — он так и остался советским функционером, а Токаев, служивший послом в Сингапуре, знал очень хорошо этот образ просвещенного деспота, подготовившего свой народ к демократии и давший ему богатство, и, думал, не без оснований, что соответствует ему намного лучше «деда».

Отсюда и все реверансы в сторону демократии. Токаев желал упрочить разворот Казахстана в сторону Запада, не портя отношений и с путинской Россией и, что для него главное, избавиться от всевластия клана Шапырашты, самому став отцом нации, как когда-то стал сингапурский Ли.

Мирные протесты, требования демократии и ненависть к клану Назарбаева вывели на улицы десятки тысяч людей, но и лидеры правящего клана не дремали. Мудрый и жестокий Елбасы сразу понял, что Токаев вышел из повиновения. Но что он мог поделать, больной 81-летний старик?

А вот его племянники могли сделать многое. Старый дядя был им только помехой. Советское прошлое их вовсе не волновало и к СССР они относились с презрением и ненавистью. Сам Нурсултан за 30 лет своего правления сделал все, чтобы казахи ясно узнали свою историю в русской империи и возненавидели её. Каждый казахский школьник знает, как жестоко было подавлено освободительное движение его народа еще императорской властью в 1916 году. Он знает не всё, но аккуратно столько, сколько надо, чтобы ненавидеть казаков Семиречья и стоявшую за ними царскую бюрократию.

Все казахи знают имена Абубакира Алдиярова, Халела Габбасова, Мукыша Боштаева и других борцов за независимый демократический Казахстан. Знают, что в начале они были с русскими конституционными демократами, избирались от них в Думу, а потом создали свою национальную киргизско-казахскую национальную партию Алаш-орда. И вместе с Белыми до конца сражались против большевиков. Ими гордятся. В их память называют поселки и улицы, выпускают почтовые марки. Но знают, что все они были убиты русскими большевиками в застенках ЧК, кто в 1920, кто в 1930, кто в 1937-38.

В каждом почти ауле Казахстана есть памятники жертвам искусственного голода 1932-33 годов. Все в республике знают, что относительно численности населения гибель людей в Казахстане была самой высокой в СССР. В Казахстане от голода в 1930-33 гг. по сегодняшним данным погибли 1,5 миллиона человек (1,3 из них — казахи, большей частью скотоводы, ведшие полукочевой образ жизни). Это страшное время называют здесь Ашаршылык — Великий голод. Все знают, что руководил тогда чрезвычайными хлебозаготовками и изъятием скота в Казахстане первый секретарь этой огромной автономной республики РСФСР Исайя Исаакович Голощекин (товарищ Филипп), который в 1918 г. был военным комиссаром Уральской области и лично организовывал убийство Императора и членов его семьи. Для казахов Голощекин — русский.

Не прощают русской власти и насильственное переселение в Казахстан миллионов спецпоселенцев, изменивших национальный состав республики, и репрессий террора 1930-х гг., и ядерные и ракетные полигоны 1950-х. В общем, никаких иллюзий относительно славного советского прошлого в Казахстане давно уже нет и, кстати говоря, памятников вождям СССР тоже давно нет.

Молодое поколение клана Шапырашты смотрит не в миражи СССР, а на единоверный исламский мир. Многие, в том числе и племянники Нурсултана, увлечены не на шутку исламским радикализмом. Победа «Талибана*» в Афганистане в августе 2021 их вдохновила. Что им северный сосед, если единоверный юг обещает им всё — от ядерного зонтика Пакистана, до золотого дождя Саудитов?

И если Токаев сделал ставку на Запад и демократию, то братья Сатыбалды — на мир радикального ислама. Кайрат во многом похож на русского Малофеева — такой же, только не «православный», а «правоверный мечтатель». И за ним идут многие, особенно из Старшего жуза. Посмотрите на карту — Старший жуз — это как раз юго-восток Казахстана — Алматы, Тараз, Чемкент. Тут — опора союза Уйсун, и это же самые исламизированные области республики.

Увидев, что они отстранены Токаевым от власти, племянники Назарбаева быстро мобилизовали простой малограмотный люд юга, вчерашних жителей аулов предгорий Каратау и долины Чарына. Думаю, они готовились к такому варианту ответа уже давно, посадив на все важные должности в силовых структурах страны и, особенно южных областей, единомышленников — радикальных исламистов. А идеи соединяют людей существенно сильнее, чем кланы.

И потому, когда напуганный размахом мирного протеста, требовавшего уже и его смещения, Токаев решил вызвать свои войска — войска не вышли. Генерал Самат Абиш отдал иной приказ. И в брошенный силовиками двухмиллионный город Алматы стали вливаться мамбеты — выходцы из аулов, единодушные и единоверные и талибам*, и их сиятельным приверженцам в казахской элите.

Мои друзья среди мирных демонстрантов рассказывают, как дюжие казахские парни в пуховиках, быстро оттеснив их в сторону, забросали коктейлями Молотова здание Алматинского градоначальства. А КНБ сам позволил им быстро вооружиться и передал технику.

Когда Токаев понял, что все силовики или затаились, или выступили против него, он отбросив, на радость Путину, свои хитроумные планы стать новым Ли Куан Ю, пошел на поклон в Кремль. И Кремль, на свою голову, ответил на этот поклон посылкой войск. Теперь в казахов будут стрелять русские. И это возмутит всех — и просвещенных западников, и культурных казахских патриотов, и самых темных исламских фундаменталистов.

Дай Бог, если я ошибусь, но фундаменталистам отступать теперь некуда, и в горах Алатау начнется партизанская война, которой будет сочувствовать всё почти население Казахстана, да и всей Средней Азии. Поскольку эту войну все будут считать не гражданской (что еще полбеды), а колониальной и, что еще страшнее, межрелигиозной.

Из этой ситуации для России хорошего выхода тактически нет. Он есть только стратегически — в полном изменении внешнеполитического и внутреннего курса. Своей борьбой с НАТО, своим целованием Сталина, своей дружбой с Китаем, Ираном, да и с талибами*, Кремль загнал всех нас в тупик — и казахов, и русских.

Оригинал

Обсудить