Она получила название «Великая украинская стена». И ее конфигурация с заборами из колючей проволоки, смотровыми вышками, валами и противотанковыми ловушками на 2 000-километровой границе с Россией очень напоминает границу Израиля с его враждебными соседями.

Если эту стену построят, она запечатает границу, которая до прошлого года всегда была открыта настежь. Открывая осенью прошлого года строительство, премьер-министр Арсений Яценюк дал понять, что здесь будет возводиться не только физическая преграда. «Это будет восточная граница Европы», – заявил он.

Но в приграничном Харькове, где полуторамиллионное население в подавляющем большинстве говорит по-русски, упоминания о стене обычно встречают с раздражением. Идея о вечном и безвозвратном разрыве с Россией не находит здесь ни понимания, ни признания. У многих харьковчан есть родственники и друзья в России, а местная экономика очень сильно зависит от торговли с Москвой. Некоторые люди говорят, что они просто не могут понять, зачем вообще возводить границу.

«Российский город Белгород в часе езды отсюда. До недавнего времени формальностей на границе не было почти никаких. Это город моего детства, я люблю его, – говорит таксист Юрий Смирнов. – А теперь проверка на границе длится часами, и она очень унизительна. Кажется, что Белгород сегодня – на Луне».

Напряженность между Харьковом и Киевом сегодня очевидна. Хотя патриоты Киева весьма заметны (на прошлой неделе под покровом ночи группы активистов снесли три известных памятника советской эпохи), из бесед с людьми становится ясно, что новое революционное правительство их раздражает и разочаровывает. Здесь все, с обеих сторон баррикад, согласны с тем, что в соседнем Донбассе происходит нечто ужасное, и никто не хочет, чтобы в Харьков пришла война. Но эксперты с обеих сторон признают, что Киеву будет чрезвычайно трудно завоевать сердца харьковчан. Отчасти это объясняется экономическим кризисом, в котором они обвиняют правительство, за которое не голосовали.

«Люди на западе Украины склонны затягивать пояса, думая, что мы воюем с Россией, что естественно должны быть жертвы. Но здесь народ думает иначе и говорит: «При Януковиче (свергнутый президент Украины) мы жили лучше», – заявляет депутат украинского парламента из Харькова Александр Кирш, являющийся советником у премьер-министра Арсения Яценюка.

В 2010 году харьковчане в подавляющем большинстве проголосовали за Януковича. Когда его свергли, харьковские сепаратисты начали поднимать свои знамена и захватывать здания еще до начала беспорядков в Донбассе, где находятся восставшие Донецкая и Луганская области. Но всенародно избранный мэр города Геннадий Кернес, пофлиртовав немного с сепаратизмом, начал активно выступать за примирение с новым правительством, и страсти улеглись.

Но когда в октябре прошлого года проходили парламентские выборы, на участки для голосования пришли всего 45% избирателей. Что примечательно, нигде на русскоязычном востоке и юге Украины явка не достигла 50%. А те, кто пришли, проголосовали в основном за воссозданную версию партии Януковича, которая сегодня носит название «Оппозиционный блок».

Кернеса пытались убить, когда он год назад совершал пробежку по Харькову, и дело это до сих пор не раскрыто. Он несколько недель провел на лечении в Израиле и сейчас передвигается в инвалидной коляске. Но мэр вернулся на свой пост и сейчас как никогда активно конфликтует с киевской властью. В этом месяце он предстанет перед судом по делу о похищении, которое возбудила киевская прокуратура. Его сторонники заявляют, что обвинения – безосновательные и надуманные – являются попыткой покарать мэра за его независимость.

Кернесу грозят еще большие неприятности, потому что он открыто выступил против январской резолюции, единогласно принятой Радой, в которой Россия названа агрессором, а любые отрицания этого объявлены противозаконными. Когда один журналист напрямую спросил мэра, согласен ли он с этим, Кернес ответил: «Я лично не считаю Россию агрессором».

Из-за проблем со здоровьем мэр отказался от интервью с корреспондентом Christian Science Monitor. Но официальный представитель поддерживающего Кернеса городского совета Юрий Сидоренко сказал, что мэр изо всех сил старается сохранить спокойствие и порядок в городе, который не только серьезно пострадал от самого мощного с 1990-х годов кризиса, но и разгневан на Киев за его инициативы, в которых не видит никакой необходимости.

«Киев рискует породить здесь социальный взрыв, – говорит Сидоренко. – Складывается такое впечатление, что в Киеве полностью отсутствует понимание того, что думают и чувствуют люди в Харькове. Они в Киеве ведут себя как революционеры, а с нами обращаются как с кирпичной глиной, которую нужно уложить в новые формы. Они понятия не имеют о том, насколько сильно усугубляют здесь обстановку».

Мрачные перспективы

Принятый в этом месяце новый пакет законов запрещает советскую символику и предоставляет статус «героя Украины» антисоветским боевикам, которых жителей востока приучили воспринимать как врагов. Кроме того, по этим законам к традиционному Дню Победы 9 мая добавлен новый праздник – «День победы Европы во Второй мировой войне».

«Мы уже боимся в этом году 9 мая, – говорит Сидоренко. – У нас много тысяч ветеранов войны и Красной Армии, их детей и сторонников, и все они собираются выйти на марш, собираются выйти с советскими символами и флагами. Обычно это радостный день. Но в этом году может быть беда».

Более долгосрочная перспектива кажется еще более безрадостной. Как и большинство городов на востоке Украины, Харьков был прочно интегрирован в советский промышленный механизм. После введения взаимных санкций в прошлом году объем торговли с Россией сократился почти наполовину. В городе есть огромный завод, производящий электрические турбины, которые поставляли в основном в Россию. Предприятие по сборке самолетов Антонова близко к банкротству, и большинство его рабочих отправлено в неоплачиваемый отпуск. Причины – те же. Единственное местное предприятие, которое вроде бы процветает, это завод им. Малышева, делающий танки для украинской армии.

«Война в Донбассе когда-нибудь закончится, и нормализация отношений с Россией станет приоритетом, – говорит директор независимого киевского Института глобальных стратегий Вадим Карасев. – Но к этому времени мы можем потерять свою промышленную базу. У Украины были неплохие позиции в авиации, в космической отрасли, мы были крупным производителем вооружений. Все это очень сильно зависело от российского рынка. Но судя по всему, великая в прошлом индустриальная держава присоединится к Европе в качестве аграрной страны».

Однако Кирш, являющийся единственным членом партии премьер-министра, избранным во всей восточной Украине, говорит, что эти предприятия – как российская удавка на шее Украины, и их нужно ликвидировать и распродать, чтобы на их развалинах выросли небольшие и независимые компании.

«Деиндустриализация – не цель. Смысл в том, чтобы сделать бизнес выгодным и эффективным. Решать будет рынок», – заявляет Кирш. Огромная и низкооплачиваемая рабочая сила на этих умирающих предприятиях сдерживает Украину, говорит депутат. Да, это будет болезненно. «Но альтернатива – оставить все как есть и остаться друзьями с Россией – она гораздо хуже».

В отличие от многих киевских чиновников, Кирш признает, что между востоком и западом Украины существует мощный раскол, преодолеть который будет трудно.

«С начала войны произошли определенные изменения в отношении, но идет это слишком медленно, – говорит он. – Мы все идем в сторону Европы, но Харьков плетется сзади и все время жалуется».