События в мире

Назад

Эрдоган или Кылычдароглу?

Эрдоган или Кылычдароглу?

Реджеп Тайип Эрдоган еще может победить —
но никогда раньше он не сталкивался с такой угрозой поражения на выборах. Он посрамил предвыборные прогнозы отдававшие преимущество его основному сопернику — Кемалю Кылычдароглу. Он лучше ожидаемого выступил в «электорально недружественных» крупных городах, особенно — Стамбуле. Да и недобрал до чистой победы в первом туре всего 0,6 процентного пункта.

И все же вчерашние выборы — чувствительный удар для президента, пошедшего на третий срок.

На самом деле, в предшествующих общенациональных голосованиях Эрдоган получал ненамного больше: 51,8% — на первых президентских выборах в 2014 г., 52,6% — на перевыборах в 2018 г., да и на общенациональном конституционном референдуме 2017 г., существенно расширившем полномочия президента, «за» проэрдогановскую позицию высказалось практически столько же — 51,4%. Так что от партии власти в стан оппозиции перешло всего 2-3 процента активных избирателей. Что же дает основание считать неудачу Эрдогана весьма серьезной?

Не секрет, что иногда к сильным, даже тектоническим сдвигам в политике приводит сдвиг настроений малой доли избирателей (вспомним, например, президентские выборы в США и 2016, и 2020 гг.) — но только при условии, что в стране сохраняется подлинная электоральная конкуренция, при которой победа «партии власти» отнюдь не предрешена. И Турция — несмотря на реформы с авторитарным душком последних лет, сохранила именно такой уровень конкуренции. И что?

Во-первых, Эрдоган потерпел сильное репутационное поражение: при все всевластии, он не смог победить в первом туре, выступил хуже, чем пять и девять лет назад. Для режима с яркими чертами персоналистского — далеко не последний по значимости фактор.

Во-вторых, в Турции впервые сложилось то, что политологи называют «коалицией меньшинств». Раньше у Эрдогана было ненамного больше голосов, чем вчера, но вот у его оппонентов — намного меньше, потому что на тех выборах присутствовал «курдский кандидат» — Селахаттин Демиртащ, получавший 8-9% голосов, в основном — на востоке страны. Теперь же модернистские настроения жителей крупных городов и средиземноморского побережья и голоса курдов ложились в копилку единого кандидата. Да, Кылычдароглу отстал в первом туре — но всего на 5 пунктов, а не на 20, как его предшественник 5 лет назад.

А отсюда — «в-третьих». Оппозиционный избиратель вполне может заключить: Эрдоган не столь уж непобедим, каким он казался все эти годы (вспомним: еще несколько месяцев назад, до землетрясения, мало кто сомневался, что он и в третий раз выиграет выборы, хотя и с большими издержками). А раз так — голосование обретает смысл: оно может изменить не только лидера, но и курс. Станет ли это сильным мобилизующим фактором — узнаем 29 мая. Как раз в этот день 570 лет назад в Константинополе, нынешнем Стамбуле, сменилась власть — пала Византийская империя.

Оригинал