Молдавская государственность и историческая преемственность

Вот уже четверть века определенная часть молдавских историков, журналистов, писателей, политиков и их сторонники, настойчиво убеждают нас – граждан Республики Молдова, в том что Молдавская государственность это временное явление и перспектива ее эволюции состоит только в объединении с Румынией и в том, что молдавский народ не имеет свою глубинную историю, в лучшем случае она начинается с 1991 года, под названием История Республики Молдова.

Мы не хотим останавливаться на генезисе этого явления и его пагубного влияния на развитие нашего государства... В рамках данной статьи хотелось бы представить соответствующую аргументацию относительно того, что молдавский народ имеет свою глубинную государственность и своё прошедшее через исторические тернии Государство со славной и не придуманной историей.

Для граждан других стран, подобная постановка вопроса может показаться странной: после стольких лет существования современного молдавского государства, мы до сих пор обсуждаем вопросы, которые в остальных постсоветских государственных образованиях просто не фигурируют ни в одной политической или образовательной повестке.

Итак, о государственности.

За последние 20 лет, зарубежные ученые провели серьезные исследовательские работы о природе государственности. По сути, данная категория стала отдельным предметом исследования имеющим исключительно важное методологическое значение для изучения государства. В этой связи следует отметить что «государство» и «государственность» – абсолютно разные политологические понятия, составляющие разные предметы исследования, но, безусловно, связанные между собой. Наука о государственности «обогащает как теорию, так и историю государства и права, поднимая их на новый научно-теоретический уровень».

Существуют различные трактовки и определения государственности, которые, в основном, излагают ее структурные компоненты и определенные отношения между ними. Например, профессор Бурбулис отмечает что «государственность есть структура власти и властных отношений в государстве, т.е. система институтов и правил их взаимодействия». В качестве атрибутов государственности А.Н. Котов перечисляет Конституцию, систему высших, центральных и иных управляющих органов, территорию, символику, гражданство, суверенитет. Подобная, но более комплексная трактовка принадлежит Л. А. Морозовой. В качестве компонентов государственности автор отмечает само государство, экономический строй, социально и духовно-культурную организацию, правовую систему. Морозова считает, что самостоятельным компонентом государственности выступает сам человек. Подобную трактовка можно считать определенным шагом в развитии теории государственности. В этом смысле весьма интересной является концепция, предложенная А.Б. Венгеровым. Под «государственностью» он понимает преемственность и обновление политической, структурной и территориальной организации общества.

Серьезный шаг в сторону онаучивания категории государственности предпринял профессор А.С. Шабуров. По его мнению, государственность это качественное состояние государственно организованного общества, определяемое устойчивостью и преемственностью конкретных исторических, национальных, культурологических и иных факторов.

Несмотря на серьезный научный подход, выше изложенные трактовки, по своей сути противоречивы. С одной стороны, заявленные компоненты только в совокупности своей могут в определенной мере характеризовать государственность как социально-политическое явление, а с другой – каждый компонент в отдельности (за исключением некоторых, например, «преемственность», «духовно-культурные организация», «человек») характеризует не государственность, а государство.

 Основная причина подобного теоретического изъяна, на наш взгляд, состоит в традиционном научном подходе, который не отвечает на основополагающие вопросы – чем отличается «государственность» от «государства»?; почему государственность устойчива в любой ситуации, а государство в неблагоприятных условиях подвергается серьезным трансформациям вплоть до исчезновения?; почему однажды исчезнувшие государства возрождаются через сотни и даже тысячи лет как птица Феникс из исторического пепла, а другие уходят в небытье? Приближают нас к ответам на эти сложные вопросы те ученные которые взяли в научную разработку такие понятия как «историческая преемственность государственности» (А.Б. Венгеров, Н.А. Рябинин, Л.А. Морозова, И.Л. Бачило и др.) а также концепция «базовых институтов» обеспечивающих «воспроизводство государственности» (М.В. Ильин, Ю,А. Андреева и др.).

Обращаясь к проблеме исторической преемственности государственности, авторы приходят к выводу, что преемственность является основной закономерностью развития государственности. Историзм, непрерывность, преемственность процессов сопровождающих эволюцию государственности, указывают на факторы, влияющие на этот процесс. Они бывают как внутреннего, так и внешнего порядка: форма общежития, духовное состояние, проявленные геополитические интересы со стороны внешнего мира и т.д.

 На наш взгляд сила воздействия этих факторов на государственность определяются постфактум и измеряется степенью пассионарности данной государственности. Например у курдов, армян, тибетцев есть основание констатировать высокий уровень пассионарности; у белорусов и молдаван в силу разных причин – средний; у косоваров – низкий. У нашего народа государственность занимает бòльшее место в подсознании, чем в его сознании. Все антигосударственные, антимолдавские информационные потоки серьезно подавляют естественный процесс его осознания, как в школе, так и в обществе в целом.

Признавая динамичность и историческую преемственность государственности, ряд исследователей отмечают наличие базовых институтов обеспечивающих воспроизводство государственности в различных исторических типах обществ. В этом смысле профессор Ильин, например, справедливо заметил, что для комплексного осмысления эволюции государства необходимо использовать категорию государственности, являющейся жестко закрепленной  в институциональную основу политической системы. Более определенно относительно о базовых институтах государственности высказалась Ю.А. Андреева. Анализируя различные точки зрения, исследовательница пришла к выводу, что государственность явление относительно постоянное, в то время как государство изменчиво и претерпевает коренные изменения. Государственность, заключает ученый, является вечным контекстом государства в своей жизнедеятельности.

В последние годы ученые гуманитарного профиля – экономисты, политологи, правоведы, историки, психологи – озадачены поиском закономерностей, выявлением системного закона, объясняющих зарождение и развитие государственности, его трансформации и специфику проявления в различных национально-государственных обществах. В этой связи наиболее интересной представляется междисциплинарная концепция «институциональных матриц», разработанная профессором С.Г. Кирдиной.

Концепция ученного об институциональной матрице базируется на работах К. Поланьи и Дугласа Норта, впервые употребивших этот термин. Именно ими были высказаны предположения о том, что система институтов каждого конкретного общества образует своеобразную «институциональную матрицу», определяющую веер возможных траекторий дальнейшего развития. Кроме того они полагали, что каждое общество имеет свою уникальную институциональную матрицу.

Как утверждает профессор С.Г. Кирдина, центральным понятием в теории институциональных матриц является понятие «базового института». Базовые институты трактуются как глубинные, исторически устойчивые основы социальной практики, обеспечивающие воспроизводство социальной структуры в разных типах общества. В данном случае институты понимаются как определенные «исторические инварианты», которые позволяют обществу развиваться, сохраняя свою самодостаточность и целостность в ходе исторической эволюции, существующие независимо от воли и желания конкретных социальных субъектов.

Базовые институты формируют остов, скелет общества образующего государство, они задают наиболее сущностные характеристики социальных ситуаций, определяют направленность (траекторию) коллективных и индивидуальных человеческих поведений. Базовые институты складываются исторически, в ходе взаимодействия организующегося социума с условиями внешней среды. Если понимать общество не как совокупность индивидов (упрощенный взгляд), а как сумму связей и отношений в которых «эти индивиды находятся друг к другу», то сразу становится ясно, что базовые институты представляют собой самое существенное в этих связях.

Понятие «институциональная матрица» трактуется на основе современного семантического значения слова «матрица» – как общей основы определяющей дальнейшее воспроизведение чего-либо. В рассматриваемой теории отмечается, что исходные инварианты, сложившиеся в конкретных обществах обладают способностью к воспроизводству. Именно они обеспечивают устойчивость государственности. Все последующие институциональные структуры воспроизводят, развивают и обогащают первичную модель, сущность которой, сохраняется. Данную концепцию можно выразить гениальными словами Шекспира: «Ты вырезан природой как печать, чтоб в оттисках себя передавать».

Понятие институциональной матрицы обращает наше внимание на естественность возникновения базовых институтов и возможность выделять те институциональные структуры, которые сформировавшись как необходимые в силу сочетания материальных, духовных, природных и исторических предпосылок, передаются, воспроизводятся и продолжают свое существование. Выявление институциональной матрицы государства, его качества, степени его пассионарности, специфики проявления – задача наиглавнейшая для современной науки, исследующей процессы возникновения и исчезновения государств (включая империи), союзов государств, а также причин появления сепаратистских движений в составе государств.

Таким образом, институциональная матрица это сформировавшийся естественным путем, комплекс институтов, своеобразные «паттерны» обеспечивающие воспроизводство самой государственности, а также, при определенных условиях, возрождение государств.

Использованный понятийный аппарат: «институциональная матрица», «базовые институты», «исторические инварианты», «историческая преемственность», «воспроизводство государственности» и т.д., отражают естественный путь формирования государственности и его матричных институтов, обеспечивающих выживание народов в сложных исторических условиях, в которых они оказались. Учитывая этот фактор, немало современных авторов, кроме выше названных (В.М. Корельский, В.Д. Перевалов, О.Ю. Винченко) связывают государственность с явлением ментальности и национальной самобытности.

Опираясь на выше изложенное, мы приходим к выводу, что «печать» молдавской государственности «вырезана» на основе нашей исторической памяти (уходящей своими глубинными корнями в историю позднеримской государственности, а затем и в период совместного проживания волохов с другими народами в составе некоторых раннеславянских государств и Венгрии) и исторического опыта зафиксированных, в том числе, в богатой исторической литературе и переданных из поколения в поколение, отражающих нашу ментальность и самобытность, а также наши культурные традиции или, говоря словами Андрея Кончаловского, – наш культурный геном. Разве не являются эти категории выражением базовых институтов, исторических инвариантов молдавской государственности обеспечивающие его непрерывное воспроизводство, независимо от воли различных политических сил или неблагоприятных воздействий внешних политических факторов? Вопрос – риторический.

Генезис разных народов изначально закладывает институциональную матрицу государственности в данное сообщество. На протяжении всей истории она проявляется с различной интенсивностью, является устойчивым каркасом сохранения данного народа и основой для проявления государства как инструмент самозащиты и самосохранения. В этом смысле этот народ или сообщество-государство безусловно имеет свою непрерывную историю. К таким народам и таким государствам относятся молдавский народ и молдавское государство.

В этой связи следует отметить, что о «непрерывности» в истории можно говорить, на наш взгляд, лишь относительно государственности. В остальном применимо понятие «историческая преемственность», которую можно понять лучше всего через дихотомическую модель «преемственности и разрыва».

С социологической точки зрения под преемственностью понимается передача социального опыта и знаний при помощи системы институтов – ритуалов, традиций, права, государства, религии, системы образования – от одного поколения к другому. «Новое» никогда не возникает на пустом месте, оно основано на «старом» и усваивает все сущностное и необходимое из предыдущего опыта и знаний. Преемственность является особым механизмом памяти общества, который осуществляет накопление, хранение, переработку и передачу информации из прошлого, на основе которой создаются новые ценности. Оно является философским единством внутри которого происходит непрерывная борьба противоположностей между конечностью развития – разрывом – и самой преемственностью.

Как подчеркивает А.Н. Смолина «модель преемственности и разрыва возможна только в особом типе организации времени – истории». В этой модели концепция преемственности возникает только благодаря факту разрыва, которому принадлежит своеобразное «право первородства». Разрывы в истории это великие энергетические импульсы часто трагичны и с разрушающими последствиями. Они и создают историю как таковую, и формируют историческое сознание, ибо линейная последовательная историческая конструкция, созданная линейным мышлением историка, не может считаться историей и не порождает истинное сознание истории.

С этой точки зрения современное молдавское государство обладает всеми необходимыми, если хотите объективными признаками глубокой государственности, естественным результатом которой является современное молдавское государство – Республика Молдова, народ которой из поколения в поколение творил собственную историю, нашедшую отражение в его славных и бесславных, созидательных и трагичных трудах и деяниях.

Если кому-то покажется, что эти аргументы не достаточны, особенно что касается нашей истории, то позвольте заручиться поддержкой профессора социологии Эвиатара Зерубавеля (США). В свой статье «Переломные моменты истории» ученный отмечает: «Вместо того, чтобы рассматривать историю как непрерывную цепь сопряженных событий, перетекающих друг в друга, как ноты в музыкальном легато, мы обратимся к мнемоническому видению, в котором присутствуют разрывы между отдельными отрезками истории…». Автор правомерно считает, что прерывистое видение прошлого заключает в себе производство мнемонического эквивалента пробела в орфографии или в музыкальной фразе. Подобные средства исторической пунктуации являются сутью социомнемонического процесса, широко известного как историческая периодизация. Другими словами непрерывный текст – это не текст, а непрерывная, линейная история – это не история.

 Коллективная память воспринимает историю через специально выделяемые периоды, которые определяются значимыми историческими событиями и воспринимаются в качестве главных «переломов» в жизни государственно-образующего народа. Эти «зарубки на память» помогают систематизировать, запоминать и социализировать историю страны, народа, государства. Народы-государства не имеющие в исторической памяти значимые исторические переломы часто сами их придумывают, или предпринимают постоянные пропагандистские усилия по гиперболизации малозначимых событий их биографий, социализируя их как важные и судьбоносные.

Некоторые из этих исторических моментов становятся судьбоносными и фиксируются как исторический факт вскоре после их завершения в коллективной памяти. Некоторые же, становятся «переломными» только в ретроспективе. Иначе говоря, события которые мы сейчас считаем «определяющими моментами» могли не привлечь общественного внимания в то время, когда они происходили.

Главное событие, которое коллективно вспоминается как значительный исторический перелом – это политическое рождение государства. Из 191 страны, чей политический календарь изучал профессор Эвиатар Зарубавель, в 139-ти празднуют «национальное рождение» считающееся днём, когда страна стала формально независимой. Ежегодное многократное празднование «рождения» Панамы (шесть раз), Эквадора (пять), Гаити (пять) несомненно указывает на важную роль подобного «исторического перелома». «Рождение государства» – это мнемоническая точка отсчета, без которой нет начала государства, а значит нет и самого государства.

Для Молдовы годом рождения считается 1359, а годом признания (со стороны сюзерена – Венгрии) – 1365. В этом смысле молдавское государство имеет двойное «свидетельство» – о рождении и о признании. После «рождения» любого государства, начинается сложный зигзагообразный, нелинейный исторический путь, протекающий через «разрывы» и «преемственности».

Первый этап первого глубокого исторического разрыва для молдавского государства и его народа, документально зафиксированного Бухарестским мирным договором, происходит, как известно, в 1812 году. Таким образом, административно-политическое разделение Молдовы является началом процесса временного прерывания развития молдавского государства, но не молдавской государственности. Отчуждение части молдавской территории – между Прутом и Днестром и включение его в состав Российской империи как выражение данного исторического разрыва, находит свое продолжение и углубление в период революционных событиях 1848 года, а также в процессе создания румынского государства. В 1859-1861 годах оставшаяся часть исторической Молдовы вошла в состав единого государства – Объединенные княжества Валахии и Молдовы, признанным Османской империей в 1862 году. Этим заканчивается последний акт первого мнемонического перелома, разрыва-преемственности в истории молдавского государства которому к этому времени исполнилось 500 лет.

Подчеркиваем – потерянно молдавское государство в том виде как оно существовало до середины 19 века, но не потерянна молдавская государственность. Его матричные составные остались в сознании молдаван на обоих берегах Прута.

Следует, однако, отметить, что в рамках Объединенных Княжеств, а в последствии в рамках румынского государства, государственность молдаван подвергалась решительному пересмотру в сторону румынской идентичности. Каково на данном этапе качество исторической (изначальной) государственной матрицы запрутских молдаван трудно сказать без социологических и иных социо-гуманитарных измерений, но то, что оно сохраняется до сих пор, нет ни каких сомнений. Касательно государственности и государственной идентичности молдаван в рамках Российской империи и в СССР, эти качества не только сохранились, но через культурно-национальный контур даже приумножились – процесс характерный для всех национальных и государственно-идентичных составных Российской/советской империй: финнов, поляков, латвийцев, эстонцев, литовцев, армян, грузин, белорусов, азербайджанцев, украинцев, узбеков, казахов, киргизов, туркмен, татар, абхазцев, осетин, башкир, чеченцев, кабардинцев, тувинцев и многих-многих других народов.

 История решительно доказывает, что империи являются великими генераторами новых государств, которые непременно появляются в результате их разрушений. Кроме величия, эти разрушения обладают и созидательностью, являющейся сутью исторической преемственности.

Эффект преемственности в данном случае, проявляется через двойное действие. С одной стороны – преемственность в процессе восстановления государства на основе приобретенной когда-то государственности и/или на базе национальной идентичности; с другой – преемственность как передаточный механизм между империей и отколовшимися от нее государствами. И в том, и в другом случае преемственность имеет место быть в рамках исторического разрыва и проявляется через своеобразное «первородство» – возникновение «нового».

Таким образом, идентичность молдавской государственности, по сути, не изменилась, она осталась функциональной до возрождения, в 1991 году, молдавского государства, а мнемонический ряд молдавской истории, не придуманный кем-то, имеет собственную историческую природу глубоко зафиксированную в нашем историческом сознании. Лишь обозначение основных мнемонических точек: 1359 г.; 1365 г.; 1538 г., 1775 г., 1812 г.; 1859/1861 гг.; 1917 г.; 1918 г.; 1940 г.; 1941 г.; 1944 г.; 1991 г. сразу провоцирует историческую память к восстановлению ключевых событий, нашей, молдавской истории. Эти годы – мнемонические точки, являются главными хронологическими составными истории молдавской государственности, молдавского государства.

Представленный междисциплинарный анализ молдавской государственности, молдавской идентичности, молдавской истории, их естественности и правомерности, – через призму теорий институциональных матриц, – исторической преемственности и исторического разрыва, социо-мнемонического обоснования истории Молдовы, не претендует на исчерпывающие ответы, в которых нуждается молдавское общество. Однако, даже после данного скромного анализа, подвергнуть сомнению нашу молдавскую государственность, преемственность нашего молдавского государства, нашу молдавскую историю, означает быть лишенным элементарного историко-гуманитарного чувства, а то и являться аморальным или даже злонамеренным индивидуумом.

Высшее изложенное является концептуальное, научно-обоснованное (насколько это возможно) видение автора. В этом контексте предлагаем читателям, экспертам, политикам несколько соображений, на наш взгляд конструктивных, в плане развития молдавской государственности и укрепления молдавского государства.

Затронем лишь гуманитарную сторону этого вопроса и подчеркнем:

I. Необходимо всерьез и надолго заниматься формированием граждан Республики Молдова начиная от детского сада и до глубокого постуниверситетского образования. Если реализация этого проекта будет запланирована только на сроки пребывания у власти, из этого не только ничего не получится, но будет даже на много хуже и разрушительнее чем ранее. Молдавское государство серьезно деформировано, и в первую очередь в головах у людей – начиная с политиков, интеллигенции и заканчивая детьми. «Разруха в головах», говорил классик. В этом смысле победу в борьбе за государство, за его адекватное восприятие – как необходимость, а не как обуза, одержит УЧИТЕЛЬ, которому надлежит платить достойную зарплату сравнимую с зарплатой военных (офицеров). Но не это главное. Главное – ему, учителю, нужен понятный и долгосрочный социальный заказ, исходящий от Молдавского государства, на формирование граждан Молдовы независимо от этнического происхождения. Сегодня этот заказ, как известно, исходит не от молдавского правительства.

II. Шансы на развитие и консолидацию любого государства, состоят в том числе в глубокой заинтересованности высшего руководства страны в развитии собственной национальной университетской системы образования и науки. И в этом случае, также подчеркиваем необходимость ясного социального запроса, со стороны государства, на формирование квалифицированных кадров и производство новых знаний и навыков. Только так можно создать так называемый средний креативный класс общества, который осознает лучше других необходимость формирования гражданина, укрепления государственности и его демократических устоев. В противном случае мы получим общество слабо образованных, мало культурных, мыслящих некреативно людей – постепенно превращающихся в бездушных роботов. Путь деградации в этом смысле давно начался. Грубое, непрофессиональное вмешательство министерства образования стало кошмаром для Академии Наук и профильных ВУЗ-ов.

Сегодня создаются все необходимые условия, в первую очередь, путем реализации дорогостоящих зарубежных проектов под которые международные финансовые структуры готовы выделить многие миллионы долларов для «оптимизации» системы высшего образования и науки Республики Молдова, конечная цель которых – обвал университетской системы и науки нашей страны, созданной четырьмя поколениями лучших людей земли молдавской – с 1924 г. и по сей день. Эти две взаимосвязанные системы – высшего образования и науки безусловно необходимо постепенно реформировать, но не путем их грубой и циничной ликвидации.

Итак, если в школе учитель прививает определенные знания и навыки гражданина, то в ВУЗ-е преподаватель формирует креативного, мыслящего, высокоорганизованного гражданина.

Чтобы достичь этого будущему руководству страны необходимо будет:

  1. формировать наш, собственный, осознанный, социальный заказ/запрос школам и вузам я не имею в виду традиционное и глупое распределение мест в вузах, правительством;
  2. поднять престиж учителя, преподавателя, ученного хотя бы до уровня престижа советского времени, в том числе посредством достойной зарплаты.
  3. существенно снизить переток студентов из Молдовы в Румынии в первую очередь путем заключения двустороннего межгосударственного договора на паритетной основе и изменения общественного мнения в пользу наших национальных вузов.
  4. статус работников образования и науки должен стать поводом для национальной гордости и подражания.

III. Необходимо серьезным образом заниматься культурой как духовной основой государства, культурой, которая исключила бы идентификацию молдаван как пьющую и глупую нацию. В этом смысле следует дорожить любым талантом, любым значимым социо-культурным проектом, любым проявлением культурного патриотизма основанного на служении молдавскому народу. Эти таланты необходимо продвигать и всемерно поддерживать, используя все медийные средства, в том числе международные коммуникационные сети. Суть и формы проявления молдавской культуры, ее содержание, должны стимулировать объединение всех жителей Молдовы в единую гражданскую нацию – опору и гарантию молдавской государственности.

В этом смысле нам нужны высокообразованные, высококультурные руководители минкульта, а не «заведующие сельскими клубами», которые иногда устраивают некие увеселительные мероприятия. Министерство культуры должно работать на продвижение фундаментальных политик и законов по конструированию обще-молдавской культуры, со своей спецификой, базирующейся на наших давних традициях объединяющих молдавское общество в единую гражданскую/политическую нацию. И для решения этой задачи необходимо создавать своеобразную молдавскую «массовую культуру» которую будут разделять не только граждане Республики Молдова, но и Румынии (Запрутской Молдовы).

Главное – необходимо придать молдавскому культурному коду глубокий исторический и культурологический смысл, который буквально был истреблен в последнюю четверть века.

IV. Важно найти объединяющий фактор и в молдавском спорте.

В этой связи, сверхнеобходимо всем миром во главе с президентом страны вкладываться в создание достойной футбольной команды европейского уровня которую полюбили бы и гордились бы все молдаване, независимо от этнической, религиозной или социальной принадлежности. Эта должна быть команда-символ, команда-гордость, команда-достоинство, команда представляющая нас в мире.

V. Каждая из этих, на мой взгляд, краеугольных задач имеет свой специфический инструментарий решения. Однако существуют системообразующие проекты, затрагивающие решение всех перечисленных. В этом смысле необходимо срочно взяться за написание фундаментальной, научно обоснованной истории Молдовы во всех ее проявлениях. Книги по истории Молдовы необходимо продвигать во всех школах, библиотеках, университетах, культурных и образовательных центрах, а людей написавших их прославлять и поддерживать, с тем, чтобы к этой группе стремились примкнуть и другие ученные. Всех их следует задействовать в организации и проведении научных конференций, круглых столов, семинаров, дискуссий по всему спектру вопросов касающиеся Молдовы как государства. Этот проект необходимо начать реализовывать «уже сегодня», завтра будет малоэффективно и обойдётся значительно дороже. В этой связи жизненно необходимо создать Центр с условным названием «Рефлексирующая/мыслящая история».

VI. Касательно внешней политики и безопасности молдавского государства, которое «находится в точке пересечения всех бед» и геополитических интересов, по-сути отметим: Молдова как государство не имеет практически никаких системообразующих ресурсов. Поэтому необходимо как воздух, создавать высоко-профессиональное министерство иностранных дел с мощной аналитической инфраструктурой и высоко профессиональную систему информации и безопасности страны, не уступающую, по крайней мере соседним аналогам. Профессиональная работа этих 2-х структур является главным условием, базовым капиталом выживания молдавского государства.

Повторюсь – я лишь затронул проблему государственности Республики Молдова, но если осуществить сказанное в развернутом виде, получится своеобразная государственная программа, реализация которой представляет настоящую провокацию для нашего политического, интеллектуального, финансово-организационного потенциала.

В этом смысле жизненно-необходимо объединить все прогосударственные силы и ресурсы. «Партии-герои», «политики-герои», «президенты-герои» могут быть лишь в ходе предвыборной кампании для «ловли голосов» для последующей комфортной жизни самих «героев», но стране и обществу от этого только разруха. Власть должна осуществлять государственное строительство как минимум на 20-30 лет вперед. И только тогда у Молдовы появится реальная перспектива на развитие и процветание.

От редакции:

Ждем материалов на тему истории и политической мысли Молдовы от ученых Института истории и профильных кафедр вузов. Нашим читателям будут интересны разные точки зрения по этой тематике.

Обсудить