Осторожно: особый статус (Приднестровье и Донбасс). Часть вторая

Как только Россия берется за проблему «положения русского языка и русскоязычных» в бывших советских республиках, в этих государствах тут же катастрофически возрождается внутренняя конфликтность с угрозой прорыва во власть анти-системных организаций

Начало здесь.

Третье. Одним из главных «ударных» средств (прошу простить за навязчивую военную лексику), однако стратегия, проводимая Россией в отношении стран – соседей, прежде всего в отношении Молдовы и Украины, не оставляет выбора.

Лексика войны здесь единственно применимая всегда, начиная с самого распада СССР в 1991 г., было искусственное обострение «языкового вопроса» с требованиями обеспечить также своего рода «особый статус» русского языка - конституционное закрепление «средства межнационального общения» придание статуса официального, а то и государственного статуса в отдельных регионах стран- «жертв», иногда и с нахальными претензиями сделать русский язык «вторым государственным» в целой стране.

Не будем размениваться на мелочные придирки типа рассуждений на тему «а зачем вообще русский язык молдаванам и украинцам» : если цены на нефть упадут до устойчивых 35- 40 долларов за баррель, в России гастарбайтерам просто нечего будет делать (следовательно, и учить русский ни к чему) – без денег останутся даже претендующие сейчас на статус «среднего класса» россияне, и что-то строить или штукатурить молдаванам и украинцам просто будет нечего. Нынешним трудовым мигрантам из наших двух стран русский язык тут же станет сугубо «иностранным», а рассуждения типа «ну, это же язык Пушкина и Толстого» скорее всего искателям зарубежных заработков из РМ и Украины будут принципиально неинтересны – они с намного большим удовольствием овладеют языками Данте, Сервантеса, Шиллера или Шекспира. А уж вопрос, зачем нужен русский язык живущим в Молдове молдаванам, вообще смешон – русских по переписям населения в РМ менее 6% - и они разве могут требовать, чтобы все в стране говорили на их языке?

Однако оставим в стороне всю вышеприведенную риторику и перейдем к той Realpolitik, которую Москва проводит в отношении стран – соседей. Муссирование проблемы статуса русского языка в бывших республиках СССР всегда выступало жестким и мощным средством кремлевской политики, действующим в двойном применении : с одной стороны – как средство дестабилизации обстановки в странах - соседях (и в имперское, и в советское время российский Центр позаботился, чтобы во всех «инородных окраинах» процент этнических русских обязательно зашкаливал за любые приемлемые для сохранения национальной идентичности этих самых «инородцев» пределы, так что желающих «второго государственного русского языка» в пост-советских странах всегда находится немало).

Как только Россия берется за проблему «положения русского языка и русскоязычных» в бывших советских республиках, в этих государствах тут же катастрофически возрождается внутренняя конфликтность с угрозой прорыва во власть анти-системных организаций – как было в Молдове в начале 1994 г., когда 28 из 101 мандатов Парламента получило т.н. «Соцединство».

Конечно, если Москве удастся закрепить с помощью некого Особого Статуса своих сторонников на Донбассе, «проблема статуса русского языка» будет использована в этом Особом Статусе с не меньшей вредоносностью, чем в Молдове. 

Второй вариант (и судя по всему главный) применения Москвой «языковой проблемы» - требования узаконения некого «особого режима использования языков» в зонах, не контролируемых законными властями «проштрафившихся перед Кремлем» государств, но зато полностью контролируемых Россией.

Так, в Приднестровье требования РФ закрепить декларированное тираспольским режимом «трехъязычие» имеет единственное предназначение – обеспечить монопольное положение русского. Автору приходится нередко посещать Бендеры и Тирасполь, иногда доводится ездить в Рыбницу – всюду видишь надписи только на русском языке, все говорят только на русском, а что делают в приднестровском официальном «многоязычии» румынский (по приднестровским стандартам - «молдавский») язык и украинська мова, остается только гадать. Можно с уверенностью утверждать – если Кремль когда- либо добьется для Приднестровья «Особого Статуса в составе Молдовы», там будет четко обозначено создание особого статусного (лучше сказать – привилегированного) положения для русского языка (права украинского и «молдавского» просто смехотворны – полноценное применение того же украинского в официальной, также и в социально –политической жизни т.н. «ПМР» выглядит столь же реалистично, как полет барона Иеронима фон Мюнхгаузена на пушечном ядре вокруг Бендерской крепости).

Не стоит даже сомневаться, что если Москва начнет реально продвигать проблему «особого статуса» для оккупированных районов Донбасса, вопрос обеспечения специализированно – привилегированного положения русского языка будет одним из важнейших в выработке такой «особой статусности». Цель навязывания такой формулы в пространных комментариях не нуждается : начиная с распада СССР в 1991 г. все усилия Москвы по «защите русского языка» в странах пост-советского пространства преследовали только одну цель : создать правовые условия, при которых значительная часть населения того или иного «бывше-советского» государства имела бы легальное право не учить и не знать принятый в данной стране государственный язык. Зачем это нужно – также не нуждается в «разжевывании» : русско – язычная, «легально» незнающая государственный язык часть общества конкретной страны всегда будет зависимой от московской пропаганды и прямых указаний Кремля. Не надо быть «семи пядей во лбу», чтобы догадаться – в Луганской и Донецкой областях при формировании угодного Кремлю Особого Статуса будет продавливаться формула, которая по сути уже успешно внедрена Москвой в Приднестровье  - декларированное «многоязычие» с фактическим закреплением абсолютного диктата русского языка. Кого будут с большим рвением после этого выслушивать жители Донбасса- Киев или Москву, можно догадаться даже не с трех, а с четвертинки раза.

Общий итог : при создании Особого Статуса для тех или иных руководимых ею территорий соседних государств Москва всегда будет стремиться к закреплению особо – повышенного положения русского языка с фактическим подавлением употребления всех прочих имеющих распространение в данном регионе языков (см. выше пример Приднестровья). Приднестровью – если кривлянья Москвы по теме «восстановления суверенитета и территориальной целостности» Молдовы когда- то обретут реальность, - такой карикатурный «статус применения языков» уже обеспечен, Донбассу его успели посулить – в одном из под-пунктов Примечания (Приложения) 1 Минских соглашений четко оговорено:  для «отдельных районов Донецкой и Луганской областей» должно быть дано «право на языковое самоопределение» (что же, спасибо г-ну Л.Кучме – всю жизнь предавал Украину, предал и на это раз).  О том, что такое «языковое самоопределение», говорилось выше – узаконенное право пренебрегать государственным языком и знать только русский, - на секунду задумаемся, как будут реагировать в Кремле, если в каком-то регионе России будут говорить ТОЛЬКО по татарски или по-бурятски??? В этом плане и массовое предоставление гражданства РФ жителям оккупированных регионов Молдовы и Украины оказывается очень «к месту»: доказывать, почему русский язык так неотложно нужен сотням тысяч жителей Приднестровья и Донбасса с молдавскими и украинскими паспортами – еще не все поверят, а вот граждане России, составляющие большинство  в таком случае – четко «вне критики».

Т.о. мы получаем вариант, несущий смертельную опасность как Молдове, так и Украине : в навязывании выгодного ей Особого Статуса Россия будет всегда продвигать такие условия, которые позволят жителям сепаратистских регионов наплевательски относиться к языковому законодательству «реинтегрированной» страны и создавать в «зоне Особого Статуса» территорию, где все будут и говорить, и мыслить «не по-молдавски» и «не по-украински». Они будут мыслить «по-русски», что неизбежно приведет к повторению крымского сценария.

Четвертое. Вопрос, очень тесно связанный с выше-представленным «номером три», но имеющий при этом самостоятельное значение. Проблема, связанна с системой образования в пост-советских республиках, приобрела для многих из них (не всех- какому нибудь Таджикистану такие казусы «до лампочки», главное – чтобы работающие на русских таджикские холопы побольше денег присылали) поистине стратегическое значение. В этой ситуации по сути решается вопрос, будут ли наши дети расти патриотами собственной страны либо низко-поклонниками «спасительницы-России» (у Грузии есть опыт – последний ее царь передал русским власть в своей стране, чтобы избавиться от постоянного давления турок и персов – трудно судить, прав он был или не прав, но через несколько лет Грузия восстала против русских – введенные ими порядки оказались страшнее угрозы набегов персидских шахов). Русские не умеют «играть по-спортивному» - если где-то они начинают строить систему образования  по своим меркам, они не смогут избавиться от забрасывания грязью культур и истории «подвластных» народов. Иван Мазепа обязательно окажется «преданным анафеме» (великого украинского патриота предала проклятью московская церковь, запятнавшая себя пресмыканием перед властями царской России, а потом и перед «атеистической» большевистской властью, и теперь Владимир Гундяев – он же «Патриарх» Кирилл, - так же ползает на карачках перед Путиным, как его предшественники перед Сталиным или Хрущевым, и естественно Ивана Мазепу проклинает). А Степан Андрийович Бандера, просидевший почти всю советско – германскую войну в германском концлагере –его то за что записывать в «пособники фашистов»? И вот давайте посмотрим – школа в Украине, где будут лживо доказывать, что Иван Мазепа-предатель, а Степан Бандера – фашист, такая школа украинской нации нужна?  А ведь в «русской» школе на территории Украины будут проповедовать именно так.

Соответственно, чего можно ожидать от системы образования,  выстроенной в сепаратистских регионах, если там Кремль установит Особый Статус собственной рецептуры. На «особо – статусном» Донбассе в школах будут учить всему, что против Украины, а в «воссоединенном» Приднестровье школьников будут приучать ненавидеть Молдову (попробуйте доказать «особо-статусному» Приднестровью, что в 1992 г. Кишинев восстанавливал конституционный порядок, а не «совершал агрессию» - научить приднестровцев такому изменению мысли можно только в соответствии с знаменитой армейской поговоркой : «не умеешь - научим, не хочешь - заставим») и уж конечно Румынию – и все это будет прописано в Особом Статусе региона, который сочинят в Москве. То же самое будет и на Донбассе. Только позволь сепаратистам в соответствии с надуманным в Москве Особым Статусом организовать свою систему образования – и тут же захарченки, безлеры и «Гиви» станут героями, а солдаты, воевавшие против них, превратятся в «бандеровских фашистов».

А ведь Россия хочет именно этого – чтобы в «воссоединенных» в соответствии с Особым Статусом регионах система образования выглядела именно таким образом - и вот зададимся простым вопросом – захотят ли Молдова и Украина пойти на такое дикое мероприятие, откровенно означающее национальное самоубийство? Но в «отдельных районах», где преобладающее большинство населения будет иметь паспорта граждан России, доказать что-либо обратное и создать школьную систему, где будут учить детей «за Молдову» и «за Украину», окажется крайне сложно, если не откровенно невозможно – цепные псы Путина будут с абсолютной уверенностью доказывать, что «бандеровское воспитание» российским гражданам противопоказано.

Все приведенные выше моменты четко свидетельствуют – при любой разработке неких «особых статусов» для Приднестровья и Донбасса Россия будет всегда продвигать тот вариант развития системы образования в бывших дезинтегрированных регионах, который будет активно работать против того самого «восстановления суверенитета и территориальной целостности» наших двух государств, в верности каковому принципу так упорно клянется Москва.

Пятое. Многие свои замыслы относительно возможного Особого Статуса сепаратистских донбасских районов Россия постаралась внедрить в текст Минских соглашений. Эти «вкрапления» во в принципе вполне политически корректный документ заслуживают внимания. Мы уже рассматривали ряд пунктов, однако остались еще некоторые моменты, способные прояснить, что понимает Кремль под навязываемым той же Молдове и Украине Особым Статусом отторгнутых у них территорий. В упомянутом Примечании (Приложении) 1 к Минским соглашениям прописаны следующие пункты:

  • Первое же конкретное условие этого Приложения гласит «освобождение от наказания, преследования и дискриминации лиц, связанных с событиями, имевшими место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». Данное положение имеет само по себе предельно скандальный характер. Это кого необходимо «освобождать от наказания»? – у автора есть масса свидетельств, что на территории оккупированных районов двух донбасских областей действуют не некие «борцы за свободу», идейные воители «против бандеровцев», а элементарные бандиты, грабящие и убивающие мирных жителей – тех самых, кого он обязались спасти от «власти националистов». Реализация Минских соглашений  становится абсурдной, если «амнистированы» будут натуральные уголовники, скрывающиеся под вывеской «днр» и «лнр» и совершившие основные преступления даже не против украинской власти, а против жителей самого Донбасса. Конечно же, тот Особый Статус, который Москва готовит для Приднестровья и двух восточных областей Украины, положения об «амнистии» будет содержать непременно : что это такое, Молдова уже знает – на недавних выборах башкана Гагаузии одним из кандидатов выступал Иван Бургуджи, который по законам всех цивилизованных стран давно уже заслужил «отдых» в ИТУ до конца своих неправедно прожитых дней за вражескую деятельность в отношении Молдовы.
  • Еще один пункт цитируемого Приложения гласит: «участие органов местного самоуправления в назначении глав органов прокуратуры и судов в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». Не приходится сомневаться, что такая «правовая новация» обязательно будет закреплена в готовящемся для Молдовы и Украине Особом Статусе их поднявших путч территорий – честно говоря, такое требование уже начинает напоминать кошмар из картин Иеронима Босха : если выборы в местные органы власти на Донбассе пройдут «по сурковски», нетрудно догадаться, кто в этих органах будет представлен, а уж в своем «участии» эти «народные избранники» будут продвигать таких прокуроров и судей, при которых от справедливой меры возмездия будут ускользать даже те сепаратисты, которые залиты кровью невинных жертв по самую макушку и на которых смогут указать пальцем сотни свидетелей. Кстати, для Молдовы в этом плане также актуален призыв певца Айдамира Мугу «не расслабляемся, сейчас песня «Черные глаза»» - такие «глаза» будут царить и в приднестровской прокуратуре и судах, если Москва продавит свой Особый Статус для «ПМР».
  • Следующий подпункт рассматриваемого Приложения: «возможность для центральных органов исполнительной власти заключать с соответствующими органами местного самоуправления соглашения относительно экономического, социального и культурного развития отдельных районов Донецкой и Луганской областей;». В этой фразе – «самая изюминка» того, что в Кремле понимают под Особым Статусом для сепаратистских регионов Молдовы и Украины : поставить центральные власти и местные администрации «особо-статусных» регионов в равное юридическое положение. Одной этой фразой начисто убивается возможность формирования каких-либо вертикальных связей между Центром и «воссоединенной» периферией. Молдова уже с таким казусом столкнулась – много раз упомянутый «Меморандум Козака» уже такие положения содержал, ждем теперь «Меморандум Козака – 2» : тот же Андрей Нэстасе еще пару раз подыграет Кремлю, как он это сделал при голосовании в ПАСЕ, и в Кремле будут уверены, что можно спокойно навязывать Кишиневу «равносубъектность» с Тирасполем.
  • Еще одна «изюминка» из Приложения: «создание отрядов народной милиции по решению местных советов с целью поддержания общественного порядка в отдельных районах Донецкой и Луганской областей;». Анти-украинская направленность этого положения настолько самоочевидна, что на такие «перлы» не хочется тратить лишних слов (напомним лишь, что в долгом и феноменально бесплодном «приднестровском процессе урегулирования» подобные пожелания уже фигурировали – Молдова, готовься, Д.Козак придет с такими инициативами к тебе еще раз). Следует задать только один вопрос – а эти «отряды народной милиции» чем-то, прежде всего по личному составу, будут отличаться от современных бандформирований, терроризирующих оккупированную часть Донбасса? Или там будут собраны подонки из банды «Беса» - в 2017 г. пришлось побывать на некоторых местах их сволочных «подвигов» - впечатляет, только не с лучшей стороны. А ведь в продвигаемых Москвой Особых Статусах для «отдельных районов» Молдовы и Украины за существование такой «народной милиции», которая чересчур активно «меня бережет», кремлевские представители будут бороться до последнего.
  • И наконец, апофеоз – головокружительное положение изучаемого документа: «полномочия депутатов местных советов и должностных лиц, избранных на досрочных выборах, назначенных Верховной радой Украины этим законом, не могут быть досрочно прекращены». Несмотря на красивую оговорку «назначенных Верховной Радой», данный пассаж четко институирует неподконтрольность местных властей центральным. В любой нормальной стране центральная власть имеет полномочия приостанавливать действия местных властей, если они противоречат законам и интересам Государства. В своих вариантах Особого Статуса для «отдельных районов» Молдовы и Украины Россия хочет совсем другого – возможность для местных органов самоуправления делать, что они захотят, не считаясь с законами страны.

Как мы видим, во всех процитированных пунктах Минских соглашений Россия постаралась навязать общий абрис будущего Особого Статуса данного региона, который будет удовлетворять кремлевскую камарилью и всяких мелкотравчатых пушилиных и пасечников. Против самих Минских соглашений выступать не будем – это «священная корова» процесса урегулирования, а нападать на позицию Киева, Берлина и Парижа автор не хочет – слишком патриотически про-европейски настроен (что поделать – этнический немец по материнской линии, кажущаяся русской фамилия совсем не русская – в конце восемнадцатого века принял православие кабардинец Иса Маллахов, мой пра-пра…). Но из того, что московская дипломатия  «просунула» в эти соглашения, слишком хорошо понятно, как видит Кремль Особый Статус для этих украинских регионов – отсутствие контроля центральной власти и полная безнаказанность местных властей сепаратистских «отдельных районов» в нарушениях общегосударственного законодательства. Боюсь показаться «повторно – навязчивым», но очередной раз напомню -  лучший друг Андрея Нэстасе и Майи Санду Дмитрий Козак готовит для Молдовы именно такую схему, побольше думать надо было лидерам АКУМ, с кем заключаешь союз. Это и есть цель Москвы – сделать так, чтобы ни Кишинев, ни Киев управлять «гордыми свободолюбивыми» частями своих земель не могли.

Подводим общий итог. Каждый раз, когда Россия выступает с предложениями Особого Статуса для ею же взбунтованных частей соседних государств (тем же Казахстану и Беларуси хотел бы напомнить названное выше «не расслабляемся, дальше…..», на дружбу Кремля слишком рассчитывать не стоит, эта дружба всегда оборачивается территориальными притязаниями с Особыми Статусами), в странах – объектах в случае продавливания «особо- статусных» установок необходимо тут же вводить Чрезвычайное Положение – стране угрожает смертельная катастрофа с полной потерей именно тех самых «суверенитета и независимости», о которых на словах так печется Москва. Поэтому берегитесь Молдова и Украина : примете выдуманный в Москве Особый Статус для своих мятежных регионов – это смерть. Россию, когда она заводит   разговор об Особом Статусе, всегда нужно посылать туда, куда автору точно назвать не позволяет порядочное воспитание. К сожалению, наше нынешнее не в меру «про-европейское» руководство страны действует в прямо противоположном направлении.

Обсудить