Академик Павлов: "Характеристика русского ума мрачна. И то, что переживает Россия, очень мрачно"

Главный вывод, которым Павлов впервые поделился с соотечественниками в свои 69 лет, сводится к следующему: русскому человеку реальность не указ, он живет фантазиями и собственными представлениями, не зависящими от фактов. И именно в этом образе мыслей - угроза и самой России, и ее соседям по планете.

В свете популярных в России рассуждений о "русском мире", "особой миссии" и "генетическом коде" русского народа считаю актуальным вспомнить цикл из трех лекций одного из величайших русских ученых академика Павлова "Об уме вообще, о русском уме в частности", с которым он выступил в апреле-мае 1918 года. Вряд ли даже самым отъявленным "патриотам" придет в голову назвать Ивана Петровича Павлова русофобом или даже либералом, а потому эти потрясающе интересные лекции можно смело рекомендовать к прочтению всем и каждому - чтобы лучше понимали, почему "умом Россию не понять, аршином общим не измерить".

"Стоит кому-либо заговорить не так, как думаете вы, сразу же предполагаются какие-то грязные мотивы, подкуп и т.д. Какая же это свобода?"

Прочитав лекции целиком, оговорюсь сразу: в них нет ни намека на унижение или оскорбление России, россиян или русских. Как нет подчеркивания преимуществ каких-либо других наций. Есть спокойный профессиональный анализ ученого, который всю жизнь посвятил исследованию мыслительной деятельности гомо сапиенса, или, как формулирует википедия, "психофизиологии типов темперамента и свойств нервных систем, лежащих в основе поведенческих индивидуальных различий".

«Русский человек не докапывается до корня дела»

Главный вывод, которым Павлов впервые поделился с соотечественниками в свои 69 лет, сводится к следующему: русскому человеку реальность не указ, он живет фантазиями и собственными представлениями, не зависящими от фактов.  И именно в этом образе мыслей - угроза и самой России, и ее соседям по планете.

"... Русский ум не привязан к фактам. Он больше любит слова и ими оперирует. ... русская мысль совершенно не применяет критики метода, то есть нисколько не проверяет смысла слов, не идет за кулисы слова, не любит смотреть на подлинную действительность"  

«Возьмите вы наших славянофилов. Что в то время Россия сделала для культуры? Какие образцы она показала миру? А ведь люди верили, что Россия протрет глаза гнилому Западу. Откуда эта гордость и уверенность? И вы думаете, что жизнь изменила наши взгляды? Нисколько! Разве мы теперь не читаем чуть ли не каждый день, что мы авангард человечества! И не свидетельствует ли это, до какой степени мы не знаем действительности, до какой степени мы живем фантастически!»

В 1918 году, то есть через год после большевистской революции, Иван Петрович считал, что когда-то была разница между образом мыслей образованной элиты и народа, который он без всякого презрения, а скорее с сочувствием называл «невежественной крестьянской Россией». "Образованная элита", по мнению Павлова, тоже не стремилась к истине и жила фантазиями, однако в отличие от народа она не стремилась обвинять во всех своих бедах врагов. Народный же ум ищет виноватых всегда, поэтому большевистская идея классовой ненависти оказалась им так востребована:  

«Матрос, брат моей прислуги, все зло, как и полагается, видел в буржуях, причем под буржуями разумелись все, кроме матросов и солдат. Когда ему заметили, что едва вы сможете обойтись без буржуев, например, появится холера, что вы станете делать без докторов? Он торжественно ответил, что все это пустяки, ведь это уже давно известно, что холеру напускают сами доктора... Стоит ли говорить о таком уме и можно ли на него возлагать какую-нибудь ответственность?»

О том, что произошло со времен лекций Павлова с "образованной элитой" и что с народом, написаны тонны книг, сегодня же можно уверенно констатировать одно: в поиске врагов элиты и народ слились в невиданном со сталинских времен экстазе. 

 

"Мы всегда в восторге повторяли слово "свобода", и когда доходит до действительности, то получается полное третирование свободы... У нас есть пословица: “Что русскому здорово, то немцу - смерть”, пословица, в которой чуть ли не заключается похвальба своей дикостью. Но я думаю, что гораздо справедливее было бы сказать наоборот: “То, что здорово немцу, то русскому - смерть”.

Если кто-то, кому вы порекомендуете тексты о русском уме Павлова, все же назовет великого ученого "засланным казачком" или "тайным агентом мировой закулисы", покажите ему вот эти слова, которыми Павлов заканчивал свои лекции:

"Нарисованная мною характеристика русского ума мрачна, и я сознаю это, горько сознаю. Вы скажете, что я сгустил краски, что я пессимистически настроен. Я не буду этого оспаривать. Картина мрачна, но и то, что переживает Россия, тоже крайне мрачно. А я сказал с самого начала, что мы не можем сказать, что все произошло без нашего участия. Вы спросите, для чего я читал эту лекцию, какой в ней толк. Что, я наслаждаюсь несчастьем русского народа? Нет, здесь есть жизненный расчет. Во-первых, это есть долг нашего достоинства - сознать то, что есть... Следовательно, хотя бы у нас и были дефекты, они могут быть изменены. Это научный факт. А тогда и над нашим народом моя характеристика не будет абсолютным приговором. У нас могут быть и надежды, некоторые шансы".

Оригинал

Обсудить