Когда в 1838 году ушёл из жизни политико-смысловой предшественник Хенри Киссинджера – Шарль-Морис Талейран – остроумный Париж сказал: Талейран умер? Интересно, зачем ему это понадобилось!
Талейран дожил до 84 лет, и для тогдашней Европы то была сверхглубокая старость. Киссинджер – до ста с половиной. И зачем ему понадобилось покинуть мир именно сейчас – не раньше и не позже – хорошо понятно.
Человек умирает с исчерпанием своего жизненного задания. Жизненным заданием Киссинджера было: увидеть, каковы истинные плоды его премудроковарной Realpolitik.
Realpolitik, воплощавшаяся этим нарочито циничным и жестоким интеллектуалом, опиралась на такие принципы:
- Надо договариваться с монстрами и даже взращивать их, если такие союзы ведут к быстрому достижению целей;
- Физическая сила остаётся главным аргументом, наивно полагать обратное;
- Побеждает тот, кто подлинно независим от (религиозных / моральных) ценностей.
Этот большой еврейский мудрец начал накачивать ресурсами тоталитарный Китай, на сегодня превратившийся для США в главную проблему. Геноцидными бомбардировками Камбоджи привёл к власти «красных кхмеров». Подарил Южный Китай Северному / коммунистическому. Помогал аргентинской хунте уничтожать инакомыслящих.
И – получил Нобелевскую премию мира за прекращение Вьетнамской войны, которая после того продолжалась ещё два года.
Киссинджер – самый яркий и подлинный символ тотального лицемерия, которое стало основой вашингтонского «Карточного домика» и – вкупе с коррупцией, непотизмом и высокомерием – породило IV мировую войну.
При которой мы сейчас и живём.
И не увидев этот закономерный итог, он не мог оставить мир без себя.