«Неожиданная военная экспедиция» России в Крыму вызвала шквал экспертных комментариев, толкований, суждений относительно поиска cкрытых смыслов и реальных мотивов объясняющих действия российской стороны. В этих дебрях аналитической мысли встречалось все: от коварных намерений взорвать конструкцию однополярного мира и попыток вернуть России статус сверхдержавы - основного оппонента США на мировой арене до объяснений происходящего исключительно состоянием здоровья президента РФ, который после Крыма планирует организовать новый освободительный поход на Балканы и покончить с Косово раз и навсегда.

После месяца, истекшего с начала «крымской эпопеи», ситуация прояснилась, страсти поутихли, истерия в СМИ практически прекратилась. Оказалось, что все здравствуют и даже пребывают в отличной политической форме, а большая часть российского общества одобряет действия своего бессменного лидера. Русские флот и армия опять несокрушимы и победоносны, а «Народ и партия едины» как в прежние советские времена.

Мобилизованное «крымским блицкригом» единение является одной из основополагающих целей российской политики. Внешнеполитическая сторона «крымской медали» играет второстепенную роль.

Эта «неожиданная", но маленькая и победоносная» война была нужна Путину как воздух. С недавнего времени руководство РФ стало ощущать серьезные подземные толчки общественного недовольства. К следующим выборам эти явления грозили перерасти в реальный социально-политический катаклизм, в общих чертах, напоминающий ситуацию в той же Украине.

Под воздействием вулканических проявлений конфликтной социальной активности российский трон начал слегка подпрыгивать и пошатываться. Российские верхи, опутанные сетями коррупции, страдающие от бюрократизма и разгильдяйства, постепенно теряли связь с действительностью. Утопающий в роскоши, самодовольный и помпезный Центр беззаботно блистал на фоне убожества и нищеты российской глубинки, а силовые преследования властью всех «правых» и «не правых» патриотов слегка зашкаливали. Ропот нарастал.

Путин перестал быть «неприкасаемым». Согласно социологическим поросам доверие к власти стремительно упало до 60%. Режим постепенно терял почву. Прежде всего - патриотическую. Россия стала напоминать позднюю римскую империю периода упадка с ее алчными лозунгами «хлеба и зрелищ» для Центра и тлеющими очагами нестабильности на руинах периферии. Чтобы спасти и выровнять ситуацию, нужна была встряска, способная восстановить картинку былого величия и единства некогда могущественной империи. Так родился «крымский блицкриг».

Ситуация в Украине способствовала развитию этого сценария. В феврале 2014 г. под напором революции государственные механизмы деградировали и пришли в полный упадок. Нормы права, опирающиеся на букву закона, уступили место праву силы – революционной (или контрреволюционной) политической целесообразности. Массовая гибель людей на майдане повергла общество в состояние шока. Силовые акции стали обыденным явлением украинской жизни. Ослабленная Украина превратилась в легкую жертву.

Эта реальность сформировала предпосылки для российской агрессии на полуострове. Ее отдельные деструктивные сегменты сохраняют свою силу и сейчас. Представители западного политсообщества с начала марта 2014 г. постоянно делают посылы о необходимости разоружиться, покинуть улицы и вернуть политический процесс в государственные учреждения, как, например, заявил посол США в Украине Дж. Пайет. Пока этот процесс полностью не завершится, крымский синдром будет незримо витать над Украиной.

«Крымский блицкриг» состоялся, но крымская война для России не окончена. На данном этапе Москве удалось консолидировать население вокруг власти, частично заглушить оппозиционную деятельность оппонентов. Путин на волне ура – патриотических настроений укрепил собственные позиции в стране. Вопрос, надолго ли?

Политически режим, который укрепляется за счет подрыва государственности соседей, как правило, не стабилен и не устойчив. Первые же серьезные неудачи могут привести к его падению.

Такая политика «бонапартизма» известна Европе с середины 19 века. Ее наиболее последовательным приверженцем являлся французский император Наполеон III, политическая карьера которого плачевно завершилась во время франко-прусской войны под Седаном, где он сдался в плен германским войскам. Затем во Франции началась очередная революция - Парижская коммуна со всеми вытекающими из нее кровавыми последствиями.

В России очень часто проигранные (или неудачные) войны заканчивались революциями. В том же 19 веке Россия, потерпев поражение в крымской войне, лишилась возможности иметь флот в Черном море. Севастополь был демилитаризован. Царь Николай I не пережив случившегося, со словами «…сдаю команду не в полном порядке…» ушел из жизни. В стране начались либеральные реформы, развернулось революционное народническое движение. История имеет свойство повторяться на новых витках развития.

Война является продолжением политики, а политика – концентрированное выражение экономики, говорили классики. Экономика России находится на пороге крупномасштабного экономического кризиса. Рубль девальвируется, фондовые биржи лихорадит, ВВП падает. Все это происходит в условиях довольно высоких мировых цен на нефть. Нефтедоллары, которые играют основную роль в поддержании экономической стабильности РФ уже не спасают.

Что произойдет с Россией, если, например, Саудовская Аравия по просьбе трудящихся из США слегка приоткроет нефтяной краник и обвалит мировые цены на нефть? Можно предположить, что тоже, что и с СССР в конце 70-х - 80-х. по схеме: вторжение в Афганистан; - шейхи Аравии из чувства мусульманской солидарности (в нашем случае это обиженные Россией крымские татары) валят цены на нефть; - экономический кризис в СССР; - попытка спастись, либерализация экономики, «перестройка»; - крушение Союза.

Этот апокалиптический сценарий возможно и не повторится во всех аспектах, но общее ухудшение качества жизни в РФ, как следствие «крымского блицкрига» можно будет наблюдать уже в ближайшие годы. Это спровоцирует всплеск недовольства властью и может вылиться в акции протеста. В первую очередь в крупных городах, где для пролетариев «умственного» труда прекратятся раздачи «хлеба и зрелищ», а непривыкшее жить без удовольствий население начнет бунтовать.

Ослабление Центра неминуемо приведет к брожениям в национальных регионах - автономиях, которые, опираясь на тот же «крымский прецедент», захотят самоопределиться, провести референдумы только уже о выходе из РФ. В Крыму Россия открыла ящик Пандоры, из которого, при неблагоприятных для Путина обстоятельствах, могут отправиться в свободный полет самоопределения многие жаждущие суверенитета автономии РФ. Российские татары, ингуши, дагестанцы и прочия, прочия (в Российской Федерации более 80 субъектов), возможно уже ждут своего часа.

Также, в случае чего, наверное, будут не прочь поживиться богатыми землями Восточной Сибири и «заамурские соседи» – нынешние очень сомнительные, но обходительные и всегда улыбчивые союзники России. Тем более, что вдруг может возникнуть экстренная необходимость срочно защитить, не какие-то тысячи, а миллионы «ущемленных имперским режимом» китайских соотечественников проживающих в Сибири.

28 марта сего года во время визита лидера КНР Си Цзиньпина в Германию, А.Меркель подарила ему «первую точную карту Китая» составленную в Германии в 1735 г. На этой карте весь Дальний Восток, часть Сибири и Южно-Китайское море со всеми островами принадлежат Китаю. Вот некоторые комментарии китайцев, жаждущих восстановления исторической справедливости: "…На примере Крыма Россия нам дала хороший урок того, как надо отстаивать свои территории"… "На этой карте есть всё, что у нас должно быть, особенно в северной части!". Крымские события вдохновили китайских патриотов, им осталось только ждать, когда наступит подходящий момент. В свою очередь некоторые европейцы в реваншистском стиле также заговорили о необходимости возврата Германии Калининграда (Кенигсберга).

В ближайшее время давление Запада на Россию будет усиливаться. Перспективы организации и проведения парада суверенитета от Балтики до Амура реально замаячили на российском политическом горизонте.

Вместе с тем, российские эксперты полагают, что если Запад начнет всерьез «душить» Россию экономически, она уйдет на Восток, целиком и полностью переориентируется на Китай и Индию.

Не рассматривая саму реальность такого анекдотического поворота (прощай Евразия, да скифы мы, да азиаты), возникает вопрос: «А есть ли смысл для России менять партнерские отношения с «плохим» Западом на роль сырьевого придатка «хорошего», и славящегося своей «благотворительностью» Китая? Думаю что нет.

В ближайшее время Россия станет более договороспособной и податливой, несмотря на могучие военно-театрализованные представления на украинской границе и зрелищные, массированные информационные атаки.

Сегодня перед Россией стоит непростая экономико-георгафическая и политическая дилемма. Но, судя по всему, Путин, в отличие от западных коллег по президентскому цеху знает „Что делать?” и „Кто виноват?”. Если задать те же вопросы Западу, то однозначного и вразумительного ответа мы не услышим. Способна ли западноевропейская демократия адекватно ответить России или продолжит вялотекущие разговоры о введении в ближайшее время „супержестких санкций”, которые вызывают вполне справедливую иронию в РФ?

Итоги недавнего визита Дж.Керри в Саудовскую Аравию (по „нефтяным вопросам”) и последовавшие затем внезапные переговоры с Лавровым показали, что США необходимость такого ответа осознают. Похоже, что Ирану в этом контексте позволят избавиться от нефтяного эмбарго.

Старушка - Европа все еще медлит. Угрюмо молчит Севастопольский бульвар в Париже, укрыт завесой тумана Берлинский Потсдамер плац. Что с ними? То ли „кризис пожилого возраста” наметился, то ли потерять деньги на российских контрактах боязно, то ли „Закат Европы” по предсказанию Освальда Шпенглера все-таки случился, то ли просто дейстительно страшно проснуться с пустой трубой без российского газа в одно прекрасное зимнее утро!