Это когда тебе на плечо вальяжно кладёт руку "старший брат", а ты её сбрасываешь, потому что братьев у тебя нет.

Это когда ты её с брезгливостью сбросил, «а старший брат» не унимается и пытается схватить тебя за горло и тебе ничего не остается, как отрубить эту руку. И ты это делаешь.

Это когда твой дом не ограничивается квадратными метрами квартиры и ты без страха и с чувством собственного достоинства выходишь на площадь, потому что твой дом - это твоя страна и ты в ней хозяин.

Это когда у тебя можно отобрать кусок территории, то невозможно отобрать родину.

Это когда ты берешь в руки оружие, чтобы защищаться, а не нападать.

Это когда ты ценишь и любишь свою культуру, но не называешь её единственно-великой и не принижаешь культуры других народов.

Это когда ты голосуешь за президента, а не за вождя.

Это когда умываешься с утра и думаешь: "а всё ли мы делаем правильно", а не бежишь первым делом к телевизору, чтобы убедиться, что всё идёт правильно.

Это когда ты не встаёшь с колен, не потому, что не получается или кто-то мешает, а потому что никогда на них не опускался.

Независимость по-украински - это желание жить в свободной и процветающей стране, самим выбирая ее будущее.

И Россию это жутко раздражает и всегда выводило из себя.

Поэтому Россия решила назваться «Старшим братом», придумать «один народ» и на этом основании уничтожить украинскую государственность и украинскую нацию. Решила не сегодня и не вчера.

Имперские комплексы, зудящие в кремлевской заднице, не давали покоя ни одному московскому вождю на протяжении всей истории. Им все хотелось захватывать, отбирать, стирать всех в порошок, кто отказывался добровольно ложиться у ног кровожадных, тупых, алчных и злобных царей, генсеков, президентов.

Это даже не имело и не имеет никакого рассудочного, практичного смысла. Это никогда не шло на пользу даже самой империи. На чужой крови своего счастья не построишь. Но счастья-то никто строить тут и не собирался. Дело не в этом. Тут насилие ради насилия. Власть ради власти. Самоцельно. Иными словами - зло в абсолюте.

Которое должно быть уничтожено.