Цифры, которые приходят из отчётов, давно перестали быть просто статистикой. Они стали меню. Рационом. Топливом для военной машины, которая не может остановиться без новых жертв.

Только за 2025 год от действий российских войск погибли около 2400 мирных жителей, ещё почти 12 тысяч получили ранения. Это почти на 30% больше, чем в 2024 году. Вдумайтесь: не спад, не «усталость войны», а рост. Рост смертей. Рост боли. Рост безнаказанности.

С начала полномасштабного вторжения погибло, по разным оценкам, около 14 900 мирных украинцев, более 40 400 гражданских получили ранения.

Среди убитых - 758 детей.

Среди раненых - 2445 несовершеннолетних.

Это не «сопутствующие потери». Это не «ошибки». Это системное насилие, встроенное в логику войны. Детские тела в этой системе - не трагедия, а допустимая цена. Иногда - даже желаемый эффект: запугать, сломать, выжечь волю к сопротивлению.

Людоед не различает возраста. Он ест всех.

Беженцы как доказательство

Вторая часть этого рациона - изгнание.

По данным ООН, 5,8 миллиона человек были вынуждены покинуть Украину и уехать за границу.

Ещё 4,6 миллиона стали внутренне перемещёнными лицами, потеряв дом, привычную жизнь, безопасность.

Это не просто гуманитарная катастрофа. Это сознательная стратегия. Вытолкнуть людей, очистить территории, превратить города в пустоты, а судьбы в обломки. Там, где раньше была жизнь, остаётся тишина и страх. Там, где была семья - чемодан и очередь на границе.

Каждый беженец - это не только человек, спасшийся от смерти. Это человек, которого лишили дома. А значит будущего. И это тоже часть питания людоеда.

Почему это не заканчивается?

Потому что эта война не знает насыщения.

Потому что ей постоянно нужно больше: больше крови для оправдания предыдущей крови, больше жертв - чтобы скрыть бессмысленность уже совершённого. Остановка означала бы признание: всё это было напрасно. А признание для такой системы хуже поражения.

Поэтому удары по жилым кварталам продолжаются. Поэтому ракеты летят по домам, школам, больницам. Поэтому каждый новый день приносит новые имена в списки погибших.

И каждый раз находятся те, кто предлагает «понять», «учесть контекст», «не всё так однозначно». Но в реальности всё предельно однозначно:

когда убивают детей - это зло;

когда миллионы бегут от войны - это преступление;

когда государство питается смертью мирных людей - это людоедство.

И с людоедом невозможно договориться о гуманизме. Его можно только остановить.