Закон сохранения энергии гласит: энергия ниоткуда не появляется и никуда не исчезает, а преобразуется из одного вида в другой.

Применительно к опыту бытия русского языка в Молдове это означает, на мой взгляд, что энергию языка нужно либо производить самим, либо иметь поставщиков такой энергии. Внутренняя энергия производится по возможности и потребности, внешняя поступает по мере заинтересованности поставщика.

Какое же электричество для русского языка в Молдове мы производим сами, какое не производим и какого, однако, нам надо?

Пласты речи

Язык неоднороден вообще, а в пространстве вне сильного центра - особенно. Расслоение русской речи в Молдове происходит, в частности, в инерционном режиме после большого взрыва советского пространства. Но отделившиеся осколки самовоспроизводятся и обновляются, сообразно тем далям, в которых они оказались по произволу судьбы.

Основным производителем русскоязычного текста в Молдове (читай "русского языка") стали СМИ. Журналисты старательно, как старые отличники, воспроизводят русский известный, чураясь русского нового и неизвестного. Что правильно, поскольку соответствует редакционной политике и как бы соответствует стандартам читательского восприятия. Игнорируя потребности читателя в новом и лучшем.

Книжное слово, в отличии от России или Украины, у нас не имеет такого распространения и влияния. Русские книги в книжной торговле существуют в очень узкой тематической нише (прикладная, компьютерная, учебная литература) и в исчезающе малых долях относительно общей языковой среды. Если наиболее яркие издания прозы и поэзии - хиты - еще хоть как-то попадают на наш книжный рынок, то малотиражные или менее известные новинки не имеют места быть. "Подлесок" языка, среда находок и ошибок - все то, что создаёт живую ткань речи и времени - всё это из нашего далека почти не слышно. По крайней мере, не слышно в той страстности живого совместного делания и поиска, которая есть где-то.

Конечно же, интернет-среда приобщает нас к современному русскому. Несомненно. Стопудово. Это индивидуальное приобщение к пластам искусственного контекста без приобщения к живым раскладам, из которых рождается Речь, имеет свои индивидуальные последствия для читателя, но мало способствует изменению коллективных языковых стандартов.

Русскоязычные писатели и поэты Молдовы пишут для своего условного читателя. Для того, чтобы быть понятыми, желаемыми, любимыми. Этот условный читатель живет в тех же устаревающих и упрощённых языковых реалиях, что и автор. Может быть поэтому не возникает моды на неизвестное неизвестное. Возможно, сказывается отсутствие стимулов к развитию: шансы издаться не за свой счет приближаются к нулю, получить за это денег и славы - почти равны нулю.

Русскоязычная студенческая среда всё меньше нацелена на социальные высоты русского мира и, как следствие, всё меньше молодых амбиций вкладывается в достижение высшей точки в смысловом пространстве русского мира. Обновление языка через творчество молодых - свежую кровь - происходит, но как-то так... по своему, неторопливо, с новым и новым воспроизводством старых языковых матриц, которые уж лет тридцать назад приказали долго жить.

К языку СМИ наверно можно отнести и русский язык молдавских политиков и других ньюсмейкеров, но это таки отдельная песня: с точки зрения качества языка наверно было бы чудесно, если бы каждый говорил на том языке, который он лучше знает и на котором иногда мыслит. И, с точки зрения реального взаимодействия, хорошо что русские пытаются говорить по-молдавски, а молдаване по-русски. Как бы примитивно это ни звучало и в том, и в другом случае. Такая вот диалектика обогащения бытия через взаимообеднение языков.

Разговорный русский кажется сегодня самым креативным пластом речи. Может быть, он всегда-везде таковым и был, и есть. Кухня языка, где создаются будущие стандарты и неправильное современное. Здесь открыто и естественно проявляется влияние друг на друга разных языковых пространств и разных языков.

Источники энергии

Что можно назвать источниками энергии для русского языка в Молдове?

То, что ты, по мере разумения, уже говоришь по-русски - достаточное основание для существования русской операционной системы твоего сознания. Но что может быть импульсом для обновления и совершенствования этой операционной системы? Когда практически нет времени и сил ни на что лишнее. А если, вдруг, ты ещё молод и твоя жизнь только начинается: зачем тебе познавать забубоны этого великого и могучего?

Социальный заказ

Если язык изучают, значит это кому-нибудь нужно. Гастрабайтерам русский нужен, в основном, простым и незамысловатым, с практическим изучением идиоматических выражений. Русскоязычным обывателям в Молдове достаточно старого словарного запаса, неспешно пополняемого русскоязычными СМИ и Интернетом. Для журналистов молдавских СМИ, издаваемых на русском, важнее успеть подготовить материалы к очередному номеру и не сдохнуть раньше времени от усталости и обесточенности каких-то высших электрических сетей социума.
Молодые и рьяные изучают английский активнее, чем русский. Им это (не без оснований) кажется более перспективным. Русскоязычные писатели и поэты Молдовы не претендуют на СОЗДАНИЕ языка, только на воспроизводство.

Что остаётся в итоге? Смутная тяга называть новое время своими именами.

Если у потребителя спрашивать чего он хочет, то он расскажет только о том, что знает. Основная масса носителей языка инертна к обновлениям современного русского, поскольку нет давления обязывающего к инновациям.

Влияние русского мира

Русский язык не принадлежит российскому государству, не ограничивается его границами и существует как целостная система взаимовлияний центров и окраин. Можно только посочувствовать нам всем в том, что российские общественные деятели недооценивают целостность этой системы и процессы обмена токами-настроениями в жизненном пространстве русского языка.

Граждане многих государств чувствуют русский своей родиной и частью своих новых родин в огромном негерметичном мире.
Но частью общего русского мира мы, граждане другого государства, давно уже себя не чувствуем. Мы отдельны. Всё было прекрасно и совсем не больно.

Язык остался необщей родиной - где-то он быстрее, где-то медлительно-тягуч, в каких-то контекстах упрощается до голого прагматизма - но это общий инструментарий для индивидуальных путешествий. И характер отношения каждого из нас к русскому миру определяется, в том числе, жизнеспособностью и энергетикой русского языка.


Деньги, организационная энергия

Простой и эффективной способ поддержать русскую словесность вне России - дать денег в системные центры воспроизводства и обновления этой словесности. На издание книг, на покупку книг, на учебные программы, на семинары и творческие лаборатории для писателей, журналистов, преподавателей русского языка. Можно помочь организационно, это тоже будет эффективно. Особенно вместе с инвестициями в развитие русского языка в Молдове.


Центры воспроизводства и обновления русского языка

Если кому-то нужен живой и обновляемый русский в Молдове, то нужна системная работа с акцентом на актуальности языка. У нас нет диалекта, нет каких-то особенностей филологического креатива, который вдохновлял бы создание совершенно самостоятельного наречия. Есть тот же русский что и в России, который существует в другом бытийном контексте и остаётся родиной для сознания множества граждан Молдовы. Русский язык как родина. Не Россия.

Фокус в том, что живое двуязычие в интересах Молдовы и вектора отдельного молдавского развития: это создаёт шансы конструктивного соперничества и со-бытия двух языковых культур. Почему из этих шансов реализуется только стремление к упрощению и функциональности речи? Вполне современное, но избыточное.
Предполагаю, что молдавский язык переживает подобные затруднения в своём развитии. И если он не найдёт энергию внутри себя, то станет частью румынского. Более пассионарного и агрессивного, чем неторопливый и будто ещё непроснувшийся молдавский.

Язык это не только свод правил и форм. Это бытийный контекст, в котором существует адекватная ему речь. Это целостный синтаксис цивилизационной модели, религиозных мифов, восприятия мира из того силового поля вселенной, что определяет наше русскоязычное внимание. Есть ли достаточная жизненность в отдельных русскоязычных пространствах? достаточно ли внутренних жизненных ресурсов, которым могут помочь внешние?
На этот вопрос может ответить только время и другие силы, невзирающие на границы нашего с вами мира.

Что может быть импульсами жизненности для отдельного русскоязычного пространства Молдовы? По крайней мере, с точки зрения одного из участников этого пространства. В целом это можно обозначить, как импульсы созидательного электричества в центры воспроизводства и обновления русского языка.


Школа писательского ремесла для журналистов, писателей и поэтов

Русский язык молдавских СМИ старомоден. Это очень много повторяемых снова и снова шаблонов, стареющая жвачка, непересматриваемая основа восприятия. Здесь нельзя сказать "блядь", чтоб кто-то не вздрогнул. Сложные названия происходящего в сложном мире также не приветствуются активно. Стремление к упрощению и функциональности речи - вполне современное! - в нашей реальности усугубляется простотой до-интернетовской эпохи и практическими задачами двуязычного быта. И это требует особой чуткости к оттенкам серого: современного и всех, что есть.

Тонкости вкуса воспитываются в сравнении. И здесь есть задачи, которые почти невозможны в отдельной школе индивидуального роста. Это задача для общего внимания и создания социального заказа, и наличия примеров, и осознания на уровне редакционной политики.


Программа поддержки русских библиотек и школ

Книга всё ещё остаётся структурообразующей основой языка. Зная характер литературы, которая представляет русскую книгу в Молдове, можно со всей очевидностью представить ограниченность языкового пространства в будущем, созданного ограниченностью спектра русского книжного ассортимента сегодня.

Рыночные инструменты такие вопросы не решают. Изменить картину могут только масштабные благотворительные программы: создание русскоязычных библиотек в школах, СМИ, фирмах, общественных организациях.


Малотиражные издания книг авторов из Молдовы, пишущих на русском. Публикации в российских литературных журналах

Судят о дереве по плодам его. Чтобы соотнести наше языковое пространство с общим пространством русского мира, нет лучше способа, чем показать русскому миру плоды нашего дерева. Или ветки. Там видно будет.

И обратным движением такого действия может быть осознание нашими авторами (в том числе, журналистами) места, роли и направлений для роста в огромном негерметичном мире, здесь и сейчас.


В задачи этой статьи не входит подробное описание практических программ по указанным направлениям. Они почти очевидны, они просматриваются, их есть у нас.

Большой вопрос в том, есть ли у всего русского языка потребность в частных пространствах русскоязычных миров?

Осознаётся ли ценность того, что даёт множественность децентрализованного русского мира единству и целостности русского языка? жива ли целостность языка, как хранилища для всего привносимого извне? насколько реально чувство сопричастности и глобального "мы" для говорящих на русском? Может ли это чувство быть достаточной основой и прагматической ценностью в реальности шкурных интересов политических элит раздельных государств?

Уверен, что поиску ответов на подобные вопросы будет содействовать открытие нового офиса Российского центра науки и культуры в Республике Молдова, создание социальной сети для русскоязычных журналистов, издание новых книг.