Большинство граждан прекрасно понимают, что отдать власть додонистам и шористам значит поставить крест на настоящем и будущем Молдовы. Но каждый в этой ситуации задает себе вопрос: а что я могу сделать, как я могу повлиять на события в нашей стране?

Хочется думать, что этот вопрос ее сейчас не мучит. Все варианты давно просчитаны, ходы Додона, прямо скажем, достаточно примитивные, угаданы, решения приняты.

Суд над Навальным за оскорбление ветерана – это не цирк. Потому что цирк – это искусство, а клоуны – это удивительные мастера, заставляющие людей смеяться и плакать. А в Бабушкинском суде плакала только прокурорша, да и то по неподтвержденным сведениям. Но пропаганда, в крайнем случае, слёзы ей подрисует. У этого процесса есть, как ни смешно, чисто юридический аспект – но кого он вообще волнует? Поскольку исход ясен заранее, то каждая сторона использует мероприятие как трибуну.

Появилась информация, что кандидат в премьер-министры от Додона и Шора не знала, что в числе подписантов будет партия Шор и примкнувшие к ней предатели-перебежчики. Дурлештяну  уверяли, что в парламенте сформировалась широкая коалиция, в которую вошли почти все депутаты, и они готовы поддержать её кандидатуру и предложенные ею программу и правительство.

Стоит отметить, что как правило, контрразведывательные структуры страны-хозяйки «закрывают глаза» на нелегальную деятельность дипломатов в стране пребывания, в зависимости от политической, экономической или другой ситуации, до тех пор, пока такая деятельность не переходит “красные линии”, то есть не обретает угрожающих для национальной безопасности страны масштабов.

Со странностью предложения ФБК выйти и поморгать фонариками марсианам может соперничать только полный кретинизм (в медицинском смысле) реакции власти на это предложение.

Сейчас на кону вопрос политического выживания, как Майи Санду, так и Игоря Додона. Но если Санду в случае неудачи споткнётся, но скорее всего устоит, то Додон упадет и может уже не подняться.

Угрозу для режима представляет не сам Навальный, а те процессы, триггером которых он вольно или невольно стал. Главным среди них является обвальное обрушение акций права в России.

Прозрение страны началось. Упоение злобой, впрочем, тоже. Что слаще? Скоро узнаем. Пытки и унижения политических арестантов. Жруны, пакеточники и мастурбаторы. Беспозвоночные России начинают чесаться и о своем будущем. ну, и разумеется, о Космодемьянской.

В общем, итоги этой недели такие, что приличные люди в Москве сейчас ездят в автозаках; Путин стал президентом силовиков, главврачей и преподавателей начальной военной подготовки, ну и ёршиков; на митинг вышли единицы, из которых задержаны 5 тысяч человек.

Этот материал не о кандидатах и даже не о программе. Программы в Молдове пишутся всеми правительствами идентичными, и как правило в них нет конкретики. Мои размышления о другом. О том, как нам оценивать эффективность деятельности власти, руководствуясь не субъектными подходами, а на основе объективных критериев.  

Что происходит - день сурка , грезы Путина, откуда столько злобы к своему избирателю, кто оплевал смутьяна Алешку, Шаман, Ротенберг, пошли доносы - все на всех и Молчание Властей. Партийные декларации Прилепина, письмо маме 14 летнего заключённого, Рогозин проснулся, Зоя провалилась, политруки в школах.

Дебаты между депутатом Государственной Думы РФ, координатором НОД России Евгением Федоровым и политическим аналитиком, доктором истории Русланом Шевченко (Республика Молдова).

При любом варианте, для Додона и социалистов острой остается «проблема Усатого». И это не только для Додона. Эта проблема волнует и Майю Санду, Андрея Нэстасе, Павла Филипа, Марка Ткачука, Владимира Воронина, Виктора Шелина. Проявляют к ней интерес и в Москве, Вашингтоне, Брюсселе, Бухаресте, Киеве.

Семь лет назад, 20 февраля 2014 года, мир наблюдал процесc наглого и бесцеремонного пренебрежения международным правом со стороны Российской Федерации.

После того, как лидер социалистов, экс-президент Додон, в эфире одного частного телеканала выступил с заявлением о том, что президент Молдовы Майя Санду вызвала главу Службы информации и безопасности «на ковёр» и поручила ему организовать служку за социалистами, СИБ выпустила по этому поводу опровержение.

Факт отсутствия острого противостояния по языковому вопросу не означает, что в молдавском обществе нет противоречий. Противоречия есть и достаточно серьёзные. Раскол проходит по линии путинисты и антипутинисты.

Залог успеха – ясная программа, профессиональная команда и ежедневные результаты. К сожалению, я знаю много примеров в разных странах, когда призывы забывались, и система пробуксовывала или ухудшалась. В Молдове объявлена политическая воля, готовность бороться с коррупцией. Теперь дело – за конкретной, ежедневной и понятной для всех работой.

Партии, входящие в парламент, сейчас размышляют, как им поступить. Просчитывают свою выгоду от каждого из возможных вариантов голосования.

Слышу много снисходительного по мотивам позавчерашних протестов: вышли на улицу, когда не разрешали, вот и не грустите, что получили дубинкой по темени. Понятно, что кто-то так говорит и думает, чтобы оплачивать домработницу и садовника в Ломбардии. Но тот, кто думает так бескорыстно, рискует однажды сделать много удивительных открытий.

В Кишиневе 28 января зарегистрирована инициативная группа для создания новой политической силы — Партии перемен.  Возглавляет группу адвокат, гражданский активист Штефан Глигор.

К чему все это приведёт?  Скорее всего, к хаосу, разброду и шатанию.

Складывается впечатление, что, находясь в оппозиции, молдавские политики настроены бороться с коррупцией, а, придя к власти, сами становятся коррупционерами. Как сказал один американец: «Я хочу, чтобы было либо меньше коррупции, либо больше возможности участвовать в ней».

Как Кремль за 20 лет потратил 46 трлн рублей на геополитические спецоперации, в расследовании Новой Газеты

Все настойчивее чувство, что происходящее в последнее время в России имеет одну общую подоплеку – российская элита крайне недовольна неспособностью Путина сдержать обещания и гарантировать безопасность накопленного, и по сути «в едином порыве» активизировалась в процессе принуждения российского президента к транзиту власти.

Всякий постсоветский человек, как заводятся у него денежки, первым делом приобретает железную дверь, а вторым - забор. Ибо намаялся в бараке и коммуналке, и желает теперь уединения, и чтобы никто к нему не лез, и все бы от него отстали. Какие уж тут версали. Это те же шестнадцать аршин, на которых сижу и буду сидеть, только немного распухшие.